Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

  Тем временем в лагере, пойманный скифами гонец Фына с полным откровением ответил на все интересующие Нефтеха вопросы. С его слов главная сила осажденных синов составляла пехота, вооруженная мечами пиками и луками. Конницы было крайне мало, поскольку всю ее забрал с собой Ван Мин отправляясь в поход на борьбу с коалицией синьских  царств.

  Перед началом штурма, египтянин рискнул начать переговоры с осажденными синами, хотя царь не одобрял подобного намерения. Однако едва Нефтех с переводчиком стали приближаться к стенам города, навстречу им вылетел густой рой стрел. От верной смерти советника спас холщовый панцирь, надетый под одежду и медный щит, которым Нефтех вовремя прикрылся от смерти. Переводчик был не столь проворен и был тяжело ранен в грудь, но был спасен Нефтехом который, схватив соседского коня за узду, и быстрым галопом выехал из опасной зоны обстрела.

  Александр не стал упрекать неудачных парламентеров в несогласии с собственным мнением. Он, только сверкнул в сторону Нефтеха холодным взглядом своих голубых глаз и приказал Гегелоху ускорить сборку осадных катапульт и баллист.

  Одновременно с этим пехотинцы Никея уже заканчивали сооружение штурмовых лестниц и налаживали на переносные тараны бронзовые бараньи головы. Отдохнувшие и окрепшие после перехода через пустыню, солдаты рвались в бой, дабы свершить подвиг во славу своего любимого кумира.

  Отдав право первого штурма Никею, полководец отвел оставшуюся часть солдат во главе с Леонидом в резерв, благоразумно решив не создавать столпотворение воинов  перед воротами пограничного городишки.

  Атака македонцев началась рано утром, когда заспанные караульщики на стенах с удивлением обнаружили диковинное скопище сооружений выползших из стана врага и неторопливо приближающиеся к стенам Лунси.

  Встав на безопасном расстоянии, македонцы быстро и слаженно начали обстреливать стены города метательными машинами, буквально сметая с них желтолицых воинов. От столь необычного начала в городе поднялся страшный гвалт, состоявший из испуганных криков горожан, стонов раненых и пронзительных приказов которыми Фын Лю пытался навести хоть относительный порядок среди мечущихся от испуга солдат.

  Столь необычная тактика ведения войны полностью выбила синов из равновесия. Они ожидали от осадивших их кочевников атаки городских стен в конном строю. Ложное бегство с целью выманить воинов осажденной крепости или скрытый подкоп под стены, что жуны однажды продемонстрировали, пытаясь овладеть Лунси. Однако действия нынешнего врага не укладывались в обычные рамки ведения войны.

  Преподнеся осажденным синам первый горький урок, метатели по знаку Гегелоха прекратили обстрел, заменив в ковшах метательных машин камни на горшки с огненной смесью. Тем временем, уцелевшие на стенах дозорные громкими криками известили своего командира, что вражеская пехота выстроилась в боевой порядок и со штурмовыми лестницами приближается к стенам города.

  Узнав об этом, Фын Лю немедленно погнал на стены всех своих воинов, чтобы помешать врагам, подняться на них. Кто со страхом, кто со злостью и ненавистью смотрели на строй вражеских воинов, все ближе и ближе подходивших к укреплениям города. Стрелки уже вложили на тетивы лука стрелы, воины изготовились метать пики, как враг неожиданно  преподнес ещё один сюрприз.

  Гегелох зорко следил за стенами крепости, и когда на них скопилось довольно много вражеских солдат, отдал приказ начать новый обстрел многострадальных стен Лунси. Выпущенный залп породил в рядах защитников крики ужаса и боли от нового коварства врага. От попадания адской смеси в крепости загорелось дерево, солома, камни, а так же люди и воины, попавшие под обстрел зажигательных снарядов.

  В ужасе несчастные бросились в разные стороны, не слушая приказов своих командиров.  Некоторые из них объятые пламенем и страхом стали прыгать со стен прямо в толпу стоящего внизу народа, порождая в жителях крепости панику и чувство обреченности.

  Дав по стенам несколько залпов, Гегелох приказал перенести огонь вглубь крепости, от чего близь лежавшие к городским стенам строения моментально запылали. Неукротимый огонь начал немедленно перепрыгивать на соседние здания, грозя охватить своим пламенем весь Лунси.

  Увидев дым и пламя, поднимающиеся из-за стен крепости, командующий штурмом таксиарх подал знак, и гоплиты, подняв лестницы, бросились на штурм. Критские стрелки мастерски подавляли единичные очаги сопротивления на осиротевших стенах города, буквально выбивая их защитников своими меткими выстрелами. При такой мощной поддержке, гоплитам Никея не составляло большого труда взойти на стены крепости, и начать рубить своими мечами всех кто только оказался на их пути.

  Воины имели строгий приказ царя не щадить никого, в наказание за смерть царского парламентера, который скончался рано утром несмотря на все старания Нефтеха. Александр решил продемонстрировать синам свою силу и беспощадность к любому сопротивлению оказанному его войску.

  Сины пытались оказать достойное сопротивление, злобным белым демонам смело, атакуя их своими алебардными пиками и скошенными мечами, но разрозненные очаги сопротивления были легко подавлены штурмующими отрядами. Через открытые гоплитами ворота в город ворвалась скифская конница, которые как истинные кочевники незамедлительно принялись крушить этот скромный очаг оседлой цивилизации.

  Пылали и рушились хижины и дома синов, храм и дворец правителя. Единственное, что Александр приказал своим воинам сохранить в целости и сохранности, были продовольственные склады и амбары, расположенные в южной части города. Об их местонахождении было известно от пленного гонца и потому все действия штурмующих отрядов были  хорошо продуманны и скоординированы.

  С азартным улюлюканьем гоняли скифы по улицам Лунси несчастных горожан, одетых в синие широкополые одежды с длинными диковинными косами на затылке. Многие из всадников ради озорства хватали синов за волосы и волокли их по земле, не обращая никакого внимания на их крики и стенания.

  Правитель Фын бежал из обреченного города по потайному ходу, как только белые дьяволы взошли на стену и распахнули городские ворота. Вместе с двумя преданными слугами, которые несли драгоценную поклажу хозяина, он торопливо уходил прочь от охваченного пожарищами города, скрываясь в густых кустах росших здесь в большом изобилии.

  Фын Лю уже довольно далеко отошел от Лунси, когда его маленький отряд был атакован конным разъездом бактрийских лучников. Стоявшие в засаде стрелки быстро определили по одежде, кто есть, кто и одним залпом положив слуг, с радостными криками устремились на Фына. Появление бактрийцев и столь стремительная смерть слуг было столь неожиданным потрясением для правителя Лунси, что он сначала впал в ступор. А когда один из всадников схватил его за косу и дал в спину хорошего пинка,