Градовецкий целитель. Распределение - Сергей Баранников

— Благодарю! И снова вы меня выручаете, — расплылся я в улыбке.

— Ерунда, — махнул рукой Дмитрич. — А ты береги себя, думай головой и не лезь в опасные авантюры. Молодой ещё, неопытный, как бы не сгинул по-глупости. Кто тогда нас лечить будет?

Утром я встал раньше обычного. Было ещё темно, но спать совершенно не хотелось. Где-то за полчаса до выхода по лестнице протарахтел чемодан Мартынова. Выходит, Толик снова ездил в Привольск. Надо бы и мне как-нибудь смотаться, а то родные обидятся. Мне-то они совсем не родные, но как людям это объяснить? Наверняка скучают по сыну. И даже строгий отец, который старается держать себя в руках и не показывать эмоций, перед отъездом расчувствовался.

Чтобы не пересекаться с Мартыновым, и не идти до больницы вместе, я вышел чуть раньше, когда за Толиком только закрылась входная дверь. Я его знаю — он непременно задержится, чтобы принять душ и переодеться с дороги. Опаздывать из-за него я не собираюсь. Да и вообще общаться с ним не хотелось. Да, земляк. Да, мы приехали сюда вместе и они дружили с прежним владельцем тела, но назвать это дружбой язык не поворачивается.

В итоге Мартынов всё-таки опоздал на пересменку и получил нагоняй от Капанина. А как он думал? Такие люди ждут результата. Если ты не можешь его обеспечить, значит, больше не интересен.

— Дорофеев! Вот скажи, как ты это делаешь? — насупился заведующий, пристально посмотрев мне в глаза.

— О чём вы, Анатолий Яковлевич? — удивился я.

— Вот, полюбуйся! — мужчина взял какие-то листы и небрежно швырнул их на стол, поближе ко мне. — Другие получают жалобы в таком количестве, что я едва успеваю их разгребать, а ты уже вторую благодарность за месяц схлопотал. Благодарность! Понимаешь? Я вообще не думал, что сейчас их кто-то ещё пишет. А тут с губернской медицинской коллегии приходит письмо с просьбой отметить тебя. Скажи честно, ты специально просишь пациентов строчить эти письма?

— Зачем мне это? Никаких преимуществ они всё равно не дают.

— Тогда я не понимаю как так происходит. Теперь ведь тебе и выговор вынести нельзя, потому как в коллегии решат, что я плохой руководитель, раз такого хорошего специалиста почём зря наказываю.

Ха! Выходит, польза от этих писем всё-таки есть. Краем глаза я увидел, что авторами писем были Сердюкова и Колгина. Вторая была явно под впечатлением, когда я провозился с ней после операции, помогая первый раз встать на ноги.

— Просто я отношусь к людям по-человечески, — объяснил я. — Многие говорят, что так нельзя, иначе быстро выгоришь. А я иначе не могу. Да и на человека особого попасть нужно, который умеет быть благодарным.

— Хочешь сказать, мы к людям плохо относимся? — насупился заведующий.

— Не следил, поэтому не могу ответить на ваш вопрос, а говорю только за себя.

— Как вы относитесь к путешествиям, Дорофеев? — неожиданно произнёс Капанин таким тоном, что не оставалось сомнений в его желании подготовить какую-нибудь подлость. После ухода Радимова и вступления на должность заведующего он устроил проблемы всем, кто тесно общался с Егором Алексеевичем.

— В целом, положительно, Анатолий Яковлевич. Всё зависит от того, куда ехать и с кем.

— О, компания у вас будет что надо, — елейным голосом произнёс он. — Такие же бездельники, собранные со всего города. Вы же не думаете, что адекватный заведующий отпустит незаменимых людей? Нет, толковые целители мне пригодятся здесь. А в ссылку поедете вы, Мокроусов-младший и Самошникова.

— В ссылку? — удивился я.

— Силами целителей нашего города должен быть организован выездной приём в отдалённых посёлках нашей губернии. Иными словами, каждая организация должна выбрать отщепенцев, без которых можно обойтись. Ложа руку на сердце, говорю как есть: я бы вас всех разогнал, оставив только старших целителей, но требуются только трое.

— А куда мы поедем? — зацепился я за главную мысль, отбросив в сторону попытки заведующего меня зацепить. К счастью, уже не пятнадцатилетний мальчишка, чтобы остро реагировать на такие выпады.

— Нашей больнице выпало осчастливить своим визитом Яшмань, Удильск и Новомихайловск. Ваши гастроли рассчитаны на восемь дней, после чего я буду ждать вас в отделении. Не скажу, что с нетерпением, но куда же вас деть?

Новость была не самой приятной. С другой стороны, почему бы и не поехать? Немного развеяться, да и от Капанина подальше. Не работа — а настоящий праздник. Но подозреваю, что не всё так просто.

Вечером, стоило мне вернуться со смены домой, у меня зазвонил телефон.

— Костя, узнал? — послышался в динамике бодрый голос Радимова.

— Разумеется, Егор Алексеевич!

— Вот и славно. А то я уж боялся, что забыл меня. Как там в отделении?

— Капанин зверствует, притесняет всех, кто с вами хорошо общался. А сейчас отправляет нас с Артёмом и Ниной в ссылку на север.

— Выездной приём? Слышал, — отозвался Радимов. — А ты как поживаешь? До меня дошли слухи, что ты попал в непростую ситуацию.

— Ерунда, к счастью, всё обошлось, — ответил я.

— Хорошо, что обошлось. Костя, я понимаю, что Капанин негодяй, и всеми силами пытается испортить тебе жизнь, но в данной ситуации он сам того не зная выбрал наиболее оптимальное решение для тебя. Действительно, будет лучше, если ты уедешь из города на пару дней, а ситуация с Брюсовым немного разрешится.

— А как она может разрешиться? Этот псих открыто напал на меня и едва не прикончил. Я такое не планирую спускать с рук.

— Уверен, Матвей Тихонович не даст ход этому делу. Можешь быть уверен, что через пару дней Стас всплывёт где-нибудь в Лондоне, а тебе поступит предложение, от которого будет сложно отказаться. Только не натвори глупостей. Аристократы в нашем мире — это сила, с которой приходится считаться. Можно решить вопрос дипломатическим путём и обернуть ситуацию в свою пользу. Надеюсь, ты не сглупишь. В любом случае, если ситуация обернётся серьёзной проблемой, звони мне, и я постараюсь помочь.

Я был благодарен Радимову за заступничество, ведь он не оставил меня, несмотря на то, что больше не работает в больнице. Но мне показалось, что он звонил именно из-за происшествия с Брюсовым.

— Егор