Стань светом в темном море. Том 3 - Softcoral

Я ответил не сразу. Впервые подумал: «Хорошо, что сектанты, при всем своем безумии, плохо разбираются в корейцах». Я уже пережил черт знает сколько всего, начиная с бегства из затопленного жилого блока, но отказаться от чашки кофе оказалось чуть ли не сложнее всего. Честно. Если бы в предыдущей корзине нашлась чашка рамена, я съел бы не задумываясь. И плевать на последствия.

Я испугался, что сейчас автоматически выпалю «да!», и потому сначала покачал головой, потом тяжело вздохнул и ответил:

— Нет.

С сожалением убрал термос обратно в корзину. Он будто приклеился к руке и не отлипал. Запах кофе все еще витал в воздухе, заполняя собой приемную.

Син Хэрян бросил на корзину равнодушный взгляд, а потом не раздумывая зашвырнул ее в кабинет. Если у кого и была стальная выдержка, так это у него. Мне стало стыдно за себя — взрослый человек, а едва удержался.

Нас трое мужчин, а поговорить особо не о чем. Ужасно неловко. Чтобы хоть как-то разбавить молчание, я начал засыпать Джозефа вопросами о Церкви Бесконечности, а он, в свою очередь, отвечал как мог, вспоминая, что знал. Между моими расспросами и его редкими жалобами вокруг стояла глухая, вязкая тишина.

Син Хэрян время от времени напоминал о себе — потягивался, разминал руки, менял позу. Если бы не это, можно было бы забыть, что нас тут трое.

И тут...

ГЛАВА 198

ЧУДО

Часть 3

Я вздрогнул от неожиданности — в полной темноте, где единственным источником света оставался луч фонарика, внезапно раздался женский голос. Мягкий, вкрадчивый. Голос Элизабет.

— Надеюсь, еда пришлась вам по вкусу.

Судя по интонации, обращалась она ко мне.

Что будет, если я скажу, что не ел? Она рассердится и начнет штурм? Или решит, что мне не понравилась еда, и пришлет еще десяток корзин?

Постойте. Похоже, Элизабет даже не допускает мысли, что рация может быть в руках у Син Хэряна. Или ей попросту все равно. Церковь Бесконечности вообще ведет себя так, будто нас здесь никто не держит. Будто я не в заложниках, а просто нахожусь где-то в глуши и они вынужденно связываются со мной таким способом.

Обычно в таких случаях похитители, ощутив, что их не воспринимают всерьез, начинают сходить с ума — устраивают показательные наказания, чтобы продемонстрировать, кто здесь главный. Мне этого, понятно, совсем не хочется. И тут Элизабет — все тем же мягким голосом — внезапно сбросила на нас настоящую бомбу:

— Среди пациентов, доставленных в госпиталь на Тэхандо, оказался один человек, который вызвал у нас интерес. Мы решили обратиться к спасителю за разъяснениями.

Я весь напрягся. Только не это. Неужели под «человеком, вызвавшим интерес» она имеет в виду…

— Сейчас проводится операция пациенту, который, как выяснилось, не является последователем Церкви Бесконечности. Согласно нашим данным, это Пэк Эён — сотрудница инженерной команды «Ка» с Четвертой подводной базы.

Так и знал. Похоже, Церковь собирается использовать раненую Пэк Эён как заложницу, чтобы надавить на Син Хэряна.

В свете фонарика наши взгляды пересеклись. Син Хэрян поднял палец, как будто целясь в меня из пистолета, а потом направил воображаемое оружие себе в висок. Хм-м… И что он хочет этим сказать? Совершенно непонятно. Я медленно нажал на кнопку на рации и сказал:

— Эён получила ранение, пытаясь защитить меня от похитителя. Прошу, сделайте все возможное, чтобы ее спасти.

На том конце повисла короткая пауза. Потом Элизабет спросила:

— Эта женщина вам нравится, спаситель?

Отлично. Просто великолепно. Как, ну как из всего вышесказанного можно было прийти к такому выводу?!

Если уж на то пошло, этим вопросом стоило бы озадачить саму Пэк Эён: мол, «Тебе настолько нравится спаситель, что ты решила закрыть его своим телом?» Если Эён очнется, то, скорее всего, врежет за такую ахинею со словами: «С чего ты взяла, идиотка? Просто не повезло попасть под вашу сраную пулю!»

