Фантастика 2026-7 - Алекс Келин

рисковать собой я не буду, и оставляя меня одну. Сейчас, кроме меня и бегающих по палубе моряков, никого не было и можно было в полной мере насладится мощью океана, при этом не слушая бесконечную болтовню надоедливой миссис Доротеи.

До конца нашего пути оставалось всего два дня, большая часть нашего путешествия в этот раз прошла спокойно. Но, видимо, природа напоследок решила испытать наши силы и убедиться, что мы достойны пройти этот путь, и теперь наше судно швыряло по чёрным волнам, грозя утянуть его под воду. Страха я совершенно не испытывала, наоборот, меня завораживала стихия, её мощь и могущество…

— Мисс, возьмите, а то продрогнете, — окликнул меня Эд, юный моряк с вихрастой, рыжей чёлкой и щербатой улыбкой, вручая мне плащ из непромокаемой ткани, — капитан просил вам передать.

— Спасибо, — поблагодарила, кутаясь в тяжёлую накидку, и неожиданно для самой себя, проговорила, — не знаешь, мсье Дэвид Стафансон уже в каюте?

— Он и не выходит из неё, — насмешливо бросил и, дёрнув головой, прислушался, — простите, мисс, мне бежать надо.

— Угу, — задумчиво кивнула я, отпуская парня, и бросила рассеянный взгляд в сторону капитанского мостика, где мистер Дарс уверенным голосом раздавал приказы. И, недолго размышляя, решительно направилась к каюте, которую занял Дэвид.

— Кто⁈ — только спустя две минуты после моего громкого стука в дверь раздался сиплый голос, который я едва расслышала.

— Мсье Дэвид, у вас всё в порядке?

— Да!

— Хм… уверены? — звон посуды, стон и последовавшее затем ругательство были мне ответом, — я захожу!

— Нет! — прокричал мужчина, но было уже поздно: дверь была не заперта и легко поддалась моему напору. А представшая мне картина убедила меня в правильности моих действий.

— У вас морская болезнь, — произнесла очевидное, глядя на серое и измученное лицо Дэвида, а затхлый, кислый запах, стоящий в каюте, подсказал мне, что это зараза началась сразу, как мужчина ступил на палубу, — почему вы мне не сказали? Виски? Этим вы надеетесь излечиться?

— Уйдите, — зло прошипел мужчина и, если бы мог, испепелил бы меня взглядом.

— Уйду, но сначала помогу вам, — голосом, не терпящим возражений, произнесла, быстро проходя в каюту, и первым делом распахнула окно, впуская чуть солоноватый воздух. После убрала со стола бутылку с янтарной жидкостью, которая грозилась вот-вот упасть и добавить и без того дурно пахнущей каюте тяжёлый запах спирта, — а это уберём подальше — это вам противопоказано. И рекомендую более не прятаться в каюте: свежий воздух, медленное и глубокое дыхание, лёгкая пища облегчит вам путешествие.

— Мисс Алекс, я вас услышал, а теперь оставьте меня, — буквально зарычал мужчина и даже попытался подняться, но обессиленно рухнул на кровать и, стиснув зубы, процедил, — уйдите.

— Тошнит? Сейчас… — обеспокоенно пробормотала, коршуном бросившись к кровати, и схватив ошеломлённого мужчину за руку, надавила большим пальцем на середину внутренней стороны запястья. Забавно, но в прошлой жизни я страдала укачиванием даже в автомобиле и многие способы опробовала на себе, прежде чем подобрала действенные. Одним из них была купленная в аптеке повязка с небольшой пластиковой пуговкой, всего лишь требовалось её разместить на определённой точке — и тошнота тотчас отступала. Здесь же в этом теле я таким недугом не страдала, но красочно помнила своё состояние, поэтому искренне сочувствовала Дэвиду и хотела ему помочь.

— Кхм… спасибо.

— Сами подержите? Я схожу за водой и полотенцем, вам необходимо положить на лоб холодный компресс, так будет легче.

— Подержу, — промолвил Дэвид, не сводя с меня свой пронзительный взгляд. Залёгшие тёмные круги под глазами и осунувшийся вид мужчины странным образом не вызывали во мне жалости, а вот неловкость и смущение невольно заставили отвести взгляд.

— Хорошо, я скоро, — проговорила, положив большой палец его свободной руки на нужную точку и, натянуто улыбнувшись, поспешила покинуть каюту.

Миску с водой и полотенце раздобыть удалось довольно быстро, несмотря на то, что все моряки были заняты. Стихия набирала силу, волны вздымались и с яростью обрушивались на корабль, а ветер сбивал с ног. Задерживаться на палубе было опасно, и я поспешила вернуться к болезному.

— Мне уже лучше, мисс Александра, спасибо, вы можете уйти в свою каюту, — проговорил мсье Дэвид, едва я переступила порог.

— Во-первых, я не могу вас оставить одного в таком состоянии, а во-вторых, поздно, выйти сейчас на палубу будет неразумно и опасно, — с улыбкой ответила, осторожно, чтобы не расплескать воду, прошла к кровати и даже успела поставить миску на стол, но корабль резко качнуло, и я рухнула прямиком в объятия мужчины.

— Вы в порядке?

— Да, а вы? — спросила, чувствуя под собой крепкое и горячее тело.

— Да. Лежите, а то свалитесь на пол. И не ёрзайте, мисс, — проворчал Дэвид, придержав меня рукой, когда я попыталась подняться, но судно снова дёрнуло, и я вернулась в исходное положение.

— Тогда подвиньтесь, мне неудобно на вас лежать, — буркнула, покосившись на хмурого мужчину, — и не убирайте палец с запястья, а то снова станет дурно.

— Хм… не могу сказать того же, — вдруг хмыкнул Дэвид, но всё же сдвинулся немного к стене и, чуть помедлив, проговорил, — почему вы пришли?

— Надо было прийти раньше, — ответила скорее себе, чем соседу по кровати, и шумно вздохнув, пояснила, — матрос сказал, что вы не покидали свою каюту на протяжении всего пути, а думала, что вы просто избегаете меня.

— Не переношу качку, но время от времени приходится пользоваться этой чудовищной пыткой, — хмыкнул мужчина, тотчас добавив, — никогда я не чувствую себя таким слабым, как на корабле. Но вы не ответили, зачем вы пришли.

— Как я могу оставить своего возможного делового партнёра в такие трудные для него времена? — с улыбкой проговорила, покосившись на удивлённого мужчину, и выдержав небольшую паузу, с тихим смешком добавила, — пока вы нужны мне живым и желательно здоровым.

— Благодарю за откровенность, — поддержал мой смех Дэвид и, чуть приподняв руку, показывая, что продолжает давить на запястье, спросил, — спасибо, способ необычный, но действенный.

— Знаю, — ответила, на мгновение почувствовав себя так, словно мы снова в Окленде на берегу океана. Вернулась та притягательная таинственность и одновременно лёгкость в общении и необъяснимое желание