Эксфэр - Максим Небокрад

— Ты впитываешь умения тех эксфэров, с которыми долго находишься рядом. Твои объёмы, разумеется, не бесконечны — как только будет достигнут предел, новая способность заменит ту, которой ты не пользуешься.

— Значит, я умею летать? — недоверчиво спросил я, вспомнив Аню. — Или понимать животных?

— Выяснить можешь лишь ты сам.

— Откуда вам всё это известно?

— Я изучаю мир больше трёх тысяч лет.

— Что?..

— При рождении моё дитя устанавливает со мной связь. Ребёнок получает мои знания, мои способности, мой опыт. В сущности, ребёнок — это и есть я. Как только умирает один из нас, связь обрывается.

— И сколько у вас таких детей может быть?

Флора одобрительно кивнула:

— Хороший вопрос. Связь устанавливается только с одним. Умрёт он — и мне придётся зачать другого.

— То есть вы всегда рожаете девочек?

— Я могу быть как мужчиной, так и женщиной.

— А с энергией что происходит? С каждым разом вы теряете половину?

— Нет, потому что сосуд всегда стремится восполнить свою величину. Иначе как бы эксфэры пользовались способностями на протяжении всей жизни?

— Подождите, выходит, у вас несколько способностей? — нахмурился я. — Вы же как-то оказались здесь.

— Я прожила пятьдесят одну жизнь и многому научилась за это время.

— Чему?

— Как минимум, читать мысли, — улыбнулась она. — Люди для меня, как открытая книга.

«Так вот как она узнала про симуляцию и циклы», — понял я, и Флора тут же сказала:

— Именно так.

— А ваше тело… Почему вас никто не видит? Вы этому тоже сами научились?

— Научилась, — ответила Флора. — Моё тело далеко отсюда, но я могу очутиться где угодно.

«Башка сейчас лопнет», — подумалось мне, и Флора по-доброму усмехнулась, явно прочитав мои мысли.

— Вы ведь чего-то от меня хотите?

— Помоги остановить Маркуса.

— Почему я?

— Потому что ты обладаешь великой силой.

— Вместо меня можно собрать десяток эксфэров, — заметил я.

— Нужен тот, кто объединит остальных. Тот, кто не таясь бросит Маркусу вызов. Он ведь такой же, как и ты.

— О чём вы?

— Он тоже родился не один. Мы с ним близнецы.

— Вы его сестра?

— Брат, если точнее — мы родились братьями. Он так же, как и ты, обрёл возможность впитывать в себя умения других эксфэров. Он получил мою способность, потому что всю жизнь прожил рядом. Это стало для нас открытием… С тех пор мы вместе познавали новое, изучали мир и путешествовали. Мы находили эксфэров в разных уголках планеты, и Маркус перенимал их способности. Порой мы расставались, но всегда поддерживали связь, чтобы он мог переродиться в своём ребёнке.

— И зачем он тогда всё это затеял?

Флора отвела взгляд к окну и посмотрела куда-то вдаль:

— Всё изменилось в начале шестнадцатого века. Тебе знакомо выражение «охота на ведьм»?

— Конечно.

— Тогда ты понимаешь, что это за времена были. Религиозные последователи и раньше охотились на людей со способностями, но инквизиция переплюнула всех. Они находили и убивали не только эксфэров, но и причастных: мужей и жён, дочерей и сыновей, отцов и матерей. Те из эксфэров, что соглашались работать на церковь и государство, сохраняли себе жизнь, однако, как ни странно, желающих было не так уж и много… Любой слух, любое подозрение, и ты становился их жертвой. Усугубляло всё то, что в инквизиции были свои эксфэры, беззаветно преданные делу. — Флора коротко усмехнулась и покачала головой. — Их называли божьими посланниками и активно использовали в этой бойне. К сожалению, в инквизиции служили далеко не глупые люди — наставники сохранили опыт древних и обучали церковных эксфэров находить себе подобных.

— Почему вы просто не убежали?

— Я убежала, но Маркус не хотел мириться — он потерял многих друзей и соратников и решил мстить. Шестнадцатый век он прожил в обличии женщины, и церковь запомнила его, как самую злобную и страшную ведьму. Вряд ли ты найдёшь в общедоступной истории упоминания об этом, но в то время в Европе не было ни дня, чтобы не пролилась кровь. Честно сказать, мы с Маркусом всегда отличались друг от друга. Он принимал участие во многих войнах, когда я старалась их избегать. Эта продолжительная резня окончательно изменила его. С тех пор он вынашивал идею создания единой организации, которая взяла бы весь мир под абсолютный контроль.

