Гимн шута - XXIV - Антон Сергеевич Федотов

— Так вот, — продолжил Кондрат. — Молодые люди организовали предприятие по производству артефактных изделий. Насколько удалось выяснить, завод вполне успешно производит продукцию гражданского и специального назначения, в том числе и поставляет для нужд особых служб Империи различную спецтехнику.

Хозяин кабинета приподнял бровь. Солидно выходило. Для детишек-то особенно…

— На данный момент в портфеле заказчиков вполне открыто значатся СИБ, Канцелярия, Тайный кабинет и императорский Двор. Среди серьезных игроков: Архиповы, Юсуповы, Воронцовы, Горюновы, Турбины и ряд фамилий второго эшелона.

На этот раз Дмитрий Яковлевич думал дольше.

— Серьёзная заявка, — наконец вполне уважительно кивнул он.

Но особо хозяин кабинета не обольщался, прекрасно понимая, кто именно стоит за спинами «основателей». Ну кто в здравом уме даст двум детишкам управлять столь серьёзным активом? Наверняка старшие родичи сразу же взяли начинание под контроль, выделив основателям символическую долю. Ну и самому Павлу в качестве приятного подарка предоставили пост главы Ветви… под мудрым руководством старших родичей.

Все эти размышления помощник прочитал без труда, а потому отвечать начал сразу на невысказанный вопрос.

— Вот тут и начинается самое интересное, — продолжил доклад Кондрат. — Павел Анатольевич вместе с сестрой Светланой отбили себе право на единоличное управление предприятием. Противостояние было серьёзным и, насколько мне известно, продолжается до сих пор. Кроме того, на предприятие пытались наложить руки Турбины и Юсуповы. Первые по каким-то причинам отказались от своих планов, арендовав часть активов завода, а вот с «уральцами» всё получилось гораздо интереснее.

Это требовало осмысления. Если помощник прав, то уровень автономности вполне выводил главу недавно образованной Ветви на уровень Игроков. И сейчас в голове хозяина кабинета звучали два вопроса: «Как допустили?» и «Как пропустили?».

— Я слушаю, — подбодрил помощника Дмитрий Яковлевич.

Кондрат перевел дыхание и продолжил:

— Насколько мне известно, около полугода назад Юсупова Виктория Львовна…

Тут помощник сделал небольшую паузу, давая сюзерену осмыслить услышанное.

— М-м-м-м, — попытался припомнить тот. — Дочь?

— Родная сестра нынешнего Главы, — поправил господина Кондрат. —

— Так вот, Виктория Львовна вошла в состав Ветви Павла Анатольевича. Насколько мне известно, в девушке пробудился Дар уровня «гений». Юсуповы, прознав о «прорыве», естественно, попытались вернуть её в лоно семьи. Однако на данный момент не добились значительных успехов.

Хозяин кабинета остановился посреди помещения. Серьезная заявка.

— Это впечатляет, — наконец подытожил он, оглянувшись на помощника. Мол, все?

Тот лишь качнул головой. И, получив дозволяющий взмах руки, продолжил.

— Насколько мне удалось выяснить, молодой человек владеет значительным количеством управляющих пакетов предприятий нескольких Малых кланов. Часть из них уже оказались в зависимости от главы Ветви вплоть до вассалитета. Пусть оный еще и не оформлен официально. Также в его портфеле блокирующие пакеты акций большей части транспортных компаний Архиповых в Приуралье и медиа холдинга «Империя». Имеется непроверенная информация и о других активах, явно превышающих демонстрируемый Павлом Анатольевичем статус.

— Вассалитет? — переспросил Дмитрий Яковлевич, и в голосе его послышалось удивление. — Он умудрился поставить в зависимость несколько кланов, даже не оформив это официально? Это… необычно.

Волконский ещё раз прошёлся по кабинету и вернулся за рабочее кресло.

— На данный момент это вся информация, которой мы располагаем.

Несколько секунд в помещении стояла нехорошая тишина. Наконец, хозяин кабинета нахмурился.

— И это доклад? — сухо спросил он.

В словах Кондрата не было практически никакой конкретики. Вероятно, «по не подтверждённым данным», «может быть»… Всему этому не место в аналитике, которую кладут на стол сюзерену.

— Действующий статус опричника затрудняет сбор данных о молодом человеке, — пояснил помощник.

Дмитрий Яковлевич вздохнул. О данном обстоятельстве он успел забыть. Вернее, до сего момента считал вопрос чисто техническим. Однако нынешний статус молодого человека требовал срочного пересмотра.

— Так зачем ему Михаил Павлович? — вновь повторил свои слова хозяин кабинета.

— Вероятно, деньги, господин.

Кардинал в очередной раз поморщился, получив на конкретный вопрос эквивалент «я не знаю».

— Ему может быть известно о «чёрной кассе»? — прямо спросил он.

В этот раз помощник молчал куда дольше.

— Не думаю, господин, — наконец выдал заключение Кондрат. — Скорее всего, Павел Анатольевич использует уже бывшего спикера Правления для давления на своего дядю. Во всяком случае, руководство моего контакта предполагает наличие у Михаила Павловича компрометирующих данных на нынешнее руководство клана.

Дмитрий Яковлевич резко хлопнул ладонями по столу. Ситуация начинала бесить своей неопределенностью.

— Так почему же он не отдал их нам? — раздражённо выдохнул хозяин кабинета.

На этот вопрос у помощника ответа не было. А потому он просто застыл, глядя прямо перед собой, чтобы не вызвать еще большего гнева сюзерена.

Однако тот не отводил взгляда от соратника.

— Возможно, молодой человек просто не знает о вашем интересе к бывшему спикеру.

Хозяин кабинета вновь откинулся на кресло. Это звучало логично, черт побери.

— Мне предложить Павлу Анатольевичу выкуп за голову Михаила Павловича.

Дмитрия Яковлевич задумался. Деньги у него были. И немало. Но он никогда бы не собрал столько ресурсов, если бы платил полную цену за то, что можно взять себе с меньшими затратами.

— Не будем спешить, — наконец решил он.

В конце концов, на фоне общего «кона» игры, затраты на организацию пары команд силового решения вопросов не кажутся серьезной потерей.

— Посмотрим, насколько Павел Анатольевич готов защищать свои активы. А договориться — всегда успеем.

Глава 21

Глава 21

— Да он же меня за задницу схватил!

Полный оскорблённой ненависти крик разнесся по небольшой, но довольно многолюдной площади.

Шлёп!

Следом за возмущенным выкриком в ход пошла хлёсткая пощёчина. Мужчина лет сорока в не слишком модном пиджаке схватился за щеку и отступил на шаг, удивленно моргая. Но и этого оскорблённой миниатюрной красавице показалось мало. Она явно решила до конца бороться за свою девичью честь. Короткий подшаг, и её колено врезается любителю потянуть руки к чужим попкам точнехонько в пах. Да так акцентировано, что и Павел невольно поморщился, словно у него разом свело все зубы.

— Сочувствую, мужик, — только и смог выдохнуть про себя Павел, разглядывая корчащегося на земле «извращенца», с которого вместе с крупными очками слетел и налет интеллигентности. Во всяком случае, сквозь зубы он шипел такое, что не в каждом словаре русского мата встретишь.

Потиравшая после пощечины ладонь Настя, задумчиво покосилась