Системный Адвокат 2 - Денис Стародубцев

душили, стреляли, пытали. Каждые полчаса я просыпался, прислушиваясь к голосам в камере. Шли третьи сутки без нормального сна.

Утром, когда конвоиры принесли завтрак, — каша-размазня из хрен пойми чего, кусок хлеба и растворимый кофе, похожий на ржавую воду из-под крана с ароматизатором, — я сел за стол. Люди Марата сидели напротив, ели молча, не поднимая глаз.

Старик пил чай, глядя в окно на серое небо Нижграда. Я есть не стал, видимо, не настолько был голодный, хотя даже те самые несчастные бутерброды не поел.

— Обыск будет… — сказал старик, не поворачиваясь. — В восемь утра. Всегда в восемь после новенького, как по расписанию.

— Откуда вы это знаете? — спросил я.

— Потому что я уже не первый раз в тюрьме, парень, и привык к расписанию. В тюрьме расписание — единственное, что даёт полиции иллюзию контроля, — усмехнулся Седой.

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

СИСТЕМА.

ПО КОРИДОРУ В СТОРОНУ КАМЕРЫ НАПРАВЛЯЕТСЯ КОНВОЙ.

ОБЫСК: ВЕРОЯТНОСТЬ 90 %

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

И, чёрт возьми, старик оказался прав. В восемь утра дверь камеры открылась.

— Подъём, козлы! — крикнул конвоир. — Обыск!

Четверо в чёрной форме вошли в камеру, построили нас вдоль стены и начали перетряхивать матрасы, шкафчики, тумбочки. Я стоял спиной к ним и не нервничал. А что мне переживать? Найти у меня они ничего не смогут. По крайней мере я так думал.

— Что это? — спросил один из конвоиров, вытаскивая из-под моего матраса… нож.

Старый, ржавый, с чёрной рукояткой, обмотанной синей изолентой. Каждый из нас понимал, что эту тыкалку нам точно подбросили, иначе пацаны Марата достали бы его для того, чтобы избавиться от меня в самом начале.

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

СИСТЕМА.

ОБНАРУЖЕНО ОРУЖИЕ: НОЖ.

СТАТУС: ЗАПРЕЩЁННЫЙ ПРЕДМЕТ.

СОВЕТ: ВСЁ ОТРИЦАТЬ.

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

— Чей нож? — рявкнул конвоир.

Молчание.

Люди Марата смотрели на меня, а я смотрел на них. Старик не двигался.

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

СИСТЕМА.

УГРОЗА: ОБВИНЕНИЕ В ХРАНЕНИИ ОРУЖИЯ.

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

— Я не знаю… — сказал я. — Он не мой.

— Он был под твоим матрасом, — ответил конвоир, наступая. — Значит, твой! Сука, ты его в заднице сюда пронёс?

— Не мой же говорю! Мне его кто-то подкинул… Я даже догадываюсь кто…

Конвоир уже пошёл в мою сторону и хотел применить свою резиновую дубинку.

В этот момент старик встал, медленно повернулся, чтобы не вызвать агрессивную реакцию у конвоиров.

— Моя заточка, командир! — сказал он спокойно. — Я старый, забыл, что когда-то туда её спрятал…

— Ваша? — конвоир усмехнулся. — И как она оказалась под его матрасом?

— Говорю же, спрятал туда. Место пустое было, чтобы не могли догадаться, кто её туда положил. Не хочу, чтобы малой из-за меня пострадал, — сказал Седой.

— Старый, не тупи! — сказал конвоир. — За хранение оружия ты знаешь, что тебе будет? Оно тебе надо?

— Мне уже ничего не нужно, — спокойно ответил старик. — Я старый, больной человек. Лишняя галочка в личном деле на мне никак не отразится. Так хоть отдохну от этих шумных персонажей.

Конвоир переглянулся с коллегами.

— Забирайте! — сказал один, и старика грубо вывели из камеры.

— Спасибо… — прошептал я ему вслед.

Он даже не обернулся, просто махнул рукой и всё.

* * *

КОМНАТА ДЛЯ ДОПРОСОВ.

