Тензор порядка - Алекс Гор

Правда, для того чтобы выживать здесь, необходимо было трудиться, а девушка, воспитанная в роскоши шикарных резиденций, которая должна была стать, по её искреннему разумению, императрицей или уж на худой конец женой одного из высших аристократов и блистать на балах, занимаясь каким-нибудь полезным с точки зрения государственности делом, искренне возненавидела ту рутину, на которую её обрекли. Более того, как показала практика, почти всех колонистов здесь следовало считать политическими заключёнными, время от времени можно было услышать какую-нибудь душераздирающую историю о том, как попал сюда то один, то другой поселенец. Дабы не раскрывать своего настоящего имени и не вызывать тем самым закономерный гнев товарищей по несчастью, Велине с мужем пришлось скрупулёзно придерживаться той легенды, которую для них придумали, надо сказать, весьма профессиональные сотрудники маркиза Ар-Лафета. И хоть в первое время она постоянно пребывала в страхе перед раскрытием своей личности, ведь в таком случае, как её заранее предупредили, она бы попала в гораздо менее дружелюбное место. Так и жила изгнанная братом принцесса, ежедневно отправляясь на работы по разнарядке, без права на связь с внешним миром. В колонии это вообще не предусматривалось, более того, даже людей, обладающих рабочей нейросетью, здесь можно было пересчитать по пальцам.

Поначалу отношения с мужем не ладились: яркая и амбициозная девушка, в одночасье потерявшая всё, искренне ненавидела его, но потом поняла, что здесь она может рассчитывать только на себя или на того, кто будет ей помогать, так что пришлось усмирить свою гордыню и жить со Скоттом как муж и жена. А потом аристократка неожиданно забеременела — так уж устроена человеческая природа, — и вот тут-то она и поняла, что её жизнь по-настоящему идёт под откос. Хотя, безусловно, период беременности и первичного ухода за ребёнком принёс ей некоторые послабления от трудовых обязанностей и на некоторое время позволил передохнуть, потому что девушка уже давно испытывала настоящее омерзение от запаха сока ангалы, являющегося практически единственным источником доходов для колонии, по крайней мере на данном этапе её развития. Но всё когда-нибудь подходит к концу, и после того, как ребёнка, достигшего двухлетнего возраста, распределили в специальное учреждение, где за ним присматривали профессиональные воспитатели, ей пришлось вновь тяжёлым трудом добывать свой кусок хлеба, и вновь Велина погрузилась в бесконечно нудный ежедневный ад.

Ребёнка она не любила, терпела, но вот пробудить в душе настоящий материнский инстинкт не смогла. Принцесса просыпалась и засыпала только с одной мыслью — как бы выбраться отсюда и отомстить. Она по-прежнему оставалась восхитительно красивой и по-аристократически утончённой женщиной, правда, таких, как она, тут оказалось не так и мало, благо хоть медицинскими технологиями руководство корпорации, занимающейся освоением данной планеты, колонистов обеспечивало. Не бесплатно, конечно, но время от времени любой поселенец мог себе позволить посещение медицинской капсулы. И вот в очередной такой поход ненавидящая всё и всех вокруг себя девушка и узнала о том, что опять забеременела, и первой её мыслью было хоть как-то избавиться от нежелательной обузы, ведь она совсем не желала ещё раз испытывать нечто подобное, однако против системы идти было бесполезно. Так уж здесь всё оказалось устроено: колония должна развиваться, в том числе и путём естественного прироста населения. Поэтому, как только она покинула капсулу, не допускающий никаких промашек искин медцентра тут же вручил ей предписание явиться на консультацию, и Велина послушно побрела по коридорам учреждения, выкрашенным в белый цвет, всё ещё не понимая, как ей быть дальше. Теоретически любая медицинская капсула могла избавить её от подобных проблем, в том числе и связанных с беременностью, политика государства и законы в этом отношении у Аратана всегда были достаточно адекватны. Однако никто здесь ей этого сделать не позволит, на колонии всегда могут быть несколько иные нормативные акты, если они способствуют развитию. Тем более что в скупых строчках отчёта, которые она пролистывала на весьма ограниченном по функционалу наручном искине, значилось, что плод развивается нормально, никаких генетических дефектов не выявлено, корректировка не требуется, а следовательно, ей придётся рожать. С одной стороны, это вроде и неплохо, ведь она уже сейчас получит право на некое послабление от администрации поселения, да и потом горбатиться на заготовках смолы не придётся — повинность заменят на что-то более щадящее, но что будет потом? Если так пойдёт и дальше, то раз за разом ей придётся рожать, а ведь Скотт, как назло, оказался достаточно сексуально активным, и принцессе практически каждый день приходилось ложиться под него, исполняя свой супружеский долг, иначе можно было и на грубость нарваться. Те несколько раз, когда она попробовала отказать ему, закончились для девушки побоями, и повторения подобного ой как не хотелось.

Велина угрюмо брела по коридору, погружённая в свои мысли, когда вдруг совершенно неожиданно столкнулась с крепким широкоплечим мужчиной, который точно так же шёл, уткнувшись носом в искин. Напоровшись на весящего килограммов на сорок больше человека, принцесса чуть не упала, но ловкие руки не дали ей упасть. Поначалу девушке захотелось выругаться, но, присмотревшись к достаточно миловидному красавчику, она сдержалась и уже собиралась продолжить путь, как вдруг услышала приятный баритон у себя за плечом.

— Простите, девушка. Я, видимо, задумался.

— Ничего страшного, — отмахнулась она, намереваясь идти дальше, но парень, одетый в пустотный комбинезон, что само по себе на планете встречалось нечасто, продолжил, внимательно разглядывая лицо сосланной за одно из самых тяжких преступлений высшей аристократки.

— Должен сказать, что вы потрясающе красивы. Надеюсь, мой комплимент не оскорбит вас.

Велина задорно стрельнула глазками и слегка порозовела. Да, не часто ей приходилось слышать столь учтивые речи в этой дыре, и она кокетливо сделала лёгкий книксен, одновременно с ним расплываясь в чарующей улыбке.

— Честно говоря, если бы не обстановка и сама невозможность подобной ситуации, то я бы спутал вас с сестрой нашего императора, к моему глубочайшему сожалению, она погибла при покушении.

Лицо низложенной аристократки закаменело, и она вмиг растеряла всю свою прежнюю улыбчивость. За все эти циклы никто и не подумал, что она действительно может являться принцессой, всё-таки внешность сестры императора была достаточно известной, и благодаря медицинским и косметологическим технологиям стать похожей на кумира проблемой не являлось.

— Вы ошибаетесь, — попыталась она надуть губки и отвернуться, но в этот момент услышала за спиной всего два слова:

— Клинок рассвета.

В это мгновение ноги девушки помимо её воли словно сами собой приросли к полу. Велина очень медленно обернулась и серьёзно посмотрела в наполненное искренним обожанием лицо мужчины. Он явно не был дураком и