Фантастика 2026-94 - Николай Владленович Басов

тут же приказал открыть огонь, и загрохотали выстрелы. Это не холостые заряды для гранат, а вполне себе полноценные. Раскаты выстрелов заметались по улицам, отражаясь от домов и влетая в уши. Народ с криками и матом вертелся на месте и падал на землю, продолжая корчиться уже там. Мы продолжали стрелять, пока оставшиеся на ногах вновь не забежали в трактир, оставив своих сражённых компаньонов.

— Вяжем! — приказал я.

Шестеро парней поспешили выполнить приказ, забросив дробовики за спины и вооружившись наручниками. Застрекотали зубчатые механизмы, перемежаемые матами, стонами и откровенным нытьём. Убить никого не убило, но досталось мародёрам изрядно. Варяжцы сноровисто пристёгивали задержанных между собой. Сначала устроили хоровод вокруг фонарного столба, а потом гирлянды из прикованных друг к другу пленников.

Завершив с улицей, сунулись внутрь, но там нашлись только пятеро горемык, не сообразивших, что под столом не укрыться и лучше воспользоваться чёрным ходом. Нормально. Я и не собирался задерживать всех.

Очистив трактир, мы составили вереницу из двух дюжин пленников и сопроводили их в ближайший околоток. Где нам были совершенно не рады. Однако то обстоятельство, что я не намерен снимать с задержанных наручники, и передал соответствующее количество ключей, примирило нас с правоохранителями.

Как я и говорил, пьяные всё понимают и никогда не полезут на рожон, если их завышенная планка самоуверенности говорит о том, что можно и огрести. Так что до самого утра на нашем участке ответственности больше ничего не случилось. А так-то Владивосток горел. К утру от матросской слободы, окружного суда, морского собрания и дюжины магазинов остались одни пепелища.

К полудню ситуация ничуть не улучшилась. Хотя к нам так никто и не полез, я предпочёл отвести своих людей к дороге в бухту Улисс. Мы перекрыли её от возможного появления восставших. Ну и чтобы не пустить в город какие-нибудь горячие головы из числа подводников, если таковые найдутся.

К слову, всех ранее задержанных нами повстанцы освободили. Полицейские же предпочли покинуть город, вышедший из-под контроля. Девять из них с семьями пришли к нам, рассчитывая отсидеться за городом. В результате семьи отправили к нам на базу, а служилые присоединились к моим людям.

В город ввели войска, но солдаты отказались стрелять в бунтовщиков, часть даже перешла на их сторону. Говорю же, допекли людей.

И тогда власти начали договариваться. Пообещали выполнить некоторые требования, выдворили из города ненадёжные части и в принципе всё сошло на нет. Город умиротворился. Вот только ненадолго. И я это прекрасно знал, поэтому решил форсировать вопрос с увольнением в запас как себя любимого, так и своих варяжцев.

И как-то плевать на косые взгляды в мою сторону. Старуха подвинулась, уступив моим потугам. И планов у меня теперь громадьё, чтобы терять время попусту, да ещё и заливать свой авторитет кровью. Моим планам это точно пойдёт во вред, а потому отходим в сторону и занимаемся своими вопросами.

Восстание там, не восстание, какая разница. Чиновничье крапивное семя, будь оно в гражданском или военном мундире, ничему не научится, пока не грянет гром. И в свете случившегося выходит, что всё же не всякий гром его пугает. Я это к тому, что за откровенную взятку и, надо сказать, весьма немалую мне удалось в недельный срок уволиться самому и прихватить с собой парней.

Я уже говорил, что нам предстоит слишком много дел, а времени нет совсем. Происходящее же, как это не цинично звучит, воспринималось мною как буря в стакане. Я не против подумать над тем, как предотвратить последующие выступления и избежать бессмысленных жертв. Вот только делать я это намерен по-своему.

Константин Калбазов

Неприкаянный 4

Глава 1

ПРОЧТИ!!!

Дорогой читатель, это черновик со всеми его ошибками, опечатками, нестыковками и несоответствиями. Очень хорошо подумай прежде чем покупать книжку, и потом не выноси мне мозг тем, что ты оплатил и хочешь получить качественный продукт. Если желаешь получить доступ к уже отредактированному варианту, тебе придётся подождать замены чернового текста на чистовой.

Америка, она такая… Америка

— Сэр, позвольте ваш саквояж, — вежливым тоном произнёс незнакомец.

На вид и по голосу довольно молодой, вряд ли старше тридцати. Внешность особо не рассмотреть из-за повязанного на лицо платка. Высокий, крепкого сложения, в тёмном костюме довольно хорошего пошива, на голове шляпа федора, с широким полями, из под которых выглядывают серые глаза. Взгляд жёсткий, никак не вяжущийся с показной вежливостью и явно указывающий на то, что его обладателю лучше не перечить.

А вообще, всё происходит в лучших гангстерских традициях. Одетый с иголочки налётчик, грабит банк, будучи подчёркнуто вежливым с оказавшимися внутри посетителями. Правда, если не ошибаюсь это типично для двадцатых и тридцатых годов, времён великой депрессии, когда американцы люто ненавидели банкиров и почитали грабителей как героев. Сейчас же только конец июня девятьсот шестого. И угораздило же меня.

— Сэр, при всём уважении, вы кажется пришли грабить банк, а не его клиентов.

— Штырь, да прикончи ты его! — грубо крикнул один из налётчиков.

Этот одет попроще и с явными повадками уголовника. У его ног лежит охранник с окровавленной головой, быть может и жив, хотя удар рукояткой револьвера здоровья ему явно не добавит. Двое других, даже не вспомнили о своём долге хранить деньги капиталистов, резво вздёрнув лапки к верху, и позволив себя разоружить. Они предпочли лишиться работы, чем жизни. Ну что же, не мне их в этом винить.

— Заткнись, Малыш и делай своё дело, — грубо огрызнулся стоявший передо мной, и вновь перешёл на нарочито вежливый тон. — Сэр, я вынужден настаивать.

При этом он слегка повёл стволом кольта в ободряющем жесте, и чуть склонив голову на бок картинно взвёл курок. Я не видел, а скорее ощутил, как стоявший рядом Ложкин напрягся, в готовности начать действовать.

— Не стоит, Ваня. Этот выстрелит, — на английском произнёс я, протягивая саквояж.

Мой боевой товарищ за прошедшие месяцы успел довольно неплохо изучить этот язык, хотя и говорил с жутким акцентом. Просто удивительно, как сильна порой в людях жажда знаний. Бывший артиллерийский кондуктор буквально впитывал их в себя, словно губка и ему постоянно хотелось большего, словно он стремился наверстать упущенные годы.

— Ого. Тяжёлый. Что там? — поинтересовался грабитель, когда его чуть повело.

Увы, мой расчёт на то, что увесистая ноша отвлечёт налётчика и позволит мне действовать не увенчалась успехом. Мужчина оказался либо