Фантастика 2026-10 - Наталья Владимировна Игнатова

– А что им тут ловить-то? – Гыча ловко спрыгнул вниз, не став спускаться с последних ступеней проржавевшей металлической лестницы. – Сожрали всех и дальше подались. Тихо все, Дохлер говорит, вообще никого не чувствует.

– Заторы на дороге вчера были? – спросил его Третьяк.

– Ага, были, – односложно ответил Гыча. – Третьяк, харе уже нагнетать, все посмотрели, оценили. Обстановка нормуль!

Напарник не стал ничего говорить, только махнул мне рукой, мол, давай за мной, и полез в «Тайфун».

– По машинам! – поступил приказ.

Усевшись на сиденье, Третьяк мрачно спросил:

– Ничего не чувствуешь?

– Тревожно, – коротко ответил я.

– Вот и мне что-то не по себе, но Дара провидца у меня никогда не было. Опять же, Дохлер очень крутой сенс и ничего не нащупал.

Я промолчал. Ощущения к делу не подошьешь. Но чем ближе мы подъезжали к центру поселка, тем тревожнее делалось у меня на душе. И ведь причин для этого не наблюдалось. Все было тихо. Кругом никого, ни живых, ни перерожденных. Тишина, только шум от наших машин. Рация тоже молчала. Пытался проанализировать, что вызывает у меня чувство безотчетной тревоги. Если бы это было на Земле и в моей власти, я бы даже сюда не сунулся, так как доверял своей интуиции. Не раз и не два именно она позволяла пройти мимо таких проблем, которые без громких слов могли похоронить на раз. Нет, я не верю в сверхъестественное, только в человека, в работу его мозга, которая только-только начала изучаться. Подсознание таит немало загадок и открытий. Оно мгновенно анализирует огромнейшие массивы информации, каковая поступает от всех органов чувств, сопоставляет ее с уже известными данными и, находя какое-то несоответствие, пытается сообщить нам об этом. Сознание же эти сигналы порой не может интерпретировать в четкие и явные указания.

Операция по своей сути была проста. Колонна едет по главной дороге, за перекрестком рядом с площадью останавливается, так как дальше на выезд из поселка ведет именно это направление. Основная задача возлагалась на меня, Третьяка и Леву с Буром – бородачей, которые встречали нас в ангаре с Гычей. Они были как братья-близнецы, вроде на лица разные, но кто из них кто, я пока постоянно путал.

Мы все пересекаем площадь, заходим в здание ДОСААФ, проходим через него и оказываемся во внутреннем дворе. БРДМ был полностью подготовлен к выезду, заправлен под пробку и заводился на раз. Поэтому наша задача с Третьяком сводилось к следующему – довести Бура с Левой до бокса, затем открыть ворота уже имеющимися ключами, вернуться обратно к технике и продолжить путь.

Из машин выбрались практически все, кроме стрелков в башнях БТРов и водителей. Лица веселые, расслабленные, кто-то разминался, и когда успели руки-ноги затечь?.. Даже у Третьяка вместо обеспокоенности появилось обычное невозмутимое выражение на красной морде.

– Гыча, что-нибудь есть? – спросил Дохлер.

– По мне, чисто все, а ты?

– Тоже чисто. Каштан, Москвич, давайте за мной. Возле памятника еще пощупаю, место там хорошее, – скомандовал Дохлер, не дожидаясь, зашагал к монументальному Ленину. Вообще, такое чувство, что Церетели именно здесь начинал свой творческий путь. Скульптура была не меньше семи метров в высоту, а еще и установленная на постамент, облицовочная плитка на котором местами отсутствовала и открывала железобетонное нутро, возносилась над площадью метров на десять.

– Мы тоже работаем. Я – впереди, затем Бур и Лева, Вальтер, замыкаешь, – скомандовал Третьяк. Былые страхи, похоже, у него исчезли, поэтому «АС» находился в патрульном положении.

Мой непосредственный командир только головой покачал, когда я вжал в плечо приклад своего автомата, приводя его в боевую готовность, но ничего не сказал. А на смешки и улыбки остальных мне было плевать.

Мы были метрах в двадцати от двухэтажки ДОСААФ, когда я в окне левее входа заметил какой-то отблеск. Сообщить? И что? Потом скажут, типа, обосранец на ровном месте. Сами они никаких опасений не высказывали, сбились в кучу, развлекались. Слышался смех, громкие голоса. Детский сад какой-то на прогулке, матерые рейдеры, мля! Успокоил сам себя: мало ли какой дряни можно накидать на столы, стеллажи или повесить на стену в обычном офисе?

Обернулся. Дохлер стоял возле памятника с сосредоточенным видом и закрытыми глазами, чуть расставив толстые руки в стороны. Рядом лениво озирался Москвич, Каштан страховал с другой стороны, но тоже был расслаблен.

Между широко шагающими ногами вождя революции от плаща образовалась тень. Но не она привлекла мое внимание, а некая размытая дымка в ней, эдакое дрожащее марево. Присмотрелся. Странное явление то пропадало, будто и не было, то вновь проявлялось, при этом очертания напоминали… Человеческая фигура!

Миг – я понял, что не давало мне покоя! Озарение! В тысячные доли секунды все пазлы собрались в целостную картину. Со стороны, откуда мы приехали, метрах в пятидесяти позади сейчас ожидающей нас колонны находился еще один Т-образный перекресток, только второстепенная дорога примыкала слева к главной, а не справа и вела в частный сектор с двухэтажными и редкими одноэтажными домами. Богатый район.

Именно здесь, неподалеку от пересечения проезжих частей, прямо на асфальтовой полосе стоял «фордовский» седельный грузовой тягач с точно такой же фурой «Магнит», что и образовавший пробку ниже ДОСААФа. При этом сам магазин находился дальше по главной, в сотне метрах за затором с трактором. Можно предположить, что водитель «Форда» проживал в райцентре, вероятность такого стремится к нулю, учитывая транспортную логистику этих супермаркетов. Ладно, может быть, может… Но какого черта вторая фура поперлась на узкую тупиковую ветвь, упирающуюся метров через сто в территорию районной больницы? Зачем он совершил нарушение ПДД, ведь при съезде на эту улицу висел знак, запрещающий движение грузовиков, который я автоматически отметил, когда подъехали? А затем, чтобы отрезать один из возможных путей отступления! Через больницу! Длины же «Форда» вместе с фурой хватало с лихвой, чтобы перегородить и проезжую часть, и обочину, уткнувшись мордой в ограждения небольшой парковой зоны с памятником жертвам Второй мировой войны. Забор здесь строился явно в золотые советские годы, на массивном бетонном основании около метра высотой через каждые два метра шли толстые чугунные столбы и такие же литые пролеты.

Узкий проход, оставленный слева от «К-700», скорее всего, заминирован и преследовал только одну цель – усыпление бдительности жертвы, которой будет казаться, что она полностью контролирует ситуацию. Больше же путей возможного отступления на технике здесь не имелось.

Тень – это тот самый