Фантастика 2026-106 - Игорь Евгеньевич Кулаков

сил, ни времени осваивать местную кухню у меня не было. После обеда Триг снова заваливался спать, и так до ужина. А вечером я выбиралась из дома, ложилась на деревянное крыльцо и бездумно таращилась на небо. Это хорошо разгружало натруженные за день мозги.

Когда Триг немного оклемался, дела пошли веселей. Он взял за привычку сидеть в кабинете на подоконнике и читать какую-нибудь книгу, пока я мучилась с местным писалом. Сэм стала приходить и не в свою смену, приносить задания на записывающих кристаллах. Женщины проводили в моем доме практически все дни, что в конце концов разбудило мою совесть.

Как-то в конце занятия, провожая своих учительниц, я извинилась перед Селеной, за то, что, по сути, она все время проводит у меня, им с Рейном на личные дела остается совсем мало времени. На что женщина рассмеялась и ответила странной фразой:

- Ничего страшного, Рейн еще не ищет смысл жизни, - махнула мне рукой и удалилась в сторону своего собственного дома.

На следующий день, поймав Сэмирай за рукав, решила узнать, может, все-таки, в словах Сел есть скрытый смысл, а я просто его не понимаю?

- Это поговорка у магов такая, - Сэм отложила в сторону лист с упражнениями, что мы делали, улыбнулась.

Триг отвлекся от книги и с интересом повернулся к нам.

- Понимаешь, - голос женщины приобрел заговорщицкие нотки. – У магов мужчин есть такая черта. Первые лет так сто они спокойно живут, занимаются своими магическими и научными поисками, ростом магии и прочим. А потом наступает такой период, который издавна уже прозвали «поиском смысла жизни». Тогда маг обычно начинает заниматься подбором подходящей женщины, созданием семьи или поиском ученика-преемника. Такое действие на них оказывает магия, когда они разовьют ее полностью. И мужчина должен передать свою магию, либо знания о ней прямым наследникам по крови или ученику. Если дети у мага обладают другой магией или вообще немаги, то они просто составляют что-то вроде семейной магической книги. Нередки случаи, когда немаги обеспечивают свою жизнь, продавая магические выкладки своих родителей. Так что, Сел имела в виду, что семья Рейну еще пока нужна постольку-поскольку, и ее отсутствие дома не слишком сильно его напрягает.

- О как, - выдохнула я. – А у женщин что-то такое есть?

- Как-то не замечалось, - хмыкнула Сэм в ответ. – Давай опустим пока эти разговоры и займемся языком. Времени у тебя очень мало.

Но я поняла одну простую вещь: мало знать языки и письменность. Надо еще и местные обычаи узнавать потихоньку, иначе так и не впишусь толком ни во что. На мою радость, Сэм с удовольствием оставалась у нас с Тригом после занятий и понемногу рассказывала мне про жизнь людей. Судя по ее словам, у немагов жизнь не слишком отличалась от привычной мне, если только перенестись в истории из современности на несколько веков назад. Порадовало, что такое понятие, как рабство, у людей отсутствовало напрочь. В основном большими участками плодородной земли вне городов владел кто-либо из знати, а те, кто проживал на территории, считались его людьми. Да, они должны были делать отчисления в счет хозяина земли, но и он нес ответственность за своих людей и их благополучие. По крайней мере, так было записано в местных законах. После последней войны, правда, появились и независимые селения, в основном, на тех землях, что по решению военного совета отошли во власть демонам. И вот там за людей отвечали только демоны, да и то, сугубо по собственному желанию. Но это на личных землях, а в больших городах земля чаще всего принадлежала императору. И платили горожане уже в счет местного городского управления.

С магами все было совсем по-другому. Все, кто имел хоть каплю дара, обязаны были пройти первичное обучение в одной из Академий. Дальнейшее развитие уже по желанию, но четыре года в звании адепта они пробыть обязаны. Прятать детей с даром или препятствовать их обучению, было запрещено и по закону каралось очень сурово. Другое дело, что магические способности могли довольно долго спать в человеке и проснуться внезапно от какого-либо стресса, либо дети сами не желали уезжать из родного дома и скрывали свои способности. Но такое случалось редко. В основном, особенно в бедных селениях, дети мечтали о магии, чтобы изменить свою жизнь. Правда, малые способности не слишком-то поднимали по карьерной лестнице, но уже давали какое-то разнообразие в выборе будущего. Маги редко возвращались в родные селения, в основном оседая в городах, и, если уж выезжали, то только по вызову старосты.

Сэм рассказывала и о себе. Оказалось, что женщина была родом из небольшого независимого селения на Восточной равнине. Ее дом чуть не пострадал от нападения диких, но возведенные упрямым старостой стены выдержали, дали продержаться до прихода патруля. Поэтому Сэм, узнав, что ее способностей может в перспективе хватить на пятую ступень по стихийной паре огонь-воздух, уверенно подала документы на боевое отделение после прохождения обязательного обучения. В итоге сейчас она преподавала боевую медитацию в Академии, на каникулы часто уезжая в родное селение. В ее арсенале было и несколько любопытных историй про стычки с воинами Восточной равнины. Так что мы с Тригом оба слушали ее с большим интересом.

После того, как я смогла самостоятельно хотя бы алфавит на человеческом написать, Триг предложил мне потихоньку начать учить демонический. Поэтому вечерами на веранде мы теперь сидели вдвоем, и я своим корявым почерком карябала для Даарена письма. Получать ответы и снова писать свои – это было волшебное чувство семейной связи, Триг не уставал посмеиваться над тем, как я готова была до потолка прыгать от каждого письма Даарена. А еще мы со старшим братом придумали заняться разработкой тайного языка для демонов. Точнее, я просто подарила им русскую письменность. Говорить на своем родном я не могла, так как переключалась с одного языка на другой несознательно, и понять, на каком конкретно сейчас говорю, не получалось. Но вот писать никто не мешал, так что Триг тоже мучился, но при этом довольно потирал руки, представляя, как представит нашу разработку начальству. Во время наших посиделок я не упускала возможности расспросить его о жизни демонов. Да, я довольно многое поняла, живя собакой в Цитадели, но ведь их жизнь не могла ограничиваться военной сферой. Правда, тысячник, почти всю жизнь положивший на то, чтобы достичь столь больших высот в