"Фантастика 2026-191". Компиляция. Книги 1-41 - Александр Фрост

— И что? — Лешка с вызовом глянул на хитрого поляка. — Прикажешь отказаться в твою пользу?

Маг Виртус усмехнулся, как ни в чем не бывало, и продолжил:

— Ты молод, и это прекрасно… Однако люди не доверяют тебе, твое положение шатко. Особенно после провала переговоров с Чародольцем. Маги шепчутся за твоей спиной, никто не хочет подчиняться юнцу… И многие, да, многие склоняются к Лютогору как к более достойному правителю… Возможно, нам придется договариваться с предводителем диких, если Чародольский Князь задумал худшее. Если в скором времени нам придется обороняться. Может, и хорошо, что Дверь в Скале пока закрыта. Однако, — неторопливо вел маг Виртус, — вряд ли наш знакомец, наш дикий-дикий Лютогор захочет сотрудничать с нами…

— Да кто его будет спрашивать! — не выдержал Лешка. — Как только я увижу его, то сразу вызову на поединок! Чтобы он не смог действовать исподтишка… И убью его!

— Или он тебя, — холодно парировал поляк. — Вспомни об отце — он был сильным, хитрым и ловким. Но даже он просчитался… Ты стал его слабостью, извини за это невольное откровение. Надеюсь, ошибки отца послужат тебе уроком… Не допускай, чтобы тобою манипулировали, играя на твоих привязанностях и симпатиях.

Алексей Вордак отвел глаза в сторону и скривился. Однако щеки его слегка покраснели, а по шее пошли розовые пятна — точь-в-точь как бывало у отца. Парень что-то буркнул и сел на диван, скрестив руки на груди.

— Но вернемся к нашему особому делу. — Виртус глянул на Шелла, послав ему предупреждающе-строгий взгляд, и вновь обернулся к юному князю: — Тебе следует упрочить власть старинным, надежным и, если разобраться, довольно приятным способом. У тебя появится статус. Ты будешь выглядеть… солиднее.

— Неужели? — Лешка с недоверием прищурился, но, судя по кислому выражению лица, уже предполагал ответ.

— Тебе надо жениться.

Шелл тут же надулся, но не выдержал и громко фыркнул, словно резвящийся в чистом поле конь. После чего мгновенно закашлялся, повернулся спиной к Виртусу и, схватив кованую кочергу, принялся усердно ворошить угли в камине.

Лешка даже привстал — то ли от волнения, то ли от негодования.

— Ну уж не-э-эт! — выдохнул он с ужасом. — Этого не будет! — добавил он тверже. — Во всяком случае, не сейчас. Когда-нибудь, возможно, но не сейчас. Да я просто не хочу! Мне этого не надо!

Сребровласый поляк понимающе усмехнулся:

— Не стоит так переживать. Женитьба — не страшное дело, наоборот — простое, обыденное, хорошее. Кроме того, никто тебя не торопит. Ты можешь хотя бы сделать выбор. Просто укажи на знатную ведьмочку. Конечно, это должна быть только истинная колдунья, девушка из волшебного аристократического рода.

— Может, ту самую рыжую красотку? — осторожно подал голос Шелл. — Конечно, у ее тети плохой вкус, но сама-то… Сочетай приятное с полезным…

Вордак так зыркнул на него, что веселый поляк сник и вернулся к углям в камине.

— Ну как хочешь, — пробормотал он. — Я просто предложил…

— Я бы тоже советовал Кристину Соболь, — неожиданно поддержал Виртус. — Она на стороне врага, пусть и делает вид, что не особо дружна со своей изменницей теткой. Ни для кого не секрет — девушка неравнодушна к тебе. Эта Соболь была бы ценным союзником, она много знает. И, возможно, если мы со своей стороны предложим хороших невест сыновьям Лютогора, то все сможем жить в относительном перемирии. И таки объединимся против Чародола. Забудем о междоусобных распрях перед угрозой общего внешнего врага. Так что подумай о Кристине.

— Нет, — жестко произнес Вордак. — Если я увижу ее слишком близко, то, боюсь, пристукну на месте. Она красива, никто не спорит. Но зла, жестока, тщеславна. Она мне противна, как и ее глупая, расчетливая тетка. — Он поморщился. — Да и бесят меня рыжие.

— Ну конечно, не блондинки же, — фыркнул Шелл и предусмотрительно отошел за спину Виртуса. На всякий случай.

Белоголовый тронул в задумчивости серьгу-полумесяц в правом ухе.

— Ты должен осознавать серьезность ситуации, — веско произнес он. — Лучше быть женатым, но живым, чем мертвым и холостым.

— Мощно сказано, старик! — хохотнув, пробормотал Шелл.

Маг Виртус не выдержал и послал в спину родственнику короткий огненный дротик.

Парень обиженно рыкнул и взвился в прыжке над полом на добрых полтора метра.

— За что?!

— Как ты еще жив, — обернулся Лешка к другу. — Если я тебя не испепелю, то дядя Виртус точно добьется успеха.

— Сейчас к тебе заглянет Эрис, — не обращая внимания на стоны Шелла, напомнил белоголовый поляк. — Постарайся расспросить девушку как следует. Например, почему ее наставница Марьяна Несамовита, известная в Англии под именем госпожа Кара, решила стать нашим союзником. Тем более что старая ведьма всегда была дружна с Чародольским Князем, и даже весьма.

— Я бы выпил кофе, — грустно произнес Шелл и широко зевнул.

В то же мгновение перед ним и перед Лешкой появились золотые чашки с ароматным напитком.

— Вот это сервис! — обрадовался поляк и благодарно кивнул в сторону зеркала, где исчезали услужливые тени призраков.

Маг Виртус оглядывался со скептическим выражением на лице:

— Ты уверен, что хочешь и дальше оставаться жить в этой Башне? Ты можешь переселиться в центральную часть дома или переделать весь Черный замок по своему вкусу. Даже самые прихотливые пожелания по интерьеру и внешней архитектуре займут у наших мастеров не более двух-трех недель.

— Нет, я останусь здесь.

Белоголовый поляк вздохнул, поворошил носком сапога пушистый зеленый ковер, имитирующий траву.

— Ну как хочешь, дело хозяйское.

— Так сколько у меня есть времени подумать? — кисло спросил Алексей.

— Да что тут думать — соглашайся! Жена-красотка, каждый день халявный се…

— Шелл! — громыхнул голос мага Виртуса. — Ты можешь быть серьезнее?!

— Не могу!

— Я отошлю тебя назад, к твоей семье! Будешь пасти овец где-нибудь под Татрами, бездельник!

— Я буду писать тебе письма каждый вторник, добрый дядя! И приставлять копыто вместо печати и скреплять пергамент добрым куском овечьего…

— Ах ты ж гад! И эту сволочь я поил из молочной бутылочки — и вот выросла образина! Морда холеная!

— Попрошу мою морду не трогать! И не морду, а вполне приличное лицо — у меня даже веснушек нет! И прокола в ухе, в отличие от тебя…

— Ты еще пререкаться вздумал? Сегодня же отошлю к мамке, ирод!

— Хватит о моей внешности! Я хоть не седой, как от удара молнии…

— Что-о?! Да я поседел, когда тебя воспитывал, тюлень!

Лешка, решивший подождать, пока поляки вдоволь накричатся друг на друга, вернулся к столику и протянул руку к золотой чашке.

Но та вдруг исчезла, оставив после себя легкое, едва заметное искрящееся марево.

Парень