Командующий фронтом - Влад Радин

Я поблагодарил Верховного и проинформировал его о своих решениях касающихся переподчинения войск 16-й армии Лукину и назначении Рокосовсского на новую должность.

— Хорошо. Действуйте, как считаете нужным. У вас всё?

— Пока всё.

— До свидания,- и Сталин положил трубку.

Завершив разговор я подумал,что получил от Сталина кредит доверия, который мне надо использовать с максимальной эффективностью.

Вот,что,- сказал я Соколовскому,- необходимо самым срочным образом усилить армию Собенникова за счёт Ракутина. Особенно стык с Брянским фронтом. А то его прикрывает всего одна стрелковая дивизия! К тому же не исключено и то,что немцы в самые ближайшие дни перейдут к активным действиям и в полосе Брянского фронта. Боюсь,что в этом случае товарищу Ерёменко будет не до вопросов взаимодействия с нами.

Сделаем,- ответил мне Соколовский.

У Ракутина в составе 24-й армии больше ста тысяч человек личного состава, две танковые бригады и более тысячи орудий. И такие силы прикрывают по сути второстепенный участок фронта! У Собенникова нет и половины таких сил. Особенно по артиллерии, в том числе и противотанковой. Необходимо, изъять часть этих сил и передать в распоряжение сорок третьей армии. Так,что проследите лично, Василий Данилович. А то я знаю наших командармов. Одни куркули! Будут при возможности тянуть с передачей своих сил соседу, до последнего момента. А нам каждый день, да,что там день, сейчас уже каждый час дорог.

— Есть,- последовал ответ Соколовского.

— Как идёт оборудование отсечных позиций на направлении возможных главных ударов немцев?

— Идёт не плохо,- ответил мне начальник штаба,- жаль,что мы поздновато взялись за это дело. Но прилагаем все усилия. Тем более Ставка передала в наше подчинение все инженерно — сапёрные батальоны.

— Нам,Василий Данилович, очень важно будет сдержать первый удар немцев. Не допустить их быстрого прорыва. Для этого надо сделать всё возможное и не возможное. Удастся это, фашистам дальше трудно придётся. Тем не менее необходимо срочно проработать маршруты отхода армий фронта на восток. Что бы не вышло так — враг уже почти окружил наши войска, а мы только- только начали задумываться об отходе.

— Такие маршруты разрабатываются,- получил я ответ Соколовского.

Мой начальник штаба нравился мне всё больше и больше. Деловой мужик! И главное хорошо разбирается в своём штабном деле. Не знаю какой из него может выйти строевой командир (штабные командиры далеко не всегда, могут хорошо справляться, со своими обязанностями на строевых должностях, равно как и наоборот), но штабной работник из него прекрасный. Недаром Соколовского и его деловые качества так высоко ценил Жуков. А сработаться с Георгием Константиновичем, зная его нелёгкий нрав (и это ещё мягко сказано) было очень не просто. Я уже понял,что на Соколовского можно было полностью положится во всяком деле. Все мои поручения он исполнял точно и в срок. Да и работоспособностью отличался завидной. В общем лучшего начальника штаба я бы себе, пожалуй, и не желал.

Я поднял трубку телефона и позвонил в штаб Резервного фронта.

— Будённый у телефона,- услышал я.

— Семён Михайлович, дорогой,это твой сосед. Имеется у меня к тебе большая просьба.

— Слушаю тебя, Иван Степанович.

— Не мог ли ты выдвинуть по Варшавскому шоссе несколько полков ПТО? Что бы в случае чего подпереть моё левое крыло? Скажем в район Юхнова?

— Опять ограбить меня хочешь? — в голосе Будённого я услышал скрытую иронию.

— Ну,что ты, Семён Михайлович! Какой грабёж? Ведь общее дело делаем! Если немец прорвётся в полосе моего фронта, то и тебе не сладко придется.

— Ладно понимаю. Это я так, по — стариковски решил побрюзжать.

Услышав эти слова я не выдержал и усмехнулся. Тоже мне старик нашёлся! Ему же ещё нет и шестидесяти! Противостоящий нам фельдмаршал фон Бок на три года старше! Не говоря уже о Рундштедте, которому вообще шестьдесят семь. А Семёну Михайловичу предстоит дожить до девяноста лет и умереть в здравом уме и твёрдой памяти.

Будённый не относился к числу «героев моего времени». Когда я родился, годы его наибольшей славы остались далеко позади. Они пришлись на тридцатые годы, а годы Великой Отечественной войны его слава значительно поблёкла. Конечно Будённый оставался в пантеоне героев гражданской войны, его знали, но от былой популярности уже мало,что осталось. Другое время — другие герои. Будённый явно не очень хорошо справился с возложенными на него обязанностями на первоначальном этапе Великой Отечественной.

Однако при всём, при этом у Семёна Михайловича имелась интуиция полководца, особенно чутьё на возможные неприятности могущие возникнуть на том или ином участке фронта. И это его черту я и собирался использовать в полной мере, при налаживании взаимодействия с командующим Резервного фронта.

Глава 20

Дневник начальника Генерального штаба ОКХ генерал — полковника Гальдера.

Запись от 22 сентября 1941 года 93-й день войны.

… Группа армий «Центр»: Гудериан начинает приводить в порядок свои соединения. Противник усилил нажим на Ромны и Глухов (отмечено большое количество дивизий). Складывается впечатление, что противник перебросил в этот район свои танковые части, ранее находившиеся в районе Брянска.

4-я и 9-я армии приводят себя в порядок. Активность противника незначительна. Снова отмечено усиление действий авиации противника.

Запись от 23 сентября 1941 года 94-й день войны.

…Группа армий «Центр»: Гудериан открыл себе путь на восток и перегруппировывает силы. На остальных участках фронта группы армий «Центр» относительно спокойно.

Запись от 24 сентября 1941 года 95-й день войны.

Полёт в район Смоленска (в штаб группы армий «Центр»)

а. Обсуждение с фон Боком замыслов группы армий «Центр» по операции «Тайфун».

б. После завтрака — обмен мнениями с командующими 9, 4 и 2-й армиями и командующими 2,3 и 4-й танковыми группами.

Доложенные мне планы в основном соответствуют точке зрения ОКХ. Я информировал присутствующих о замыслах ОКХ…

Вечер провёл у фельдмаршала фон Бока вместе с Кессельрингом, Гудерианом и Грейфенбергом, а так же майором в отставке Зольданом. Ночёвка в специальном поезде группы армий в Смоленске.

Фон Бок сообщил,что хочет перейти в наступление на фронте Гудериана 30.09, а на остальных участках 2.10.

Но во всяком случае, между этими двумя фазами наступления должен быть перерыв не менее 48 часов.

Дневник Генерал — фельдмаршала Бока.

Запись от 22 сентября 1941 года.

На фронте по- прежнему затишье, лишь на участке 2-й