Рай. Здесь нет Ангелов - Сергей Юрьевич Михайлов

в козла, обманувшего их в лучших чувствах. Наверняка, они еще ни разу не видели Рангуна, в упор расстреливавшего Высшего. Это смелость запредельного уровня, граничащая с безумием. Ну а Высших, пытающихся убить таких же Высших, они видят каждый день. Поэтому я картинно помахал своим зрителям, развернулся и нагло пошел к выходу. А чего мне бояться? Страж меня уже остановил, снова убивать его подопечных я не собираюсь. Все, я свободен. Ну а для других опасностей у меня теперь есть оружие. Я не сомневался в том, что его бывший хозяин не побежит за мной. Кто захочет связываться с героем? Тем более с таким отмороженным?

Шагнул в переход я только тогда, когда отошел от Пьяной Звезды метров пятьдесят. Город слишком густонаселен, чтобы заметить даже такое происшествие, как драка Высших. Оно взволновало только посетителей заведения. Я зашел в зализанную, со скругленными углами арку прохода во внутренний двор дома-муравейника, а вышел уже в почти таком же, но в другом районе. В том, где я начинал утро. Сфера перенесла меня прямо к штаб-квартире Идлива. Надеюсь, в этот раз ничего не помешает. Я осмотрелся – никто не заметил, как я появился? На меня никто не смотрел. Если кто и видел, то не обратил внимания. Высшие то и дело отправляют своих слуг Рангунов через переход. А то, что не появлялись двери, так, может, просто не заметил. Идти сразу к Идливу неразумно. Как я ему объясню свои приключения? Тем более высока вероятность, что его могли прикончить те Сангиры. Надо сначала немного осмотреться.

Я заказал сумку такую же, какую видел у торговцев наверху, на базаре. Она мгновенно появилась у моих ног. Забросил туда подаренное оружие и направился в ближайшее заведение, где можно посидеть. Как раз напротив находился местный аналог нашего кафе. Его вывеска со сменяющимися аппетитными блюдами призывно светилась. Я прошел через слабоосвещенную улицу-ущелье и зашел в заведение больше похожее на пещеру. Полумрак, лишь небольшая подсветка у столов. Но зато жарко и сухо. Даже веял настоящий горячий ветерок. Отличное место для расслабления рептилий. Посетителей немного. Заняты всего несколько столов, приткнувшихся к стенам вдоль закругленного длинного зала. Я выбрал стол недалеко от входа. Окно здесь одно, только во входной двери. Рангуны не любят окна. А мне хотелось видеть дом Идлива. Он как раз напротив. Я заказал обычный кусок холодного мяса и большую чашку бульона – то, что я съел в Пьяной Звезде, там и сгорело в той киношной битве – сейчас я опять хотел есть.

Сразу расспрашивать официанта – темно-зеленую усталую рептилию – я не стал. Пусть сначала принесет еду. Я ждал заказ, а сам все время поглядывал на дверь. Хорошо бы, если бы сейчас вдруг зашел кто-нибудь из бойцов Идлива. Из тех, кого я уже знал. Понятно, что никто не появился. Случайности бывают только плохие. Закон подлости действует во всех мирах. Я принюхался. На меня повеяло чем-то знакомым, где-то я уже встречал этот запах.

– Это ты?!

Я обернулся. Передо мной стояла самка. Та самая, что предлагала мне себя вчера в Пьяной Звезде. Так вот откуда этот запах, его ни с чем нельзя спутать. Блин, я правильно подумал – случайности бывают только с отрицательным знаком. Мне совсем не нужен здесь свидетель моих приключений. А судя по интонации, она меня точно видела. Неужели и сегодня? Но вряд ли. Я шагнул сюда через переход, а она должна добираться транспортом. Не успела бы. Я успокоился и кивнул:

– Я.

Однако она стояла в нерешительности и вглядывалась в мою морду. «Не узнает? – догадался я. – Ну и отлично. Не зря мы с Ромкой трудились». Похоже, это действительно сделано хорошо. Не узнали охранники на входе, и вот теперь эта самка тоже. Но оказалось, что её провести сложнее. Она склонилась ко мне.

– Ты подрисовал себя, что ли? Зачем? Кое-как тебя узнала. Хорошо, что со спины сначала увидела. Я фигуры запоминаю очень хорошо.

И вдруг она на секунду замолчала, словно что-то увидела еще. Зрачок у нее расширился, заняв почти весь глаз. Потом она откинулась и выдала такое, что я опешил.

– Так это ты был сегодня там?! Опять?

– Ты про что?

– Не приставляйся! Я только сейчас это поняла! Что это ты. Конечно, двух таких сумасшедших быть не может.

Я махнул лапой, пытаясь её остановить, но она не унималась:

– Ну, ты даешь! Мне сейчас про тебя все уши прожужжали. Подружка звонила только полчаса назад.

Я усмехнулся – слава летит впереди героя. Самочка же никак не могла остановиться:

– Ты, правда, сумасшедший?

Я заметил, что возвращается официант, и схватил самку за лапу.

– Садись. Поговорим.

Она с готовностью плюхнулась в кресло напротив. Похоже, известный персонаж всегда пользуется популярностью у противоположного пола. Хоть у людей, хоть у рептилий. Как только я прикоснулся к самке, желание зашевелившееся, когда я уловил запах, стало нестерпимым.

– Прекрати завлекать меня!

Самочка заулыбалась, показывая прекрасные резцы и клыки. Будь я человеком, никогда не заговорил бы с такой особью. Одним укусом килограмм тела вырвет. Сейчас же она показалась мне очень милой. И вдруг в одно мгновение наваждение исчезло. Значит, я прав, она делает это специально.

– Всё, всё. Я больше не буду, – опять заулыбалась она. – Но скажи, это правда? То, что ты сегодня натворил?

Я осторожно задвинул сумку под стол, и знаком показал самке, чтобы она молчала. Мне не хотелось, чтобы кто-то ещё услышал, как она восторгается моими подвигами. Как только хмурый Рангун выставил заказ на стол и отошёл, я спросил соседку:

– Как тебя зовут?

– Гьири.

– Как ты тут оказалась?

– Я здесь живу.

– В том доме?

Я показал на двери. Там за окном светились фонари на доме Идлива.

– Да. Паршивая комнатка, но пока за неё платит Идлив, жить можно.

– Платит Идлив? Почему? Ты родственница?

Она ещё не начала отвечать, а я уже понял, что затупил. Ясно, почему платит – она на него работает. Ответ подтвердил мою догадку.

– Как почему? Ты же видел, я работаю в «Пьяной Звезде». Значит, на клан Идлива. Мы все здесь живём. Если уйду из Звезды, меня выкинут из жилья.

«Блин, как из фильма про мафию. Или как будто на Земле в девяностые». Крёстный отец даёт и работу, и кров. Я встряхнулся: меня это не касается, пусть живут, как хотят. Они даже не моей расы. Главное, о чём я должен думать, это о том, что в доме про меня знают все. И про