А мне-то что говорить? Скажу «да» — эти сектанты с их безумной логикой еще и свадьбу организуют. Скажу «нет» — вдруг Эён за это поплатится? Что за вопросы вообще? Мне никогда не понять, что творится у сектантов в голове.

Прости, Эён.

— Э… да, — неуверенно пробормотал я.

Из рации немедленно послышалось:

— Поняла. Я распоряжусь, чтобы врачи сделали все возможное, чтобы ее спасти.

И связь оборвалась.

Ну и ладно. Пусть лучше считают Пэк Эён моей девушкой, чем врагом. В этом случае у нее, возможно, появится шанс выжить.

Син Хэрян, до этого спокойно слушавший разговор, неожиданно похвалил меня:

— Вы хорошо справились.

— А этот ваш жест… что он вообще означал?

— Что начальник и подчиненная поссорились, и все закончилось выстрелом. Но ваша версия звучала гораздо убедительнее.

Почему ты говоришь так, будто стрелять в подчиненных — рядовая практика? Неужели для тебя и правда рядовая?

На этом Син Хэрян замолчал. Формально теперь выходило, будто он хладнокровно выстрелил в свою юную коллегу, пытавшуюся защитить спасителя, но, похоже, его это ничуть не волновало.

Тем временем Джозеф, кажется, понял наш разговор как пример языковых различий при переводе с корейского на английский. У него аж глаза засверкали, и он с сочувствием посмотрел на меня:

— Не знал, что до нашего прибытия эта девушка, Пэк Эён, совершила такой отважный поступок!

На самом деле она просто угодила под случайную пулю. Но… ладно. Пусть думает так.

Джозеф тяжело вздохнул и с какой-то странной грустью добавил:

— Не могу поверить, что наш спаситель обрел любовь прямо здесь, на Подводной станции.

Ни в коем случае! У нас с Пэк Эён приличная разница в возрасте! Не знаю, что ты там себе напридумывал, но, пожалуйста, собери все эти мысли в аккуратную стопочку и сожги.

Джозеф покосился на Син Хэряна и вдруг выпалил:

— Я с самого начала знал, что этот псих — отбитый ублюдок!

Мне даже захотелось заступиться за Син Хэряна. Но как? Это же я его подставил. Что теперь скажу? Если начну защищать, вызову подозрения. Да и вообще… он отправил в больницу еще двоих сектантов. Как ни крути, оправдания тут не сработают. Скорее всего, Джозеф решит, что у меня стокгольмский синдром.

Син Хэрян, будто нарочно подливая масла в огонь, спокойно добавил:

— Если не хочешь, чтобы и тебе пуля прилетела, сиди тихо.

Кажется, я начинал понимать, откуда у него такая репутация. Он даже не пытался оправдаться или объясниться.

Похоже, Джозеф знал, как выглядит Пэк Эён, потому что тут же возмутился:

— Как можно было выстрелить в такую маленькую, юную девушку?!

— Зато ты большой и взрослый мужик, в тебя стрелять можно без угрызений совести.

— Ты… ты-ты-ты!!!

Но на этом Джозеф и сдулся. Прямой конфронтации не последовало, видимо, он слишком хорошо помнил, как Син Хэрян уложил его подчиненных. Похоже, Джозеф наконец осознал, что спорить с ним вредно для здоровья, и уставился на меня с дурацкой, глупо-восторженной улыбкой. Жутковато, если честно.

— Вроде как вас сопровождала какая-то женщина… Ту… Туманако, кажется?

А, понятно. Он слышал, как Чон Санхён упомянул Туманако в своей трансляции. Хорошо хоть, что Туманако сейчас не здесь.

— Э-э-э… между мной и Туманако ничего нет, — поспешил уточнить я, чтобы предотвратить возможные недоразумения.

Учитывая судьбу, которая постигла Чон Санхёна, любые связи со мной могли обернуться бедой.

Джозеф взглянул на меня с умилением:

— Просто один из последователей говорил, что видел вас в кафе с женщиной. Вы мило беседовали.

Когда это я успел «мило беседовать» с кем-то в кафе? Не помню, чтобы у меня