Фантастика 2026-7 - Алекс Келин

пробыла совсем недолго, женщина лет сорока на вид, ранее представившаяся Мартой, принесла мне писчий набор. А следом за ней в комнату вошёл мсье Брайн, противоположность своего брата: улыбчивый, громкий и явный поборник правил приличия.

— Мисс Александра, вы прекрасно выглядите! Мне не хотелось вас беспокоить, но мсье констебль настаивает на встрече. Я пытался донести до него, что вы себя плохо чувствуете, но, кажется, ваш дядя требует выпустить Терранса, а без вашего заявления констебль не сможет его долго держать под замком.

— Я готова и поговорю с мсье констеблем. Мсье Брайн, спасибо за беспокойство, — поблагодарила мужчину, невольно заряжаясь его позитивом и лёгкостью.

— Я приведу его к вам.

Через несколько минут в покои вошли мсье Дэвид, мсье Брайн и высокий, худощавый и мрачный тип, представившийся капитаном Велдоном. Он цепким и подозрительным взглядом окинул меня, чуть задержавшись на моём лице, кровати и комнате, и не затягивая более, приступил к допросу. Иначе я эту беседу бы не назвала и была искренне признательна находившимся рядом со мной в это время мсье Брайну и Дэвиду, предполагая, что в противном случае мне бы было гораздо сложнее.

— Мсье Велдон, я не видела напавшего, но их точно было двое, — с трудом сдерживаясь, проговорила, радуясь, что мои руки скрывало одеяло и капитан не видел моих крепко сжатых кулаков.

— Мсье Терранс уверяет, что в этот дом прибыл, получив ваше приглашение, — едким голосом объявил констебль, вперившись в меня немигающим взглядом.

— Что⁈

— Мсье Велдон, вы мои слова ставите под сомнения? — чеканя каждое слово, проговорил мсье Дэвид, припечатав убийственным взглядом враз стушевавшегося капитана.

— И мои? Я видел, как мсье Терранс вёл невменяемую мисс Александру к карете у гостиницы, — добавил мсье Брайн, его взгляд стал ледяным, а ноздри раздувались от испытываемого им гнева.

— Нет, мсье… но я должен проверить слова мсье Терранса Уилсона, — пошёл на попятную капитан, а я снова мысленно поблагодарила провидение, что в то утро рискнула и предложила Брайну совместную поездку и что он стал свидетелем моего похищения.

— Кхм… значит, мисс Александра Пембертон, вы настаиваете, что мсье Терранс напал на вас? — снова спросил констебль, словно вынуждая меня отказаться от своих слов.

— Мсье Велдон, я не видела нападавшего. Я доверяю словам мсье Брайна, а также доверяю вашим коллегам, которые мсье Терранса схватили в здании, где меня держали привязанной к кровати, — наверное, в десятый раз повторила, устало откидываясь спиной на подушки.

— Я думаю, этого достаточно, чтобы предъявить обвинение мсье Террансу Уилсону, — мсье Дэвид завершил трудный и выматывающий разговор, первым поднимаясь с кресла. За ним тотчас встал капитан, Брайн тоже поднялся, и уже через две минуты я наконец осталась одна.

К записке для Кэтрин я приступила сразу, как только успокоилась и пришла в себя. Явное нежелание констебля предъявлять обвинение Террансу в нападении на меня было очень заметно. Он не скрывал своё презрение к моей персоне, а моё пребывание в доме одинокого мужчины подтвердило его неверные выводы на мой счёт. Наверняка дядюшка и братец постарались и облили меня грязью, и я была уверена, что от обвинений уже в мой адрес констебля останавливает лишь привлечённые к этому делу и, скорее всего, очень влиятельные в Грейтауне, Дэвид и Брайн. Мне несказанно повезло встретить их в Вирдании, но после проведённого допроса я ещё раз убедилась, что более не стоит здесь задерживаться и лучше поскорее покинуть гостеприимный дом.

А также поторопиться и решить вопросы с мсье Джоном Стафансоном. Оставаться в Вирдании без охраны, которая, как я была до сей поры уверена, в новой стране мне не понадобится, стало опасно. Кто знает, на что решится дядя Севард, когда услышит от капитана о моём отказе забрать заявление. Да и продолжить прерванный его супругой разговор о моей вдруг появившейся сестре и о вскользь брошенной фразе про пожар, я полагаю, дядюшка больше не пожелает. А разговор с мсье Филипом лучше отложить до следующего раза…

— Слизняк! — выругался Брайн, заходя в покои, в тот момент, когда я уже запечатывала письмо, — он имел наглость спросить о наших с вами отношениях!

— Ну… версия Терранса и моё пребывание в доме постороннего мне мужчины для капитана выстроились в логичную цепочку, — горестно хмыкнула, надеясь, что, покинув дом Дэвида и остановившись у Кэтрин, я не навлеку на девушку беду.

— Мы сказали ему, что ты наша дальняя родственница!

— Нда… роднёй я обрастаю со скоростью света, — едва слышно проговорила, громким голосом продолжив, — у него работа такая — не доверять никому.

— И всё же я так этого не оставлю, — заявил Брайн, я лишь благодарно улыбнулась взвинченному мужчине и, дождавшись, когда закончится гневная тирада, спросила:

— Мсье Дэвид обещал доставить это письмо моей знакомой…

— Да, он говорил. Если готово, я отнесу ему в кабинет.

— Готово, и ещё раз спасибо вам обоим.

— Мисс Александра, разве я мог не помочь своей сестре, — лукаво подмигнул мужчина, забирая у меня конверт и, махнув мне на прощание им же, скрылся за дверью.

Мне же оставалось ждать ответа Кэтрин или придумывать иное решение, так как возвращаться в гостиницу пока было страшно…

Глава 35

До обеда я обессиленно провалялась в постели. Две попытки подняться — один раз утром, чтобы привести себя в порядок, второй сразу после ухода капитана Велдона, ни к чему хорошему не привели. Головокружение обрушилось на меня с новой силой, а в животе образовался тяжёлый ком, намекая на очередную волну тошноты.

Беседа с констеблем, похоже, вытянула из меня остатки физических и моральных сил. Самобичевание тоже не улучшило моё состояние, сейчас мне хотелось спрятаться в укромном уголке от всего мира, уткнуться в надёжное плечо и поплакать. Но находясь в чужом доме, я не могла себе позволить показать свою слабость. Поэтому когда не слишком словоохотливая Марта подала на обед жидкий суп и небольшой кусочек хлеба. Я мило улыбалась и даже немного втолкнула в себя пару ложек ароматного бульона, затем так же доброжелательно скалясь, поблагодарила её за заботу.

А после, вновь оставшись в одиночестве, мысленно желала братцу Террансу и тому, кто его надоумил, всего самого «хорошего». И, видимо, так увлеклась, что незаметно для себя уснула, но как мне казалось я едва смежила глаза и тут же проснулась