Неудержимый. Книга XLVII - Андрей Боярский

Пожарский без дела в форте не сидел. Он уже набрал несколько групп быстрого реагирования из лучших бойцов, что ему удалось найти. Основу составили профессиональные офицеры и гвардейцы, а остальных набрали из нашей доблестной армии. Теперь у нас имелось три группы, которые должны были заниматься внутренними делами области. Я бы даже сказал, для таких дел мы их и создавали.

Юля поднялась со своего места, попрощалась с генералом, и быстрым шагом направилась в сторону улицы. Генерал, не будь дураком, сразу же с кем-то связался и поспешил вслед за журналисткой вместе со своими охранниками. Забавно было наблюдать, как он шёл уверенной походкой волка вперёд, не зная, что вокруг него почти два десятка свирепых псов, готовых разорвать хищника на мелкие кусочки.

Конечно, дары «невидимости», который у нас было ограниченное количество — дорогое удовольствие, но оно, того стоило.

— Готовимся. — приказал я Минину и Пожарскому, когда заприметил на «радаре» броневик с отрядом солдат. — Они едут.

Я оказался прав. Поравнявшись с Юлей, броневик резко затормозил и солдаты, находящиеся внутри, бросились на девушку, пытаясь её схватить, прямо на глазах у прохожих.

Яркая вспышка огня отбросила первых двух от девушки обратно в броневик. Не зря я ей дал атакующие заклинания. Девушка сразу же бросилась бежать, но тут в схватку решил вступить генерал. Вместе с охранниками, он перегородил ей дорогу.

— Сучка, куда собралась? — выкрикнул он с перекошенным от ярости лицом. — Я же говорил тебе, что будет дальше. А ты, дура, не поверила! Взять её! — приказал он.

— И что же с ней будет? — один из наших командиров подошёл к генералу, приставив тому к горлу антимагический нож. — Вы арестованы…

В следующую секунду вокруг броневика и охранников появились наши отряды. В сторону преступников послышались крики бросать оружие и приказы лежать. Я же слушал их, как пение соловьёв. Как бы сказал мой друг: «Шикарно!»

Глава 21

— Вы ещё об этом пожалеете! — Севухин начал угрожать командиру отряда, но здесь уже на сцену вышел Пожарский, с подкреплением в виде Минина.

— Филипп Глебович, не дёргайтесь, так будет только хуже. — начал Пожарский. — Вы обвиняетесь в попытке организации переворота в Иркутской области. Вы обвиняетесь в коррупционных схемах и махинациях с недвижимостью в Красноярске. Вы обвиняетесь в убийстве владельца местной газеты и типографии. Дальше перечислять? — Пожарский сделал паузу.

— Не надо. — раскрасневшийся генерал сбавил тон. — Полагаю, за сотрудничество со следствием мне полагается смягчение наказания…

— Это будет решать суд. — сухо ответил Пожарский. — Наденьте на них наручники. — он окинул взглядом всех присутствующих, в том числе и солдат, которые находились в броневике. — Проверить все принадлежащие Севухину апартаменты. Арестовать всех соучастников.

— Так точно, господин министр. — командиры отряда приступили к исполнению.

— А мы с вами проедем в отдел. — Пожарский продолжил разговор с Севухиным. — Раз уж вы готовы сотрудничать, то нам нужна информация по всем вашим товарищам.

— Они мне не товарищи. — усмехнувшись, ответит он.

Через полчаса все подчинявшиеся Севухину люди были арестованы, но на этом мы не остановились. Пришлось в спешном порядке брать и всех остальных генералов, чтобы те не успели сбежать.

Масштаб операций моментально расширился, и вот уже мы носились по городу, играя с генералами в кошки-мышки. Благодаря информации из головы Севухина, первых двух мы взяли без проблем. Вчера они так сильно отмечали свой успех со статьёй, что наклюкались чуть ли не до потери пульса. Никогда не понимал, зачем же пить спиртное до талого, это же верная смерть! Ну, или хотя бы перед сном нужно было активировать дары, которые помогли вывести дрянь из организма… А так… Командиры групп захвата нашли обоих без сознания и сразу же забрали в отдел к дружбану.

А вот оставшимися двумя генералами всё оказалось гораздо сложнее. Они оказались намного умнее и каким-то образом узнали, что идёт облава. Вот только это им всё равно не помогло. Они попытались спрятаться на корабле Дандевиля, но и там мы их с лёгкостью отыскали. Я просто направлял группы захвата по каютам, в которых сидели куркули с серьёзными артефактами. Таких было не много, так что они быстро попались.

Надо признать, что никто из них не оказывал сопротивление. Или они очень хотели жить, или же они прекрасно знали, что у нас ничего не получится. Наверняка уже отправили весточки куда следует. Не удивлюсь, если и Дандевиль попытается за них заступиться. Шутка ли, военные рода, которые могли иметь серьёзные связи не только в Красноярске.

Генерала Хворостинина, который по-скромному решил занять каюту одного из младших офицеров, я решил брать лично. Во-первых, он обладал артефактами шестого уровня. Если не брать его по-тихому, то могут погибнуть люди. А во-вторых, именно он обладал даром «ласковых речей» с мерцающей руной, который, судя по всему, и применялся к Юле.

Генерал спокойно сидел в кресле и читал книгу, ожидая, когда военных корабль отправится обратно в Красноярск. Взглянув на его энергетический силуэт, я отметил стальные нервы. В отличие от своих коллег, он был настолько уверен в своей безнаказанности, что ни одна нервная клетка не погибла, пока я изучал его.

Я улыбнулся. Посмотрим, как ты отреагируешь на это…

Благодаря дару «Владыка теней», я осторожно просочился в каюту, после чего создал каменный колпак, который закрыл свет от лампы буквально на секунду. Этого времени оказалось вполне достаточно, чтобы сесть в кресло напротив Хворостинина.

— Добрый день, Владислав Игоревич. — поздоровался я, когда свет вновь появился.

— Нашли всё-таки… — заключил он, посмотрев на меня пристальным взглядом.

— Вы нисколько не удивились… — прищурившись, я продолжил разговор. — Знаете, что будет дальше?

— Знаю. — он отложил в сторону книгу, на которой было написано «Преступление и наказание», неизвестного автора.

Странно, я думал, что русских классиков в этом веке всё ещё знали, оказалось, что не всех. Прости Фёдор Михайлович, не уберегли.

— Знаете, кто автор? — ухмыльнувшись, спросил я.

— Увы, — он помотал головой. — Книга мне досталась в крайне плачевном виде, удалось восстановить всё, кроме имени автора.

— Фёдор Михайлович Достоевский. Год написания одна тысяча восемьсот шестьдесят седьмой. — я решил обрадовать ценителя. — Скажите, вы ведь относите себя к «право имеющим», верно?

— Верно. — кивнул он с усмешкой. — Достоевский? Никогда о такой фамилии не слышал.

— В таком случае я, «тварь дрожащая»? — я продолжил напирать.

— Юноша, к чему вы клоните? — он поморщился. — Если к тому, что я должен вас признать, так, этого не будет никогда. Вы слишком юны, глупы и