Метрополия. Разведка боем - Николай Андреев

Голос аланки задрожал, и она расплакалась. Олесь нежно прижал жену к груди. Всхлипывания продолжались довольно долго.

Удивительное дело, с годами женщины становятся более чувствительными и сентиментальными. Их душа, как бутон цветка, постепенно раскрывается. Прекрасная половина человечества готова лить слезы и сопереживать кому угодно. Черствым и толстокожим мужчинам это кажется блажью. Они заботятся только о своем благополучии.

— Прости, — едва слышно прошептал русич. — Я не мог поступить иначе. Операция висела на волоске. Батальоны Карса и Стюарта попали в западню.

— Неужели твое появление что-то изменило? — произнесла Олис, отстраняясь. — Не поверю. В подобных битвах один человек ровным счетом ничего не значит. Капля в океане. Точный выстрел и его уже нет. Ты едва не лишился головы. Попади луч чуть правее…

— У каждого своя судьба, — проговорил Храбров. — Бросать друзей в беде нельзя. Улети я с Маоры, и сегодня мы бы хоронили не только Пола, но и Криса, и Карса.

— А Саттон тут при чем? — не поняла аланка.

— Его «Крокс» сбили над Северным полюсом, — пояснил землянин. — Крейсер потерял управление и устремился к планете. Все люди, воспользовавшиеся спасательными челноками, оказались пленниками ледяной пустыни. Их ждала смерть либо от холода, либо от пуль колонистов. Некоторые машины были превращены в решето. Крису повезло, до него маорцы не добрались.

— Николь знает? — уточнила женщина.

— О гибели корабля — да. Этот факт не скроешь, — вымолвил Олесь. — Остальные подробности — вряд ли. Зачем ее лишний раз волновать в таком положении. Хорошо то, что хорошо кончается. Надеюсь, и ты не проболтаешься. В противном случае Саттон устроит нам скандал.

— Значит, все-таки есть в мире заботливые мужья! — моментально отреагировала Олис.

— Господи! — вырвалось у русича. — Опять любимая тема. Сколько же можно?

— Столько, сколько нужно, — заметила аланка. — Посмотри внимательно, он не отходит от нее ни на шаг. Я уверена, что ваше мужское сборище Крис покинул первым. И скажи, что я не права…

— Не буду, — раздраженно пробурчал Храбров. — Какой смысл? Ты тут же придумаешь что-нибудь новое? Поток упреков бесконечен. Спорить с женщиной — себе дороже.

— Ах, вот как! — возмущенно произнесла Олис, садясь на кровати.

Легкий шелковый пеньюар соскользнул с ее плеч, обнажая красивую грудь. Длинная утонченная шея, мягкий изгиб спины, нежная кожа, слегка тронутая загаром, на животе небольшая складка. Аланка никогда не скрывала свой возраст, хотя, как и любая женщина, старалась выглядеть моложе. Олис до сих пор не сделал ни одной пластической операции, подсознательно боясь потерять индивидуальность. Врачи творили с пациентками чудеса, но они не боги. Менялся внешний облик, мимика, разрез глаз. Некоторых «звезд» сцены и кино после подобных манипуляций было просто не узнать. Такой вариант аланку не устраивал.

— Давай посчитаем… — между тем, продолжала женщина. — За последние три месяца я видела тебя всего четыре раза. Голографическую связь исключаем. Сначала ты появился со шрамом на шее, а теперь с ожогом на голове. О сражениях в космосе и на Маоре даже не упоминаю. Поговорим о сыне. Кто занимается его воспитанием? А ведь ему почти пять лет…

— Остановись, — оборвал жену Олесь. — Я прекрасно знаю, чем закончится твоя тирада. У нас нет собственного дома. Казенные квартиры, мебель и посуда…

— Именно так, — подтвердила Олис. — Я хочу иметь нормальные условия для жизни.

— Хорошо, — кивнул головой землянин. — Мы завтра же отправимся на Алан. Байлот все утроит. Купим особняк в любом месте планеты. Хочешь на побережье? Пожалуйста.

— А что это изменит? — тяжело вздохнув, сказала аланка. — В лучшем случае ты будешь прилетать туда раз в месяц на пару дней. И еще неизвестно, состыкуются ли наши выходные.

— Есть какие-то предложения? — спросил русич.

— Уходи в отставку, — тихо вымолвила женщина. — Хватит рисковать собой. Сколько можно испытывать судьбу? Рано или поздно удача отвернется от тебя. Вспомни Линду, Вилла, Пола. Звездный флот как-нибудь обойдется без майора Храброва. Долг заплачен сполна.

— Разве речь о нем… — грустно проговорил Олесь. — Ситуация постоянно складывается так, что я не могу остаться в стороне. Дело не в карьере. Уйти в отставку несложно. А кто будет защищать Союз от горгов? Наше тихое безмятежное счастье продлится несколько лет. С ужасом и содроганием смотреть новости и трястись от страха за свою жалкую душонку? Ну, уж нет! Лучше умереть в бою, чем стать рабом насекомых. Война с тварями неизбежна.

— Но зачем лезть в самое пекло? — произнесла Олис.

— У меня это неплохо получается, — улыбнулся землянин. — И, в конце концов, уйти со службы можешь и ты. Неужели в стране мало специалистов такого профиля? Академия Алана выпускает их каждый год. На «Янисе-27» места вполне достаточно.

— Ни за что! — возразила женщина. — Без работы я сойду с ума. Сидеть в четырех стенах, тупо уставившись в голограф — занятие для ограниченных, малообразованных особ. Роль домохозяйки при богатом муже Олис Кроул никогда не привлекала. Моя группа вплотную подошла к разгадке языка горгов. Осталось сделать последний шаг…

— Как видишь, у проблемы нет решения, — спокойно заметил Храбров. — Нам придется мириться со сложившимся положением. Во встречах после долгой разлуки есть своя прелесть. Чувства обостряются.

— Хитрец! — воскликнула аланка, обнимая русича за шею и увлекая его на постель. — Вывернулся. Наверное, на станции есть молоденькие девушки, которые скрашивают одиночество начальника.

— Оскорбляешь! — возмущенно произнес Олесь. — Досужие домыслы и слухи. Обвинения бездоказательны. У меня с подчиненными исключительно служебные отношения.

— Я помню, как ты вживался в образ на Алане. — Проговорила женщина. — Не пропускал мимо ни одной юбки. С тех пор общество не стало более целомудренным. А уж в армии…

— Тогда этого требовала разведывательная деятельность, — оправдывался землянин. — Мой аскетизм сразу бы привлек внимание службы безопасности. Кроме того, связь с дамами легкого поведения не доставляла мне ни малейшего удовольствия. Тяжелая, вынужденная работа.

— Подлый лжец! — вымолвила Олис, впиваясь губами в уста мужа.

Долгий страстный поцелуй любящей женщины. После него невозможно удержаться от близости. Мужчина просто обязан сделать ответный шаг. Аланка в томной истоме закрыла глаза. Они вновь окунулись в бурный океан страсти. Окружающий мир перестал существовать. Есть только два обнаженных тела, два любящих сердца, две души, слившиеся в едином порыве. Именно ради этих мгновений счастья и живут люди.

Храбров проснулся на рассвете. Сириус встает с противоположной стороны здания, и потому в комнате было довольно темно. Сквозь небольшую щель в шторах видны окрашенные в золотистый цвет крыши высотных домов. В Морсвиле наступила тишина. Уставшие туристы отправились отдыхать, а местные жители убирают мусор и деловито спешат на работу.

Русич попытался дотянуться до часов, но