— И после всего этого он сам творит зверства с другими эксфэрами? Как это у него укладывается в голове?

— Не будь эксфэров в церкви, то, может быть, всё сложилось иначе, но историю уже не изменить.

— Вы хотите его убить?

Флора посмотрела на меня и грустно улыбнулась:

— Он должен уйти. Если так продолжится, то от прежнего мира не останется и следа.

— У него есть ещё какие-то способности, позволяющие жить долго?

— Насколько мне известно, нет.

— Или вы чего-то не договариваете, или кое-что не сходится, — произнёс я. — Почему вы просто не исчезли из его жизни? Рано или поздно он потерял бы способность к перерождению.

— Потому что он держит меня при себе последние три века.

— Как «при себе»?

— В клетке, если тебе угодно, — ответила Флора.

— Собственную сестру?

Она тяжко вздохнула:

— Маркус пойдёт на всё, чтобы добиться своих целей. Для него все средства хороши. Я пыталась образумить его, но это бесполезно. Теперь мне остаётся лишь бродить по миру в форме духа и наблюдать. Когда приходит время, он приводит одного из своих последователей и заставляет меня… давать начало новой жизни.

— Это безумие.

— У меня был шанс покончить жизнь самоубийством, но я не смогла довести дело до конца. Я не готова пойти на такой шаг.

Я начал мерить комнату шагами, пытаясь разложить всё в голове по полочкам. Маркус был гораздо более опасным человеком, чем я предполагал.

— Теперь ты знаешь, кто я такая, — нарушила тишину Флора.

— Так как вы нашли меня?

— Твоя энергия отличается от других. Да и такую мощь сложно не заметить — сила бурлит в тебе, словно неукротимая река. Рано или поздно я нашла бы тебя. Отчасти даже рада, что это случилось только сейчас.

— Почему?

— Полагаю, раньше в тебе не было столько решимости, Константин.

Я понимающе кивнул и спросил:

— Флора, скажите, а смерть моих биологических родителей… Их смерть связана с этими событиями?

— Как они умерли?

Мне сразу вспомнилась поездка в Пензу и разговор с Агафьей. Прежде чем я хоть что-то сказал, Флора произнесла:

— Пожар… Всего лишь случайность, Константин.

— Вот как.

— Я понимаю, ты потерял и отца, но всё же кое-что скажу: твоей матери оставалось жить не так много времени.

— Почему?

— Она с самого появления на свет носила в себе энергию. Без этой силы её хватило бы на пару лет. Наша с Маркусом мать умерла через полгода после деторождения.

— Где вы родились?

— На территории страны, которая сейчас именуется Италией.

— В Риме?

— Тот Рим, который ты знаешь, появился лишь спустя несколько столетий.

— А откуда вы знаете русский?

— Я знаю много языков, — улыбнулась она. — La nuit porte conseil.

— Что это?

— Французская поговорка: «Ночь несёт совет». Ложись спать, Константин. Мы продолжим наш разговор завтра.

— Могу я рассказать команде о вас?

— Расскажи, если считаешь нужным, — ответила она и добавила: — Спокойных снов.

Флора исчезла, а я тихонько сел на кровать, понимая, что этой ночью не сомкну глаз.

Глава 37

Днём я собрал всех и рассказал о разговоре с Флорой. Присутствовала даже Оля, которая, правда, была тише воды, ниже травы.

— Значит, ты у нас и швец, и жнец, и на дуде игрец, — сказала Вика.

— Это только предстоит выяснить.

— Неплохо она придумала, — сказала Даша. — Восемнадцатилетний парень должен бросить вызов огромной организации, которой ещё и управляет псих.

— Псих, живущий три тысячи лет, — кивнула Соня.

— Верное замечание, — произнёс Илья. — Мне кажется, эта… Флора возлагает на тебя непосильную задачу.

— Она не предлагает мне воевать в одиночку.

— И всё же, Костя, это звучит очень рискованно, — сказала Вика.

— Пока ничего не ясно. Время покажет.

— А вот если бы она нормально спряталась, то не было бы никаких проблем, — сказал Богдан. — Маркус мог умереть триста лет назад, и мы бы о нём даже не узнали.

— Далеко не факт.

— В смысле?

— Он мог просто изолировать себя от других эксфэров, чтобы всегда держать нужную способность.

— Так он её годами не использует. Разве способность не исчезла бы сама по себе?

— Не знаю, — ответил я. — Флора говорила только, что неиспользуемая способность заменяется другими. Может, и исчезает… Хотя, даже