Бастард рода Неллеров. Книга 10 - Серг Усов

и краткого описания случившихся со мной или вокруг меня событий, сообщу Юлиане и о новинках столичной моды. Те записи, которые лежат у секретаря сделаны под диктовку тёти Ники. Сам я, увы, слаб в описании рюшечек, завязочек, бантиков, разрезов-вырезов, низких или высоких приталенностей, ширины, длины юбок, рукавов и прочих премудростей портняжного искусства.

Ну, когда я сам в чём-то не соображаю, не стесняюсь просить советов и помощи у тех, кто разбирается. Благо, рядом со мной буквально кладезь мудрости в сфере моды — баронета Ворская.

— Вызывали? — прибежал Серёга.

Я уже переместился за стол и без его помощи достал все письменные принадлежности.

— Ага, вызывал. — говорю. — Давай, куда ты там спрятал описания платьев, причёсок и прочего?

Об ужасе из волос, который на университетском балу украшал голову миледи Берты, писать не стал. Не хочу, чтобы кузина, которая и так имеет индивидуальную внешность, изуродовала себя ещё и такой причёской. Да, там в Дитоне таких куаферов как в столице нет, но я по своим Дарье и Лесе помню, какими женщины могут быть находчивыми и изобретательными, когда что-то вобьют себе в голову.

С задачей я справился, посыпал строки песочком, свернул письмо в трубочку, вложил в тубус, в нём-то уж точно не помнётся, опечатал и отдал Сергию, чтобы послал кого-нибудь из состава караула к баронету Василию. Тот с ближайшим же караваном отправит в Неллер, а оттуда уж быстро доберётся — между стольными городами герцогства и графств весьма активное сообщение.

Пока с этим разбирался, с Заячьего острова вернулся Николас.

— Отнёс? — спрашиваю у штаб-капрала, когда тот замер на пороге.

Стою возле окна и до его появления смотрел на внутренний двор, где почтенная Грета Ойлар чихвостит и в хвост, и в гриву дворового раба. Размышлял, что мне на себя надеть при походе в «Золото Кранца». Решил дождаться вызванных Карла с Гербертом и одеться по их примеру.

— Да, отнёс. — доложил Ник. — Ух, господин, там такое творится, такое! Почти вся шайка вернулась с улиц, им сейчас не до подённых работ, воровства иль попрошайничества, всё руку Фрица рассматривают.

— Дети, — философски замечаю.

— Ага, — кивнул штаб-капрал. — Дополнительные продукты им сегодня кстати. Думаю, пир закатят с танцами, — это дружок мой немножко шутит. — Услышал, мечтают, чтобы какие-нибудь негодяи вновь попробовали бы миледи Берту похитить, а они бы спасли.

— Гадство, лишь бы до инсценировки нападения не додумались, — рассмеялся я, и тут вспомнил о совете наставника. — Ник, ты Павла-Жердь же помнишь? Он наш сверстник.

— Это с Мытищ который что ли? — свёл брови штаб-капрал. — Ну, помню. Мы его с тобой, ой, с вами, когда он у нас груши тётки Лимы отобрал, вечером подловили и в Нелку столкнули с мостков. Он же, да?

— Он-он, — подтверждаю. — Чибит мне в Неллере сказал, что Жердь женился. Представляешь?

Вообще-то ничего особенного в ранних браках на Паргее нет, тут и вовсе могут в детском возрасте привести в храм, как родители брачующихся сговорятся или их покровители, чьей воле молодожёны не вправе или не в силах противостоять. Нет, так-то и любовь-морковь, всё такое здесь тоже есть, но, увы и ах, этим руководствуются в последнюю очередь, когда решают, кому быть чьим мужем или женой. Да что там, сам в таком же положении. То ли останусь священником-бобылём, то ли подсунут какую-нибудь кикимору под венец. Всё решают выгода или имевшиеся обязательства.

— Так это я давно знаю, — хохотнул Николас. — Ему Ольгу ж, ту страшную дочь приказчика у старика Арнольда, чей сын её обрюхатил, подсунули. Как и Эрвину-Свистку такую же неосторожную дурочку в жёны сунули. Правда за обоих девок хорошие приданые дали и места работы.

— Не понял, кто чей сын и кто кого обрюхатил, хоть и жутко интересно, — смотрю на друга детства внимательно, хочу сейчас уловить его настоящую реакцию. — Лучше скажи, хочешь получить сержанта городской стражи в Неллере или получить домик в нашем поселении при обители, где выберешь? Я к тому, что ты это, жениться не хочешь?

— Жениться⁈ — изумился мой дружок детства.

— Ну, да, жениться. — говорю. — Среди сержантов у меня половина женатые, и ничего. Ты ж парень уже состоявшийся, с радостью буду видеть тебя у себя на службе. А если захочешь спокойной жизни, то я тебе её вариант озвучил. Уж поверь, патент сержанта стражи легко выправлю, и, заметь, бесплатно. Мы ж не чужие люди, Ник.

— Рано мне жениться! — воскликнул парень, вижу искренне. — Да и на ком⁈

— На Юльке, на ком же ещё. Не на принцессе же. Обжиматься с моей служанкой и целоваться тебе не рано, по вертепам с Иваном и этим — как его? — рыжим, не рано, а в храм идти не хочешь?

— Не хочу, господин, вы чего⁈ — он явно испугался.

Ладно, не стану уподобляться своим родственникам, которые решают за меня, с кем мне жить, не буду прессовать Николаса. Нормальный парень и боец перспективный. Да и командир из него впоследствии неплохой получиться должен. Эрик натаскает.

— Ладно, не хочешь, так не хочешь, — улыбаюсь, успокаивая штаб-капрала. — Иди тогда отсюда, больше вопросов к тебе пока нет. В увольнение собираешься? Смотри, без приключений там. Юльке, смотри, о нашем разговоре не проболтайся, а то опомниться не успеешь, как вас сам благословлю на совместных детей. Всё, теперь иди.

Если по отношению к другу детства идея с его женитьбой была скорее шутливой, то вот насчёт замужества Юльки я задумался всерьёз. Нет, конечно можно довезти девушку на обратном пути до Неллера и там дать ей пинка под попку, только я на такое без того, чтобы потом меня не мучили угрызения совести, пойти не смогу. Не так воспитан. Да и прежний Степ вряд ли подобным образом смог бы поступить, слишком много общих воспоминаний, зачастую трогательных и смешных, даже меня порой пробивает отголосками тех добрых эмоций прежнего хозяина этого тела. Хотя, кто знает. Зачастую выбившиеся, что называется, из грязи в князи проявляют чудеса преображения, становясь непревзойдёнными снобами.

Ладно, смог бы настоящий Степ жёстко поступить с Юлькой, не смог бы, теперь уже не скажешь, а милорд Ричард прав, девчонку уже без жестоких методов, от которых в отношении неё меня воротит, не перевоспитать. Значит нужно избавляться. Кстати, награждать достойных служанок достойным