Трактир попаданки "Волшебный кабачок" - Натали Берд

Я лишь недоверчиво хмыкала в ответ, находя хоть какую-то отдушину в саду, прогуливаясь по вновь созданным тропинкам, раз стала невольной заложницей обстоятельств, наслаждаясь теплом, щедро посылаемым солнцем.

В этой стране не было зимы в привычном для меня понимании. Это был Южный край, где температура редко надолго опускалась до холодных отметок. Хотя это мой субъективный вывод, основанный на рассказах мужа. Он утверждал, что здесь есть зимы и довольно суровые. Зато короткие.

Я не верила, потому что цветы, появившиеся на наших клумбах, цвели безостановочно.

Там, где еще недавно рос лишь бурьян, теперь ровными рядками стояли высокие кусты яблони, а между ними вилась красивая тропинка, выложенная камнями, которые мне носил Бор, каждое утро ходивший проверять состояние реки и всего пространства вокруг нее, включая разлом. Оказывается, он был виден лишь посвященным.

— Отличная тренировка! — так говорил муж, вываливая очередную гору камней и вытирая пот со лба, каждый раз довольно улыбаясь.

Варвара, узнавшая о нашем с Купавой увлечении, постоянно присылала какие-то саженцы. Одни — приживались, другие — гибли. Вызывая иногда у девочки горькие слезы — столько сил она в них вкладывала.

— Красота! — я искренне восхищалась каждое утро, прогуливаясь по извилистым дорожкам.

— Точно! — поддерживали меня наши постояльцы.

Пока наш сад был совсем не оформлен, но нам он нравился и таким. Купава сияла, каждый раз, когда распускался бутон очередного незнакомого для меня цветка.

— Тебе нравится, сестричка? — спрашивала она, с нетерпением дожидаясь моего ответа.

— Конечно! — искренне говорила в ответ. — Ты у меня умница.

Первое время все интересовались: как здесь очутилась девочка и почему она одна. Поэтому, не найдя решения лучше, просто стали говорить, что она моя младшая сестра. Я забрала ее к себе, чтобы она была поближе к хорошей школе и столице, в которой находился один из лучших университетов. Именно туда девочка и собиралась поступать, на факультет травоведенья, когда вырастет.

Оказалось, что у Купавы действительно была сестра, только она ее очень плохо помнит. Мы пытались навести какие-то справки, узнать подробности. Но нам это не удалось, и все решили пока отложить поиски, понадеявшись на работающий и в этом мире русский авось.

Варвара с Владимиром всячески поддерживали Купаву, и ребенок горел увлечениями, абсолютно уверенный в своих силах.

Я расслабилась, наслаждаясь домашним уютом и семейным счастьем, забыв, наконец постоянно оглядываться, в страхе ожидая встречи с Сергеем.

Глава 71 Горим?!!

Домашние хлопоты накрыли меня с головой, не оставляя места для старых страхов, новых переживаний было предостаточно.

Бор постоянно был занят либо с торговыми мужиками, либо, со старцами, в башне, озабоченными тем, что междумирный разрыв, созданный мною, все увеличивается, грозя распахнуться во всю ширь. Что сулило неминуемую погибель.

Я же сделала свой вывод: — нам грозит катастрофа планетарного масштаба, когда один мир, войдет в другой. И повезет, если они между собой похожи, а если это будут такие, где в одном — магии нет совсем, и наш, в котором все буквально ею пропитано, то последствия могут быть чудовищными. Мы попросту сольемся во что-то хаотичное, нестабильное и, в конце концов, погибнем, не справившись с синхронизацией пространства.

Но ничего не понимая — давать советы — та еще помощь, поэтому я лишь слушала мужа, охая, где нужно и ужасаясь, где это было необходимо, стараясь как можно меньше путаться под ногами, и не выходить за пределы села, чтобы не сделать еще хуже.

Да особо и времени у меня не стало бегать по лесам да лугам.

Молва о нашем трактире, где гостям выделялись отдельные комнаты, в которых было все необходимое, начиная от полотенец, заканчивая элементарным — мылом с шампунем, правда, он здесь назывался — мыльная вода, — вызвал по меньшей мере любопытство, а вместе с ним и желание посмотреть, проверив все на личном опыте.

Оказывается, в этом мире было не принято предлагать подобные услуги. Считалось, что вполне достаточно — просто чистой койке в общей комнате и все. Отдельных номеров в трактирах было немного, и они всегда были зарезервированы на недели вперед для очень состоятельных путешественников. А у нас — легко можно снять как комнату с удобствами, так и попросить место на сеновале — бесплатно.

Пустующие номера оставались очень редко. Номера практически все были разобраны. Мы имели в запасе несколько резервных комнат на случай действительно непредвиденных ситуаций или прибытия собственных гостей.

Все чаще, семейные пары останавливались в нашем трактире, стараясь прибыть до сумерек, чтобы успеть прогуляться по уютному саду, а уставшим с дороги детям поиграть на большой оборудованной площадке.

— Лера, ты просто гений в трактирном хозяйстве! — Как-то восхитился муж, складывая в увесистый кошель недельную выручку, а я лишь пожала плечами, всем довольная.

Бор собирал вещи в нашей спальне, складывая их стопками на кровати.

— Ты куда? — обняла мужа за талию, прижавшись к его спине грудью.

Он замер на мгновение, положил обратно на стоявший рядом столик внушительный кошель, который необходимо было пристегнуть к кожаному ремню, и развернулся ко мне, легко поднимая и усаживая на прочную столешницу.

— Бо-ор! — щеки запылали румянцем, а тело предательски затрепетало, впрочем, как всегда, мгновенно откликаясь на призыв мужа.

— Я запер входную дверь. Не переживай, никто помешать не сможет. Последний обоз ушел со двора еще утром, а о новых — сороки еще не стрекотали. Птиц вообще нет в ограде, так что сегодня мы наконец-то останемся одни. Можем творить все что вздумается, девчонки нескоро еще вернутся. Войти никто не сможет, я еще и заклятье на все двери наложил. А завтра мне нужно будет съездить к отцу, появилось несколько вопросов по трактиру, их надо будет решить.

Его горячие губы прокладывали мокрую тропинку от мочки уха, все ниже и ниже, а уверенные пальцы, начали расстегивать маленькие пуговки на блузе.

— Сколько раз просил это орудие пыток на себя не надевать! — В его охрипшем голосе послышался волчий рык.

— Мне она нравится! — Я пыталась отбиться от настойчивых прикосновений мужа.

— А мне нет! — Бор оторвался от меня ненадолго, лукаво улыбнулся и, произнеся на выдохе: — Лера, прости, я случайно! — разорвал пополам тонкую ткань.

— Ты что творишь?! — Возглас, тут же заглушенный настойчивыми губами мужа, впившихся в мои голодным поцелуем, одновременно накрывая шершавыми ладонями мою обнаженную кожу.

— Хороша! — зашептал он, опускаясь все ниже и ниже. — Моя! — Прошептал, резким рывком врываясь в мой внутренний мир.

— Да! — выгнулась ему навстречу, начисто позабыв, что на плите внизу варится похлебка.

Мы горели, плавились, поднимались к звездам и