"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

не без гордости могла сказать, что мы с девочками приложили к этому руки. Кроме всего прочего, Наталья специально к этому вечеру вырастила в больших кадках в императорской оранжерее кустарники в виде мифических животных, которые расцвели прекрасными цветами под взглядами собравшихся гостей. Мы с Варей сделали стационарные щиты, на которых изобразили огоньками и магически закрепили изображения царевны, царской четы и просто орнаменты. Эти щиты, словно ширмы, были расставлены по залам и причудливо делили некоторые из них. Особенно мы оторвались с одним из залов, где нам предоставили место под временный зимний сад. Мы соорудили там целый лабиринт из щитов и растений, которые свисали даже с потолка! Наталья добилась того, чтобы пол сплошным ковром покрывал магически модифицированный плющ. Он обладал такой прочностью, что будь даже на местных дамах каблуки-шпильки, не повредили бы его. При этом на ощупь листики были мягкими, и мне хотелось пройтись по живому ковру босиком. Этот плющ оплетал и стены, отчего создавалось полное ощущение летнего сада!

Поначалу в главном зале долго поздравляли великую княжну и дарили ей подарки, а затем выступил балет. В прошлой жизни я им не интересовалась, и сейчас была в полном восторге. Глядя на гибкие тонкие тела танцовщиц и их стройные ножки, понимала мужчин, которые теряли из-за них голову. Вспомнить хотя бы Матильду Кшесинскую, артистку балета, по которой в свое время сходили с ума члены Российского Императорского дома, и которая со временем вышла-таки за одного из них замуж и даже стала светлейшей княгиней.

А потом был бал. Дима, по уже сложившейся традиции, первым пригласил меня на танец.

— Евдокия, вы сегодня прекрасны как никогда!

— А вы все льстите, — улыбнулась я.

— В моих словах нет и капли лести… — парировал он. — И это меня беспокоит… — добавил Заславский неожиданно. Я лишь вопросительно приподняла на этот пассаж брови. — Количество ваших поклонников растет день ото дня, а некоторые даже умудряются доставлять вам беспокойство. Я бы с удовольствием разогнал всех, но боюсь, что вы за это не скажете мне спасибо. А вызывать кого-либо на дуэль без веской причины не в моих правилах. Хотя очень хочется.

— В этом вы совершенно правы! — поспешила заверить. — Такому человеку, как вы, вовсе не нужна слава бретера. К тому же император не поощряет дуэли ни в каком виде.

В этот момент мы в танце приблизились друг к другу почти вплотную, и он сильнее сжал мои пальцы.

— Евдокия, как бы я хотел, чтобы нас связывало нечто большее, чем просто дружба! Чтобы я на законных основаниях мог защищать вашу честь!

Я растерялась. Это что, был толстый намек, что в скором времени мне стоит ожидать сватовства? Нет! Мне пока рано! Да и девочки не поймут! Мы же договаривались, что пока не устроим свою гимназию, ни о каких замужествах и речи не будет! Но ответить Диме что-то нужно. Вон как напряженно за мной следит!

— Знаете, Дмитрий, я в некоторой мере верю в судьбу… — многозначительно на него посмотрела и обошла вокруг в фигуре танца. — И она ведет меня по пути магии. Вы как никто другой это знаете. Так вот… Любая официальная защита сейчас может лишь удлинить этот путь. Хотя это не значит, что в других обстоятельствах я бы отказалась от вашей защиты. Я тешу себя надеждой, что вы этих обстоятельств сумеете дождаться.

Вот это я завернула! Даже если бы полдня думала, не смогла бы сказать лучше. Но стоит быть перед собой честной: я бы за такого мужчину хоть сейчас замуж пошла! Все-таки, как ни крути, а я сейчас невеста неудобная, даже скандальная: и магией занимаюсь, и других девочек хочу ей обучать. А он вместо того, чтобы держаться подальше, всегда готов подставить плечо, дать совет и помочь на деле. Какой же он хороший, мой Димочка! Так бы и расцеловала!

Но вместо этого улыбнулась Заславскому… и отдавила ему большой палец.

— Простите… — проблеяла виновато.

Однако моя оплошность лишь подняла ему настроение.

— Ну что вы, Евдокия! Теперь я точно уверен, что вам небезразличен.

— Это вы как определили?

Он загадочно улыбнулся, но ничего не ответил. Так и разошлись в фигуре этого бесконечного танца. А когда наши руки снова встретились, я заговорила совсем о другом.

— Дима, мне нужна ваша помощь.

Он сразу подобрался:

— Конечно, Дусенька, всегда рад помочь!

— Ну, — я сделала вид, что смутилась, — помощь нужна не совсем мне…

— Вашим подругам, — догадался он.

— Подруге. Вы ведь сегодня уже общались с князем Багратионом? Не могли бы невзначай подвести его к нашей компании и познакомить?

— Я постараюсь исполнить вашу просьбу в ближайшее время, — улыбнулся он.

— Спасибо. — Танец завершился, и последнюю фразу я добавила уже, когда он вел меня к фрейлинам. — И не обращайте внимания на мои действия, связанные с графом Расселом. Девушка имеет право на маленькую месть.

Князь лишь вопросительно на меня посмотрел, но мы уже были не одни, и он откланялся.

— Ну и как? — спросила Лида, прикрывая лицо веером.

— Операция «Багратион» запущена! — тихо ответила ей.

Однако Дима с Багратионом все никак к нам не подходили, зато пред наши очи предстали аглицкие лисы. Мы с девчонками незаметно переглянулись. Англичане дружно нам поклонились и завели светскую беседу, явно пытаясь вызнать о нас побольше. Ведь весть о том, что убранством дворца отчасти занимались мы, уже разлетелась среди гостей. Скрывать этого не имело смысла. Наоборот, нужно было потихоньку приучать общество к тому, что женщины вполне успешно могут пользоваться магией в мирных целях, делая, как минимум, мир красивее.

— Дамы, мы поражены вашими талантами! Неужели этот все вы? — блондин красноречиво развел руками.

— Ну что вы⁈ — отозвалась Лидия. — Лишь малая часть заслуги принадлежит нам. Но мы очень старались! Особенно хотелось впечатлить вас! — с придыханием добавила она.

Лида настойчиво продолжала отыгрывать полную дурочку, которая от него без ума. Однако эта дурочка почему-то ни в какую не желала выбалтывать ничего хоть сколько-нибудь стоящего, упорно переводя все стрелки на персону белобрысого. Что его бесило неимоверно, но он прятал свои эмоции. Да разве ж такие всплески спрячешь от менталиста? Да и наедине с ним она почему-то оставаться никак не соглашалась! И даже до этого самовлюбленного хлыща уже доходило, что над ним