Мангака 5 - Александр Гаврилов

ними, по центру, рядом сидела Канна, бесцеремонно положившая голову мне на плечо, не обращая ни малейшего внимания на Кимуру, который даже не пытался возмущаться по этому поводу. Сам виноват. Но надо рассказать по порядку.

На днях этот дон Жуан пригласил Мидори в кафе, попить кофе, обсудить их роли, ну, в общем, стандартные отмазки парней, приглашающих девушек на свидание, но не придумал ничего умнее, как позвать её туда, куда он ходил частенько вместе с Канной. И надо же было такому случиться, что в этот же день туда пришла Канна с подругой.

Большинство японских девушек в такой ситуации не стали бы ничего предпринимать на публике. Молча ушли бы, и высказали бы парню всё потом, причём, скорее всего, даже не при встрече, а по телефону. Но Канну было сложно отнести к этому большинству. Она у нас девушка была очень вспыльчивой и импульсивной, а потому стесняться она не стала.

Подошла к их столику, и, не слушая жалобные оправдания Кимуры, взяла его кофе, и вылила ему прямо на голову, после чего молча ушла. Это ему ещё очень повезло, что там не кипяток был.

Всё это рассказала мне вчера по телефону Мидори, находившаяся под большим впечатлением от её поступка, который её, похоже, восхитил, а ещё она была очень возмущена Кимурой, который даже не рассказал ей, что у него есть девушка, и ей вдруг стало интересно, знал ли я об этом, ведь мы были с ним знакомы, и если знал, то почему не рассказал ей об этом?

Я честно ответил, что знал, но не собирался лезть в чужую жизнь. Это не моё дело, кто там и с кем встречается. К тому же, я понятия не имел, какие у него были намерения в отношении Мидори. Мало ли, вдруг он просто подружиться решил, а я тут буду подробности его личной жизни рассказывать?

Как по мне, это были вполне разумные причины, но Мидори они, почему-то, не устроили. Она категорично заявила, что это значит, что я тоже виноват, и теперь я должен загладить свою вину, и сходить с ней на свидание.

Сначала я хотел вежливо послать её с такими заявлениями, но вовремя прикусил язык. Послать, если что, я всегда успею, это дело недолгое, а вот попробовать узнать что-нибудь про её деда, или про его замыслы в отношении меня, мне не помешает.

У меня вообще была мысль, а не подослал ли он её ко мне для того, чтобы она как-то обработала меня на то, чтобы я согласился продать акции, но, немного подумав, я решил, что вряд ли. Может я ещё и не очень хорошо узнал Мидори, но почти уверен, что она подобным не стала бы заниматься. Он явно что-то другое задумал, и, возможно, с её помощью удастся узнать, что именно…

Так что в итоге я согласился загладить свою вину, и позвал её на свидание на следующие выходные.

На экране, тем временем, мой герой расправился с последней жертвой, наступил рассвет, прибыла полиция, быстро промчалась сцена в суде, и кино закончилось без всяких финальных титров, которые, видимо, ещё были не готовы.

Никаких аплодисментов после просмотра не было, в Японии было так не принято, и я думал, что на этом всё, и можно идти домой, но тут на сцену выскочил наш режиссёр.

— Уважаемые коллеги! — энергично начал он, — Хочу сказать спасибо всем, кто участвовал в создании нашего фильма. Мы все проделали большую работу, и, поверьте, я ценю вклад каждого из вас! Конечно, до старта показа фильма в кинотеатрах ещё далеко, и праздновать нам ещё нечего, но всё же я хотел бы пригласить вас в наш банкетный зал, где уже накрыты столы для небольшого фуршета. Прошу всех пройти туда, где мы с вами поднимем бокалы за успех нашего фильма!

Он закончил, и вот тут уже без громких аплодисментов не обошлось. Народ оживился, предвкушая халяву, и тонкой струйкой потянулся к выходу.

— Может, сбежим отсюда? — обняв меня за шею, тоскливо предложила Канна, — Ну их всех, — бросила она косой взгляд на стоявшего в стороне Кимуру, — пойдём в бар и напьёмся. Я угощаю.

— Пить я не буду, но компанию тебе составить могу. Давай сбежим, — согласился я с ней.

— Так! Никаких сбежим! — выпалил подкравшийся откуда-то из-за спины Танака-сан, — Оба немедленно идёте на фуршет! Я обещал спонсоров познакомить с вами. Они уже ждут! Сходите, поулыбаетесь им, а вот потом сбегайте, если хотите. Ясно? А сейчас идёте со мной, и не вздумайте потеряться где-нибудь по дороге!

— Хорошо, Танака-сан, — тут же приняла скромный вид Канна, — Это я так пошутила.

— Ха-ха, смешно, — без малейшего признака улыбки ответил он, — Будем считать, что я оценил твой тонкий юмор, а сейчас идёмте уже.

Канна взяла его под руку, и они пошли вперёд, не обратив ни малейшего внимания на поникшего Кимуру, с видом побитой собаки поплёвшегося следом, ну, а я замыкал нашу маленькую процессию.

И уже выходя из зала, я вдруг сообразил, что Мия тоже должна была тут присутствовать. У неё, конечно, был лишь маленький эпизод в фильме, но она ни за что бы не упустила шанс побывать тут. Массовку, конечно, сюда не звали сегодня, а вот актёры эпизодов почти все были. Кроме неё. И с той встречи на день рождения её бабушки она мне даже не позвонила мне ни разу.

Может, прав Юсаку, и я перегнул палку с нашим расставанием на глазах у её родственников? Надо будет сегодня же вечером позвонить ей, и узнать, как у неё дела.

* * *

— Господа, позвольте вам представить восходящих звёздочек нашего кино Сайто Кушито и Канну Хашимото, — подвёл нас режиссёр к группе из четырех человек, где были два каких-то мужика, лет под пятьдесят каждый, и две женщины неопределённого возраста. Каждой из них, судя по их ухоженному виду и макияжу, могло быть как тридцать, так и все пятьдесят с лишним лет. Обе — невысокие миниатюрные брюнетки, и можно было бы предположить, что они сёстры, если бы половина девушек Японии не выглядели также.

Мужики довольно бесцеремонно разглядывали Канну, а женщины переглянулись с какой-то еле уловимой усмешкой, и с загадочным видом посмотрели на меня.

— Здравствуйте, молодой человек, — с лёгкой хрипотцой в голосе произнесла одна из них, и протянула мне руку для рукопожатия, — Меня зовут Кими Огучи, а это моя подруга, Акико Кобояши. Мы рады увидеть вас, наконец, вживую. Признаюсь честно, вы произвели на нас довольно