"Фантастика 2026-130". Компиляция. Книги 1-30 - Ал Коруд

Мы были полны жизни. Мне казалось, что у меня жизнь стоит в горле комом, и от этого я всегда слегка задыхалась, и хмель жизни сладко кружил голову. Я не нуждалась в допинге в виде алкоголя или сигарет. Я и без этого была самая веселая.

Глава 12

25 февраля 1965 года. Наметки. Старая Площадь

Не успел сесть за стол в своем кабинете, как помощники уже несут кучу бумаг на подписи и рассмотрение. Я охаю и хочу прятаться за шкаф. Два дня ЦК и правительство пребывали «в загуле», то есть принимали и беседовали с финской делегацией. Распорядок переговоров был продуман до меня и без меня. Так что поначалу пришлось больше вникать и с умным видом поддакивать. «Ой непохож!» Поработал, короче, «свадебным генералом». Это Косыгин воду мутит, считая себя главным. Не тут ли собака порылась, когда впоследствии его реформу стали зажимать, как палачи тестикулы в изощренных пытках? То-то мне прощается неуверенность. «Что с этого пентюха взять?» Кстати, а откуда в том мире у Ильича появилась такая тяга к международной политике. Он же неуклонно создавал такое понятие, как «Разрядка». Еще одна загадка семидесятых. Кто был движителем с обеих сторон? И кто от американцев похерил проект и взял курс на обострение?

Вечером двадцать третьего я крепко насел на Александрова и потребовал подробную записку о состоянии финско-советских отношений. Заодно пообщался с Громыко и обсудил с ним несколько животрепещущих вопросов. Андрей Андреевич произвел впечатление опытного дипломата. Отвечал коротко и по существу, иногда с удивлением посматривая на меня при особо каверзных вопросах или делал вид, что незнаком с международным сленгом. Иногда хмурился, подозревая в откровенном издевательстве. Но я быстро сводил все в шутку, смягчая строгий образ нашего министра иностранных дел. Как там в послезнании:

— «Жёсткую и мрачноватую манеру министра иностранных дел вести переговоры Кеворков охарактеризовал так: 'К встрече с Громыко, как к смерти, живого человека подготовить нельзя».

Я уже знал, что Громыко являлся активным сторонником налаживания отношений с Западом. Особенно с Америкой. Меня, вообще, заинтересовал внезапный и согласованный тренд советского истеблишмента на «мирное сосуществование» с коллективным Западом. Откуда что и взялось? Понятно, что жесткий курс Интернационала на раздувание мировой революции остался в прошлом. Но неужели эти деятели не видят, что мир капитала нам вовсе не друг, да и даже не «партнер»? К чему жеманные экивоки, дружеские жесты, перешедшие в восьмидесятые год в омерзительное подобострастие. Такое впечатление, что в перестроечном МИДе засели власовцы.

Понятно, что волюнтаризм Никиты еще хуже, чем жесткие установки «Железного занавеса» с его нарушениями человеческих прав и всеобщей изоляцией. Но поступаться принципами и интересами собственной страны совершенно тупиковый путь развития. Что и случилось в будущем. Все продали, сдали, но своими на благословенной «Земле Обетованной» так и не стали. Со слабаками серьезно никто разговаривать не будет. Мы должны действовать с позиции силы, милостиво разрешая противнику переговоры о мире. Черт бы побрал эту внешнюю политику! Мне бы успеть экономику на новые рельсы поставить и людей накормить.

Громыко прилюдно объяснял миротворческий курс желанием избежать очередной военной катастрофы. Две мировых войны для одного континента чересчур. Ильич ему постоянно вторил: «Лишь бы не было войны!» Как будто это мы ее форсируем? Здорово подозреваю, что корни «перестроечного» долбоепизма растут уже в здешней почве. С экономистами все как-то понятней. Этим идиотам проще вернуться к простой логике рыночных отношений. Товар-деньги-товар. Искать нечто прорывное в политэкономике страшно, на это решаются лишь гении. Наше родные академические институты оказались наполнены «либеральными» кадрами, тяготеющими к западной экономической мысли. Тем более что успехи самых развитых стран капитала налицо. Ага.

Да этом времени даже половина Европы живет крайне бедно, а «западники» «фапают» на несколько «витрин капитализма» и не желают видеть скрытых противоречий внутри более развитой Западной Европы. И МИД туда же. Мне крайне не нравится то обстоятельство, что наши Министерство иностранных дел занято больше государствами условного «Запада», а международный отдел ЦК КПСС странами социалистического блока и компартиями в странах развитого капитала. Третий мир кое-как поделен между ними. Непорядок! Чую, что с Громыко мы долго не сработаемся. Использую его знания, опыт и связи в начале. Чтобы сдерживать наших и «партнерских» ястребов. Последний в Америке хватает. Именно они в семидесятые снесли с поста Никсона и похерили «Разрядку». Стоит ли ее тогда, вообще, начинать?

Поэтому вчера я взял бедного Кекконена в оборот и подробно выпытывал неизвестные широкому кругу тайны финской экономики. Правда, пришлось с ним слегонца выпить, за что потом прилетело от Виктории Петровны. НО я же опытный перец, сначала пару бутербродов с семгой и масло, без хлеба. А уже потом водочки. Чухонец поначалу держался, но быстро «потух». Громыко лишь неодобрительно покачал головой. Я расторопно разрядил обстановку, сославшись на некие задумки и, зарядив Косыгина заковыристыми задачами в области микроэлектроники. И вот тогда поймал на себе предельно внимательный взгляд Андрея Андреевича. Разгадал, что я не шуткую, а веду некую потаенную игру. Значит, фигуру Премьера точно стоит держать в поле зрения!

Куда это годится? Кидаю папку с бумагами из ЦК в сторону. Зачем неподготовленные документы приносить мне на утверждение! Надо поговорить с Черненко и гнать нерадивых «ответственных работников» к чертям. Распустились! У меня нет, как у Ильича большого опыта административной работы, так что его знания здорово помогают, но одновременно мешают. Порядок есть порядок, и его нарушать нельзя! С тоской гляжу на календарь. Сплошные мероприятия. Когда глобально работать?

27 февраля в ГДР на Лейпцигскую ярмарку уезжает Косыгин. Надо обязательно успеть переговорить с ним. Только уже сомневаюсь, что получится. 3 марта в Москве открывается второй съезд писателей России. Придется сидеть в Президиуме. Надо обязательно запланировать встречи в кулуарах и познакомиться с важными для меня людьми. Только вот не знаю, буду ли те там. Михалков и Соболев с литературными генералами мне неинтересны. Шолохов другое дело. Кстати, закончил он «Они сражались за Родину»? Насколько помню, там случились некоторые проблемы с цензурой и печатью. Как можно такой талантище зажимать? Делаю пометку в «текущем» блокноте. И фильм выйдет раньше, после моего совета Бондарчуку деваться тому будет некуда. И Шукшина туда обязательно! Размышляю и делаю пометку рядом — загнать того на обследование!

5 марта Президиум Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза дает в Кремле обед в честь участников проходящей в Москве