Куница. Том 6 - Вадим Александрович Оришин

— Обычного одарённого спрятать легко, — заговорила ведьма с белёсыми глазами.

— Какие у тебя ядра силы, великий? — спросила Елена.

Куница оценивающе оглядел всех ведьм, но всё же ответил:

— Узел истока, девятнадцатый. Узел разума, девятнадцатый. Узел жизни, девятнадцатый. Титан, семнадцатый…

На этом месте все присутствующие представительницы прекрасного пола направили взгляды на обнажённый торс Куницы.

— Зверь, шестнадцатый. Негатио, девятнадцатый…

Уже на этом месте Елена поморщилась.

— Да, это будет непросто… Продолжай, пожалуйста.

— Анх, семнадцатый.

— Что за Анх? — не понял Тиберий.

— Вторая жизнь. Когда узел заряжен, позволяет пережить большинство смертельных ранений. Откат смерти разряжает узел, и новая зарядка требует много времени, но…

— Понятно, — Тиберий выглядел впечатлённым. — Очень полезная вещь.

— Ещё бы. Икар, восемнадцатый. Медиаторы, девятнадцатые. Колодец, восемнадцатый. Тринити, шестнадцатый. Лямбда, девятый…

— Ещё одно неизвестное ядро, — отметил Тиберий. — Что даёт?

— Пока — стихийное преобразование энергии без встраивания элементов в заклинания. Позже позволит обращаться к иным планам сразу, опять же без элементов в заклинании.

— Никогда о таком не слышала, — призналась ведьма с белёсыми глазами.

— Не удивлён, — хмыкнул Дмитрий. — Покров, восьмой. Черепаха, пятый.

— А они в конфликт не вступают? — спросил Тиберий.

— Нет, — ответил Дмитрий, ничего не объясняя. — Стабилизатор, одиннадцатый. Фокусировщик, шестой. Барьер, шестой. Сердце демона, девятый.

Когда Куница замолчал, Тиберий переглянулся с ведьмаками, а затем и с ведьмами.

— Ядра, заточенные под боевую магию. Ничего лишнего. Ты в этом деле очень хорошо разбираешься, как я погляжу.

— Мы не сможем продавить твою защиту, — сказала Елена. — Барьер, негатио, покров, все известные нам ядра магической защиты.

— Я без труда подавлю их работу, — пожал плечами Дмитрий. — Мне нужно убрать, — он постучал по виску, — дрянь из глаз. Гамаюн оставил свой подарок, якобы, чтобы меня усилить. Приходится полностью их блокировать и полагаться на сердце демона, а это крайне неудобно. Я вообще хочу глаза Гермеса. А дальше посмотрим.

Тиберий вопросительно поднял бровь.

— Дальше? Я разучился считать, и глаза Гермеса станут не двадцатым узлом?

Куница улыбнулся, но улыбка эта выглядела злым оскалом.

— Есть мнение, что двадцать — не предел, — глаза Дмитрия вновь блеснули золотом, но затем он вернул лицу спокойное выражение. — Неважно. Сейчас мне нужно избавиться от наблюдения Гамаюна, пока тварь не прознала, что я снова в реальности.

— Мы всё подготовим, — пообещала ведьма с белёсыми глазами. — Послужить Великому Магу — большая часть.

Куница вновь блеснул золотыми глазами и оскалился.

— Не лги, смертная. Я вижу ваш страх. Вы взяли плату большую, чем должны были, и боитесь моего гнева.

Ведьма, споткнувшись на первых словах Пугающего, устояла, сделав несколько неуверенных шагов и склонившись.

— Простите нас. Мы всё выполним.

Дмитрий бросил взгляд на ведьм, инстинктивно попытавшихся сжаться и стать меньше, дёрнул скулой, будто сдерживая отвращение, и двинулся в известном ему одному направлении. Вайорика и поляки поспешили следом.

— Что делать нам, о Великий? — с ехидцей спросила Вайорика.

— Выживать, — отозвался Дмитрий без всякой иронии.

Вайорика переглянулась с поляками, а Ядвига уточнила:

— Конкретнее?

— Я не знаю, является всё происходящее кульминацией плана, или только началом основного кипиша, — ответил Дмитрий не оборачиваясь. — Зато я знаю, что в ближайшее время безопасно в Европе точно не будет. И нигде не будет, наверное. Вы, конечно, одарённые и неплохо развитые, один и вовсе одержимый…

— Эй! — возмутился Вицлав.

— Но я даже на свой счёт не уверен, что буду выступать на равных с теми же Романовыми. А вам…

Куница остановился и обернулся, оценивающе глядя на всех троих.

— По-хорошему вам бы завершить развитие. Сейчас я, в теории, могу сделать это относительно быстро, но требуется гора редких и ценных ресурсов. Или без ресурсов, но уже потребуется время, которого катастрофически не хватает. Поэтому делаем так.

Мартен обернулся к окну и задумался.

— Попробуйте добраться до моего особняка. Но не рискуйте. С этим демоновым бунтом… — Куница поморщился. — Надо сначала разобраться, кто, за что и против кого воюет. Держитесь от боевых действий подальше, пока мы не разберёмся в происходящем.

— А что ты собираешься делать? — спросила ведьма.

Куница улыбнулся. Зло.

— Собираюсь получить ответы. Есть кое-кто, кому можно задать вопросы. Правда, придётся выбивать силой. Раньше мне силы не хватало, да и обстоятельства не позволяли. Теперь же… — Дмитрий поднял руку, и пальцы его окутались тьмой. — Герцог Мартен пропал без вести. Пусть всё так и остаётся. А когда я во всём разберусь, станет понятно, что делать дальше.

Поляки с Вайорикой переглянулись, и ведьма уверенно заявила:

— Я отправлюсь с тобой. Меня никто не знает, у меня нет дворянского титула, и я умею оставаться незаметной.

Куница задумался на секунду, глядя в лицо Вайорике, и кивнул:

— Приемлемо. А вас, — он вновь повернулся к полякам, — я попрошу собрать остальных. Ну и успокоить, чтобы не наделали глупостей.

Ядвига кивнула. Куница глянул на Вицлава.

— Что делать с тобой — пока не представляю. В моей памяти идиоты, заключившие подобные сделки, встречались только в начале войны, и они все повымерли в первые годы. Позже с демонами общались совершенно иначе.

Вицлав сложил руки в замок.

— Вы надо мной издеваться изволите, герцог?

— Проверяю, герцог, — говорил Дмитрий спокойным, ровным голосом. — Думаю, тебе уже прояснили ситуацию?

— О том, что Отчаяние со мной навсегда и меня, всего скорее, ждёт одиночество? Да, мне это известно.

— Значит, не прояснили, — пришёл к выводу Куница. — Сейчас от твоих действий зависит, будем мы тратить время на помощь или просто прибьём тебя, как не способного справиться с демоном. Единственный способ это понять — постоянно тебя раздражать, наблюдая за реакцией. Пока реакция правильная, ты остаёшься собой. Но не думай, что проверка в какой-то момент закончится. Тебя не только одиночество ждёт. До конца твоей жизни все вокруг будут держать возможность, что ты не справишься и проиграешь демону.

Дмитрий криво улыбнулся.

— Ирония, правда? Меня, нырнувшего в самые глубины демонического плана, чуть ли не на брудершафт выпивающего с одним из старших демонов пантеона страха, не думают даже в чём-то подозревать. А от тебя шарахаются.