Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

  Когда это случилось, Антигон находился на правом фланге. Громкий крик отчаяние вырвался из его груди при виде бегущих с поля боя солдат, однако сам стратег не поддался паники. Гневно пихнув кулаком в лицо начальника охраны подбежавшего к нему с предложением бежать на коне, старый полководец попытался личным вмешательством спасти положение. Даже имея один глаз, он отлично видел, какими малыми силами громит враг его фалангу. Для их отпора нужно было успеть перестроить их ряды, но сделать это Антигон не успел.

  Откуда-то со стороны, на него вылетел молодой скиф. В его руке вместо привычного копья или акинака была крепкая волосяная веревка с тяжелым костяным шаром на конце. Воин непрерывно крутил веревку в руке, время от времени опуская свое грозное оружие на чью-то голову или шею.

  Богатые дорогие доспехи Антигона мгновенно приковали взгляд степняка к себе. Миг и, не раздумывая, он метнул шар в полководца, целясь ему в голову. Сделано это было столь стремительно и быстро, что ни охрана, ни оруженосец не успели закрыть Антигона от летящей с пронзительным свистом смерти.

  В последний момент стратег попытался уклониться, отдернув голову в сторону, но это его не спасло. Шар со страшной силой угодил ему в шею, перебил позвонки, разом оборвав жизнь последнего представителя, славной когорты полководцев царя Филиппа.

  Подбежавший оруженосец попытался помочь Антигону. Бросив на землю щит и меч, он подхватил медленно оседавшего на землю стратега, однако налетевший скиф помешал ему сделать это. Сначала он метким броском он набросил на безвольную шею полководца аркан. Затем, ударом шестигранной булавой закрепленной на запястье кожаным ремешком сразил храброго оруженосца, после чего развернул коня и стремительно помчался прочь, волоча за собой тело Антигона.

  Напрасно разгоряченные бегом охранники пытались остановить дерзкого скифа, в ярости бросая вослед ему копья и дротики. Все они пролетели мимо, и гордый сын степей ускакал со своим трофеем.

   Гибель полководца почти всегда означает окончание сражение. Не стала исключением и эта битва. Едва стало известно о гибели Антигона, как его воины обратились в бегство. Многие из них стали спешно сдаться грекам и македонцам Эвмена и тем самым стремясь избежать смерти от мечей персидской кавалерии. Едва только воины таксиарха Скилона побежали, как всадники Клеона принялись нещадно рубить бегущего противника.

  Не отставали от них и скифы. Стрелами и копьями, метательными шарами и арканами, они обрушивались на беглецов, выбирая из них тех, на ком были богатые доспехи или одежда.

  Только усталость кавалеристов Клеона и потери, понесенные всадниками Липоксая в схватке с фригийцами, не позволили им полностью разгромить и уничтожить воинов Антигона. Победители ограничились захватом лагеря мятежников, милостиво позволив беглецам отойти на левый берег Евфрата.

  Победа была полной, но Эвмен не мог в полной мере насладиться её плодами. Многие македонцы были недовольны тем, что хилиарх путем обмана заставил их биться со своими соплеменниками. По этой причине он постарался свести к минимуму ликования персов и скифов от одержанной ими победы.

  Одновременно с этим отдал приказ о погребении павших воинов противника и розыске тел Антигона и Филиппа. Когда после долгих поисков они были найдены, опознаны и доставлены хилиарху, он приказал устроить пышные похороны. Прах Антигона и Филиппа был помешен в мраморные урны и захоронен вместе с телами остальных воинов, над которыми был возведен могильный холм.

  Не желая дальнейшего ухудшения отношений с воинами македонцами, Эвмен поручил дальнейшее умиротворение восставшей Фригии и всей остальной Ионии таксиарху Эмпедоклу. Сам же Эвмен вместе с царицей Роксаной и царевичем Александром расположились в городе Мелитене.

  За одержанную хилиархом победу, царица Роксана возложила на голову хилиарха золотой венок. К нему был добавлен громкий титул «Спасителя царства» и многообещающий поцелуй благодарной царицы. За долгое время александрийского затворничества Роксана с радостью примеряла на себя одежды полноправной владычицы.

  Около двух месяцев пробыл Эвмен в Мелитене, внимательно наблюдая за тем, как Эмпедокл приводил к покорности мятежные провинции. Только после того как его полки встретились в Милете с занявшими город войсками Птоломея, Эвмен отправился в Вавилон. Предоставив хилиарху Запада самому решать судьбу захваченных им в Милете мятежников.

  Среди взятых в плен людей воинами Птоломея оказались Эвдем с Европой. Их опознали среди других беглецов пытавшихся сесть на корабль, идущий в Афины. Ценную добычу под усиленным конвоем доставили в ставку хилиарха, где ими занялись заплечных дел мастера.

  Как не крепок был Эвдем, но македонец не выдержал пыток и сломленный, откровенно ответил на все вопросы следствия. Пытаясь спасти свою жизнь, он сказал Птоломею, что обладает доказательствами того, что он внебрачный сын царя Филиппа, но это имело обратный результат. Едва Эвмен это произнес, как Птоломей приказал удавить пленника, что было незамедлительно исполнено. После чего хилиарх принялся за Европу.

  Вид окровавленного тела Эвдема, что солдаты вынесли перед ней из шатра Птоломея, ошеломило девушку, но не сломало. С истинно царским достоинством она встала перед хилиархом, после того как стражники грубо вытолкали её на средину шатра.

  Опытный ловелас Птоломей сразу оценил красоту и грацию своей пленницы. Зная о том, что Антигона и Филиппа уже нет в живых, он стал размышлять, как ему поступить со своей новоявленной сводной сестрой.

 - Раздеть, но аккуратно - произнес Птоломей после недолгого раздумья и охрана, с радостью бросилась выполнять его приказ. Европа пыталась сопротивляться их грубой силе но, получив звонкую оплеуху и болезный удар в живот, сжалась и прекратила сопротивление.

  Вскоре, со связанными за спиной руками она предстала в своей первозданной красоте, перед своим мучителем, который остался доволен открывшимся ему видом девичьих прелестей. Но едва Птоломей сделал шаг вперед и попытался положить руку на грудь,  Европа попыталась плюнуть ему в лицо, но неудачно. В пересохшем от волнения рту не хватило слюны и за свою дерзость, златовласая красавица получила сильный удар в поясницу тупым концом копья. В ответ, из уст Европы в адрес Птоломея посыпался град отборных ругательств, породивших на лице хилиарха гримасу гнева.

 - Заткните ее мерзкий рот и отведите в мою спальню. Там мы продолжим наше знакомство - приказал Птоломей и воины со знанием дела, сначала ухватив за волосы, запрокинули голову Европы. А потом, забив её рот отвратительно пахнувшим кожаным кляпом и прочно завязав его на затылке девушки, ухватив за ухо, поволокли в глубину шатра, за занавес.

  По прошествию нескольких