Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович

происходит. Но пока не имел права тешить себя надеждами, не имел права расслабляться, не имел права прощать. Но и не мог поставить внутренний щит перед помрачающими рассудок воспоминаниями и терзающими душу страхами. Они пролазили нахрапистым сонмом в мои размышления и сбивали с мысли, омрачали каждый час бытия и подталкивали к немедленному действию. Но спешить, сломя голову, было не в моих правилах. Разбираться придётся медленно и скрупулёзно, без спешки и выплескиваемых эмоций. Сдерживая порывы сердца и прислушиваясь лишь к холодному рассудку. Только вот как удержать его в холодном состоянии? Да и нужно ли это делать в отношении принцессы?

Подобные мысли перемежались у меня с короткими провалами в сон. Но я больше выматывался, чем отдыхал. Вынужденное бездействие давило на меня каким-то страшным предчувствием надвигающейся беды. Во снах я куда-то бежал, с кем-то сражался, кого-то спасал и… не успевал! Почти всё время – не успевал! Невидимый, в клубящемся чёрном тумане враг оставлял после себя лишь растерзанные трупы, измочаленные взрывами дома и выжженные радиацией пустыни. В которых нечем было дышать из-за отсутствия свежего воздуха.

Вот и сейчас: как трудно дышать! Что-то кольнуло меня в спину, и я неожиданно вынырнул из очередного кошмарного сна. Рукой судорожно смахнул обильный пол со лба. Что происходит?! В батискафе ощущалась острая нехватка кислорода!

Я повернул вентиль одного из баллонов, и приятный ветер наполнил душное пространство нашего временного укрытия.

– Николя! Роберт! Проснитесь! – крикнул я во всё горло, добавляя при этом и освещения. Ребята зашевелились:

– Дьявол! Что за жара?!

– А мне приснилось, что я возле перегретых реакторов!

– Да вот, чуть не задохнулись. То ли синтезатор воды не работает, то ли на троих эта банка не рассчитана!

И мы принялись проверять оборудование. Конечно, лишь имеющийся запас кислорода в баллонах позволял ещё часа четыре проторчать под водой. Но вдруг нужда заставит затаиться дольше? А мы и так провели на дне только несколько часов. До вечера ещё так далеко!

После прозванивания всех систем выяснилось, что вышла из строя одна из аккумуляторных батарей. А без неё синтезатор работал, чуть ли не в треть своей мощности.

– Вот сволочи! – нервничал Роберт. – Таки подсунули нам вышедшее из строя барахло!

– Надо было внимательней проверять при покупке! – укор я относил, прежде всего, в свою сторону.

– Для этого надо иметь полный экипаж. – Николя тяжело вздохнул. – И то бы всё проверить времени не хватило.

– Но ведь вы вроде проверяли батискаф перед швартовкой к вееру? – не унимался Роберт.

– Проверяли, – согласился я. – И обе батареи работали! А то, что одна была при смерти – не заметили….

– Будем ждать звонка с бота?

– Вызываем сами! – решил я. Хотя по предварительной договорённости мы не должны были делать это первыми. После набора шестёрки послышался недоумённый голос Цой Тана:

– Я как раз звонить собирался….

– Ничего! Как там обстановка?

– Да всё тихо. Никаких странных передвижений или назойливого наблюдения. Собираюсь прогуляться и позавтракать в ресторанчике. Его мне посоветовали таможенники.

– Позавтракать? Тогда – приятного аппетита! Но постарайся сделать это как можно быстрей! Одна из батарей вышла из строя, так что у нас максимум шесть, семь часов для сна осталось. Потом придётся всплывать. К этому времени ты должен будешь притвориться страстным поклонником морских просторов и кататься на катере где-то рядом. Надо подстраховать нас с поверхности. Всё понял?

– Всё! Может и не завтракать?

– Нет, планов не меняй! Заодно осмотришься возле космопорта. А потом сразу на причалы порта. Если какие вопросы, звони, спрашивай. Но всё время старайся нести больше белиберды: так словно разговариваешь с какой-то девчонкой!

– Постараюсь! Выхожу!

– Удачи! И перестрахуйся от слежки! Кстати, как там погода?

– Немного портится. Появилась средняя облачность.

– Прекрасно! Хоть со спутников над тобой надзирателя не повесят! Хотя…. Если у нас новейшие мухи-разведчики есть, то почему бы и им не использовать? Поэтому говори по краберу только намёками и понятными нам сигналами!

– Понял, командир! Ой! Прости, красотка! Но я так часто вспоминаю твою нежную спинку! – всё-таки чувство юмора у Цой Тана было отменным.

– Спинка моя даже не чешется после твоих ручек шаловливых! – в тон ему ответил и я. Ребята прекрасно слышали каждое слово и тоже улыбались. Но тут я вспомнил о странном уколе, заставившем меня проснуться. И добавил: – Кажется, Булька меня предупредил о нехватке кислорода…. И деликатно так ударил молнией….

– Вот видишь, какая у тебя хорошая спинка! – обрадовался Цой Тан и отключил крабер.

– Действительно ты что-то почувствовал? – не поверил Роберт. – Может, тебе приснилось?

– Сны от действительности я ещё могу отличить. Даже ели что-то и произошло, когда я спал!

– Тогда я тоже хочу с колобком дружить! – Николя осторожно, с опаской, похлопал меня по спине. – Может его можно разрезать?

– Вряд ли: он ведь всё-таки разумный! Тебе бы мозги поделить: понравится?

– Если у Бульки есть мозги, то как он тогда плоским становится? – ответил Николя вопросом. – До сих пор всегда считалось: мыслящему существу для сохранения своей самой нежной части тела, необходима твёрдая или жёсткая защита. Некое вместилище для ограждения мозга от внешних физических воздействий.

– А вот у электромугов мозг по всему телу разбросан! – напомнил я. – И не такая уж у них жёсткая защита! Да, полем они защищены от любого оружия! Но их наросты с разумом поддаются воздействию зубов гомо сапиенса! Парадокс? Ещё какой! Может они какое-то чудо и вырастили у себя под мышками: со способностью держать различные части мозга в маленьких шариках, хрящиках, небольших клеточных уплотнениях….

– Тогда ты будешь первым человеком, который нашёл новый вид разумных: колобок булькающий распластанный! – засмеялся Роберт.

Но Николя с таким названием не согласился:

– Тогда уж лучше: Молния колобковатая!

– Ты на что намекаешь?! Стратег недораспластанный! – зашипел Роберт, обидевшись, что издеваются над его знаменитым прозвищем. –