Трон галактики будет моим! Книга 8 - Андрей Валерьевич Скоробогатов

Они бросились прочь. Рассеялась пехота практически мгновенно. Перестрелка прекратилась. Стрелять стало не в кого. Я смог устало опустить перегретый бластер, над стволом которого колебался раскаленный воздух.

Снова, спустя столько тысячелетий, разыграли на поле боя партию в «камень — ножницы — бумагу». Стрелки, пехота и кавалерия. Кто бы мог подумать!

Все. Отбились. Я и не верил уже…

Только доспехи удержали меня от падения лицом на палубу. Я поднял лицо к потолку посадочной палубы в сотне метров выше и выдохнул, закрыл усталые глаза. Может, даже отключился на мгновение. А может — и нет, просто оказался невероятно измотан непрерывным двухчасовым боем и истощен постоянными вызовами энергии Большого Взрыва.

Я сегодня снова по грани прошел. Вплотную приблизился к самопожирающей сингулярной воронке.

Но пронесло. Прошел на тоненького.

Я посмотрел на бластер в своей руке. Явно повело геометрию внешней коробки от предельных температур и работы на износ. Теперь только выбросить его.

Я посмотрел на саперную лопату с выдвинутым до предела лезвием в другой моей руке. Эту только отмыть — и хоть снова в бой.

Я молча протянул лопату моему оруженосцу Владимиру Крестовскому и тот её принял с поклоном.

Да, оружие командира. Почтение, этикет, всё такое. Ага. Ну, ладно.

— Октавия, — хрипло произнес я. — Доклад о потерях.

— Да, господин адмирал, — произнесла Октавия.

Агата Кристицина, тяжело дыша, тупо смотрела на меня и, видимо, не понимала, как я сейчас в такой ситуации могу заботиться о таких глупостях. Кого волнуют эти потери, когда мы живы?

Волнуют того, кто смотрит дальше этого дня, когда мы победили в этой войне.

— Запроси общую ситуацию по планете, — произнес я просматривая списки раненых и убитых.

На ногах осталась треть от наличного состава. А треть уже никогда не встанет. Большие потери. На грани распада управления. Но у меня стойкая пехота. Оказывается. Но это была авантюра на грани провала. Не нужно так больше. Нужно тщательнее в следующий раз готовить свои блистательные импровизации, зря я, что ли, целый штаб офицеров собрал. Правда, он сейчас в полном составе в госпитале или в морге. придется набирать заново. Нда.

На удивление студенты отделались сравнительно легко, без убитых и искалеченных. Переломы, ушибы, ожоги, нервное истощение. Почти всем дорога в госпиталь на восстановление и посттравматическую коррекцию.

Всех туда уложу, когда доберемся до сего гуманитарного учреждения. И сам туда лягу, с головой укроюсь и буду спать дня три…

Вот так стоял я там, и меня понемногу отпускало. И я вдруг неожиданно даже для себя бросил:

— А есть чего пожрать?

Пока Иоланта шустрила на тему чего бы нам всем пожрать, я поинтересовался, как там положение на фронтах в целом.

Дела шли неплохо, особенно последние минут пять. Видать, новости разнеслись по планете быстро.

Вражеский фронт почти везде рухнул. Мое герберское дворянское ополчение под командованием Макса, наёмники и вспомогательные войска, набранные из местных, уже наступившие последние полчаса по заранее утвержденном плану, шли не встречая сопротивления практически по оставленной противником местности. Гарнизоны маленьких городов и поселков сдавались без единого выстрела, а в агротехнических лагерях вкалывавшие там безропотные рабы начали поднимать восстания, что, откуда взялось. Уничтожили и охрану, и администрацию, и встречали мои войска хлебом-солью-огурцами.

Армия Мастеров Никто на планете, как организованная сила распалась.

Возможно, и не только по причине наступления. Возможно, и по каким-то другим, более глубоким. Но об этом пока говорить было трудно.

Мой флот ещё наносил удары по вскрытой во время атаки на «Прозерпину» инфраструктуре врага, уцелевшие эскадрильи космопланов, забазированые теперь на «Якове Перельмане», бомбили с низкой орбиты всех в плодородном поясе, кто ещё походил на организованную силу. Таких уже почти не находилось.

Ага, выяснилось, чего так остервенело Мастера Никто рвались к «Прозерпине». И почему так быстро и глобально у них всё посыпалось. Кто-то догадался, что я на корабле. А местный новостной канал с дрона практически в прямом эфире транслировал боевые действия. Интересно, как они догадались? Хотя…

Отцы двух городов. Я принимал их на авиаматке. Ну вот не планировал я падать вместе со всем штабом в самую гущу вражеских войск, вот и не скрывал своё местонахождение. Сложить два и два внимательному наблюдателю было, конечно не сложно. Не стоит недооценивать врага, он у меня тут был умный, упорный, самоотверженный.

И ничего из этого ему не помогло. Их оказалось недостаточно много, а мы оказались лучше. Класс затащил против численного порядка. В этот раз.

Потом мы ели, чего Иоланта наскребла по сусекам, студенты жрали так, что за ушами хрустело, куда только девалась аристократическое изящество?

Октавия продолжая транслировать мне в режиме стратегического сервера передвижения моих войск, и я мог уже с уверенностью заявить, что это была победа.

Интересно, как там наш внезапный герой, кстати, король Руперт? Живой вроде? Ага, живой. Мой тактический дрон показал, как самопровозглашенный король кавалерийским дозором следует вокруг корабля собирая при помощи кибер-профурсеток уже внушительную колонну пленных.

Количество соленой техники и убитых вокруг «Прозерпины» искренне впечатляло. Натуральный Верден. Где же мы вас всех хоронить-то будем?

И да, оставался вопрос, что же мне с тобой делать, король Руперт?

И, даже, больше того. Я понял, что он совершенно точно был ветеран одной из прошлых местных войн с посттравматическим расстройством личности.

А теперь он мой соратник. Теперь я не мог его бросить одного и оставить ни с чем. Придется что-то думать, принимать некое решение. Какое пока не знаю, но оно будет.

А через четверть часа, когда уже рассвело, первые челноки с подкреплениями прибыли к «Прозерпине» и приземлились рядом.

Макс лично, высадившись одним из первых, добрался до нас и крепко обнял:

— Ну вы тут навели шороху, — проворчал он, разнимая объятия. — Я думал уже всё, живыми не выберетесь.

— Да чего нам будет-то? — усмехнувшись махнул я рукой. — Немного размялись на натуре, да устроил практические работы молодым людям как это бывает. Да, кстати, молодёжь. Жду от всех отчёта по практике. Завтра! Хотя — ладно с вами. Через неделю. Подлечитесь сперва.

В прибывшие челноки уже повезли раненых. Снова, да.

Вот как подумаю, что на охранение этой груды развалин нужно оставлять подразделение минимум, от сердца практически отрывать, как на душе становится кисло. Мне люди требуются в десятке мест разом, а никак не здесь. С другой стороны я оставить на разграбление