"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

И царя уже давно не виню в тех событиях, — ответил отец. — Но не думаю, что сейчас время для таких новостей, да и не уверен, что кому-то вообще стоит об этом знать. Никаких привилегий это девочке не добавит. А лишние разговоры ей ни к чему.

— Но ведь у нее четыре вида магии, которые она захочет развивать!

С отца станется запретить ей пользоваться магией вообще. А я не могла позволить такому случиться! А потому, пока он снова не включил режим «Я же глава семьи и знаю, как лучше», нужно поднимать этот вопрос и направлять его решение в нужное русло. Маменька, вон, тоже насторожилась.

Отец насупился, явно готовясь сказать, что лучшим вариантом будет запретить девочке пользоваться магией. Я даже могла просчитать ход его мыслей. Мол, подрастет, он ее замуж выдаст за преданного человека, а там мальчики пойдут, которые, скорее всего, один вид магии потеряют, но и с тремя они смогут укрепить род.

— Папенька, вы уже однажды умудрились испортить жизнь этой девочке! И не только ей! Поверьте, маменька до сегодняшнего дня мучилась от того, что вы в любой момент способны на измену. А уж сколько пришлось пережить Марье! Нелюбимый, всеми презираемый ребенок в семье! Я до сих пор не понимаю, как она умудрилась не озлобиться и сохранила веру в людей! И виной всему этому стала ваша трусость! Вы сами только что в этом признались! Так имейте хоть теперь смелость сделать ее жизнь счастливой! Всего-то нужно подумать, как решить эту проблему к всеобщему удовольствию!

Папенька дернул кадыком, насупился и нехорошо на меня посмотрел, усы его встопорщились. Маменька, предвидя грозу, начала гладить его по плечам и сделала мне большие глаза.

«Н-да, что-то я дала лишку. Не нужно было так прямо макать отца в его ошибки. Но если не сейчас, то когда?»

— Простите меня, папенька, — потупилась я. — Мне не следовало так говорить.

После недолгой паузы он произнес:

— Верно, не следовало… — угрюмо ответил, погладил руку жены и продолжил гораздо более спокойным тоном: — Но глупо обижаться на правду. Я и в самом деле принес своей семье немало горя… Но что же ты предлагаешь?

А я подумала, что, несмотря ни на что, мой отец очень сильный человек — не каждый смог бы признаться, что был не прав, и принять критику. Конечно, было видно, что далось ему это нелегко, но ведь далось!

Ожидая моего ответа, он открыл медальон и погладил в нем изображение. После чего протянул его мне. Миниатюра была такой искусной, что я поначалу приняла ее за цветную фотографию. Но здесь прогресс до такого не дошел. Изображенная молоденькая девушка была очень красивой: тонкие черты лица, мягкий овал… Марья сильно была на нее похожа. От отца же ей достался волевой подбородок. Невольно я тоже погладила изображение и, наконец, ответила на вопрос:

— Мне трудно что-то предлагать, надо все обдумать.

— И все же? Ты против того, чтобы она не занималась магией. Значит, нам нужно все рассказать императору. Скорее всего, он ее признает, и станет Марья признанным бастардом. Что дальше? Сейчас вокруг трона и так столько интриг, что мы не успеваем разгребать! Да и царь, как бы хорошо ко мне ни относился, доверять перестанет. Ведь не зря же мы столько лет прятали бастарда — точно что-то замыслили! И не докажешь никому, что ни о чем таком даже не думали! Все это может больно ударить по нашему роду и по твоей затее с магической гимназией!

Хуже всего, что отец прав. Все вполне могло именно так и повернуться. И тогда я не удивлюсь, если и думать насчет магии не придется: царь запретит ее женщинам, раз уж идея исходила от неблагонадежного источника. Н-да…

— Но у меня ведь три вида магии и никого это особенно не взбудоражило… — начала я размышлять. — Так, может, скажем, что у Марьи их тоже три и один вид просто не будем активно развивать!

— Если бы все было так просто… — устало вздохнул отец. — Только куда ты ее ауру денешь? Если она начнет активно пользоваться магией, то любой одаренный без труда сможет разглядеть, что она маг четырех направлений! Люди с таким редким даром буквально светятся в магическом зрении. И даже если не использовать один вид, это мало что изменит. Неужели ты нашего царя не видела? Хотя сейчас его аура заметно притухла. По Лизавете тоже не сильно что-то понять можно, она ведь магией не пользовалась почти, а в таком случае по ауре можно понять разве что человек является магом. Вот и у Марьи она притухнет, если она сейчас откажется от использования своих способностей. А пока мы ее из дома не выпустим, чтобы никто ничего не заметил. Так что, в сущности, нет у нас никакого выбора. Нет… — грустно закончил он.

Маменька тоже сильно расстроилась и, присев на стул, подперла лоб рукой:

— Ох-ох-охонюшки… Не было печали… — совсем сникла она.

А я посмотрела на их расстроенные лица, представила, как мне придется сказать собственной сестре, что магией ей заниматься нельзя! Потому что нельзя, и все! Представила ее разочарование во всех нас и обиду и поняла, что не могу подобного допустить! Никак не могу! Я же магичка с воображением! Неужели ничего не придумаю⁈

— Так! Отставить упаднические настроения! — я встала из-за стола и зашагала по комнате, так как мысли не просто метались в голове, они начали сталкиваться и порождать броуновское движение! И ходьба хоть как-то помогала их структурировать. — Итак, Марья должна заниматься магией! Но при этом никто не должен понять, что она дочь царя! Что для этого нужно? — рассуждала я вслух. — А нужно сделать так, чтобы по ауре никто ничего понять не мог! То есть, нужно ауру спрятать! — потому подумала, нахмурилась и исправилась. — Нет, прятать ауру нельзя, иначе это станет еще более подозрительным. Значит, нужно ее замаскировать! — я обернулась к родителям и спросила. — Такие способы известны? — по ошарашенным лицам поняла, что о таком не слышали. — Значит, нет. Ладно… Придется создавать технологию с нуля… — Я закусила ноготь большого пальца и даже его погрызла. — Нужно рассуждать логически! Что такое аура? Это энергия человека. Как магия влияет на ауру? Меняет ее за счет магических каналов, которые ее пронизывают. Что дает более сильно