Второе рождение - Марк Блейн

обороны укреплённого пункта силами легиона при численном превосходстве противника». Тут я мог использовать не только знания Логлайна, но и собственный опыт. Правда, осторожно, не показывать слишком нестандартных решений.

Писал быстро, стараясь не задерживаться на сложных вопросах. Время было ограничено, а вопросов много. Лучше ответить на все хотя бы кратко, чем подробно разобрать половину и не успеть на остальное.

Периодически поглядывал на соседей. Аристократ Фабиан писал не спеша, тщательно обдумывая каждое предложение. Почерк у него был каллиграфический — видно, что писать учили с детства. Разведчик Волк, наоборот, работал быстро, покрывая листы своими записями. Изредка останавливался, задумывался над особенно сложными вопросами.

Третий блок оказался самым коварным — вопросы о современном состоянии армии и недавних изменениях в уставах. Здесь воспоминания Логлайна помогали слабо: за годы отставки многое изменилось. Приходилось импровизировать, основываясь на общих принципах и логике.

«Особенности взаимодействия боевых магов с лёгкой кавалерией при преследовании отступающего противника» — хитрый вопрос. Требует не только знания тактики, но и понимания специфики различных родов войск. К счастью, кое-что подобное встречалось в практике XV легиона.

Время шло быстро. За окнами экзаменационного зала солнце поднималось всё выше, освещая ряды склонённых над столами кандидатов. Кто-то писал уверенно, кто-то явно мучился с ответами. Несколько человек выглядели откровенно растерянными — видимо, попались вопросы, к которым они оказались не готовы.

Четвёртый час экзамена был самым тяжёлым. Рука уставала от письма, концентрация падала, сложные вопросы казались ещё более запутанными. Но я заставлял себя работать — каждый балл мог оказаться решающим.

«Применение магии иллюзий в условиях городского боя» — интересный вопрос, требующий творческого подхода. Написал развёрнутый ответ, используя как теоретические знания, так и практический опыт борьбы с культистами.

«Логистическое обеспечение легиона в походных условиях при отсутствии баз снабжения» — здесь пригодился опыт из прошлой жизни, принципы те же, что и в современных армиях.

Наконец прозвенел колокол, означавший конец экзамена. Центурион Гай скомандовал сложить перья и поднять руки. Все замерли, словно статуи. Потом началось методичное собирание работ.

Я откинулся на спинку стула, чувствуя усталость. Четыре часа непрерывного письма — серьёзная нагрузка. Но в целом был доволен результатом. На большинство вопросов ответил уверенно, лишь несколько вызвали затруднения.

Фабиан выглядел удовлетворённым — видимо, его академическая подготовка оказалась достаточной. Волк тоже казался спокойным. А вот некоторые другие кандидаты выглядели расстроенными.

— Первая группа свободна до завтра, — объявил центурион. — Вторая часть экзамена — практические испытания — начнётся в восемь утра. Всем явиться на тренировочный плац в полном снаряжении.

Мы покинули экзаменационный зал и вернулись в казармы. Там уже шла подготовка второй группы к письменному экзамену. Северус выглядел серьёзным и сосредоточенным, готовился к испытанию.

— Как дела? — спросил он, когда я проходил мимо.

— Нормально. Вопросы сложные, но решаемые. Главное — не паниковать и отвечать на всё.

Он кивнул и вернулся к повторению записей. Понимал — времени на разговоры нет.

Остаток дня провёл в подготовке к завтрашним практическим испытаниям. Магические упражнения, проверка снаряжения, лёгкая физическая разминка. Главное — не перенапрячься, но и не потерять форму.

Аристократ Фабиан занимался тем же — отрабатывал базовые боевые заклинания. Техника у него была хорошая, но видно, что в реальном бою не участвовал. Движения слишком академичные, правильные. В настоящей драке такая идеальность может подвести.

Разведчик Волк проводил время в медитации. Сидел неподвижно у окна, глядя куда-то вдаль. Профессиональная привычка — перед сложными заданиями разведчики часто используют подобные техники для концентрации.

Вечером, когда вторая группа закончила свой письменный экзамен, состоялся общий ужин. Атмосфера была напряжённой. Все понимали, что завтра решится судьба многих. Разговоры шли приглушённо — каждый был погружён в свои мысли.

Северус выглядел уставшим после экзамена, но удовлетворённым.

— Вопросы действительно сложные, — признался он. — Но справился. Надеюсь, хватит для прохождения.

— Главное впереди, — напомнил я. — Практические испытания покажут, кто чего стоит.

— Да уж. Там уже не спишешь и не сошлёшься на плохую подготовку. Либо умеешь, либо нет.

Мы поговорили ещё немного о предстоящих испытаниях, потом каждый ушёл в свои мысли. Завтрашний день должен был стать решающим для всех нас.

После отбоя долго не мог заснуть. В голове крутились мысли о предстоящих испытаниях, возможных заданиях, конкурентах. Особенно беспокоили мои ослабленные магические способности — на письменном экзамене это не имело значения, но завтра придётся демонстрировать практические навыки.

С другой стороны, у меня были преимущества, которых не было у других кандидатов. Боевой опыт двух жизней, нестандартное мышление, физическая подготовка. Если экзамен будет комплексным, шансы на успех есть.

Наконец сон взял своё. Снова странные сновидения, боевые сцены из прошлого и настоящего, лица товарищей по оружию, звуки битв… Но на этот раз они не тревожили, а скорее готовили к предстоящим испытаниям.

Завтрашний день должен был показать, достаточно ли у меня сил и навыков для возвращения в строй. Теоретическую часть я, кажется, прошёл успешно. Теперь предстояло доказать, что могу быть полезен империи не только знаниями, но и делом.

Утро экзаменационного дня выдалось серым и дождливым. Типичная погода для начала осени в этих краях. Я проснулся раньше обычного, хотя сон был беспокойным. Во сне смешивались воспоминания — то я снова был в Боливии, прижимаясь к грязной стене под свистом пуль, то оказывался Логлайном в атаке на культистский анклав, швыряя огненные шары в тёмные силуэты врагов.

Странно, как быстро человек привыкает к новой реальности. Ещё месяц назад я был уверен в материалистической картине мира, а теперь готовлюсь к экзамену по боевой магии. Хотя, если честно, мой скептицизм развеялся окончательно в тот момент, когда впервые зажёг огонь силой мысли. Пусть даже через боль и с огромным трудом.

В умывальной комнате царила привычная утренняя суета. Около дюжины кандидатов одновременно пытались привести себя в порядок перед решающим испытанием. Кто-то бормотал заклинания под нос, повторяя формулировки — видимо, зубрил до последнего. Молодой аристократ Фабиан, как всегда, выглядел безупречно, словно готовился на бал, а не на военный экзамен. Ветеран Северус методично точил кинжал — привычка, которая помогала ему собраться с мыслями.

— Нервничаешь? — тихо спросил меня Луций Волк, ополаскивая лицо холодной водой.

— Кто не нервничает перед экзаменом, тот либо дурак, либо уже знает ответы, — ответил я, вытирая руки грубой солдатской тканью.

Он усмехнулся. За эту неделю мы неплохо поладили, наверное, потому что оба понимали цену провала. Луций служил в разведке, где ошибки не прощают, а у меня