Меня вызвали на допрос через два часа после обыска. Я сидел в кабинете Угрюмова и ждал появления следователя.

— Изумрудов, — сказал Угрюмов, входя в кабинет и закрывая дверь. — Давно не виделись, как спалось?

— Вообще бы больше видеться не хотелось! — ответил я.

— Мне тоже, — присоединился следак.

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

СИСТЕМА.

УГРЮМОВ: ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ ФОН ВРАЖДЕБНЫЙ.

СОВЕТ: НЕ КОНФЛИКТОВАТЬ, ОКАЗЫВАТЬ СОДЕЙСТВИЕ.

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

— Рассказывайте, как всё было, — сказал он, садясь за стол.

— Я уже рассказывал. В моих показаниях всё написано и засвидетельствовано. Зарегистрировано под номером 47-А. Зачем мы будем это всё заново проходить? — ответил я.

— Раз я сказал, значит нужно ещё раз! — рявкнул Угрюмов.

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

СИСТЕМА.

УРОВЕНЬ НАПРЯЖЕНИЯ УВЕЛИЧИВАЕТСЯ— 70 %.

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

Я решил послушать совет системы и рассказал всё заново. Угрюмов записывал молча на бумажку, не перебивая. Я даже удивился. Когда мы закончили, он отложил лист в сторону и посмотрел на меня.

— Вы знаете, что если экспертиза подтвердит, что вы стреляли без особой на это причины, вас могут посадить на двенадцать лет? — его голос был спокойным.

— Я стрелял в плечо, — ответил я. — У меня нет абсолютно никаких причин врать. Это была самооборона по отношению к человеку, который сначала пытался меня задушить, а потом хотел достать оружие.

— У вас есть причина! Вы находились в состоянии, в котором не смогли себя проконтролировать, — заявил следователь.

Угрюмов пытался играть в давление.

— А знаете, что я думаю? Это у вас есть причины меня посадить, и вы сейчас натягиваете сову на глобус! Вас задело, что вы не смогли посадит Карла? Верно? Из-за этого имеется личная неприязнь ко мне?

Угрюмов покраснел, на лбу выступили вены.

— Вы… Вы за кого меня принимаете?

— За следователя, который однажды уже хотел посадить невиновного. Я вытащил Карла из ваших лап и знаю, какие у вас методы в работе.

Он встал, обошёл стол, подошёл ко мне вплотную. Я чувствовал резкий запах его дешевого одеколона.

— Не умничай, адвокат! — рявкнул следователь, а после ударил меня в район солнечного сплетения.

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

СИСТЕМА.

ДЫХАНИЕ СБИТО, ВРЕМЯ ВОССТАНОВЛЕНИЯ 30 СЕКУНД.

РЕКОМЕНДАЦИЯ: НЕ ОТВЕЧАТЬ. ПРОВОКАЦИЯ.

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

— Я знаю, что ты не стрелял в самообороне, — сказал Угрюмов, нависая надо мной. — Ты хотел его убить! Он тебя достал, и ты решил его грохнуть! Пристрелить, как собаку!

— Я стрелял в плечо, — повторил я, жадно глотая воздух и пытаясь отдышаться.

— Давай сделаем всё проще. Подпиши признание, — сказал Угрюмов. — И я постараюсь, чтобы тебя отпустили под подписку сегодня же. Будешь уже там на воле придумывать, как решить свои вопросы. Это же намного удобнее, чем находясь в камере, — предложил мне следователь.

— Я не буду подписывать то, чего не делал! Вы же следователь, должны искать правду, а не козла отпущения, чтобы поставить вам галочку в резюме, — заявил я ему.

Он замахнулся снова и в этот момент дверь открылась.

Глава 19

Дверь кабинета распахнулась с грохотом, и в комнату зашла Волгова.

— Что здесь происходит? — голос судьи был строгим, как на её заседаниях.

Угрюмов резко опустил руку, пытаясь скрыть своё намерение меня снова ударить. Повернулся к двери. Попытался изобразить на лице радушие, но получилось что-то дебильное. Я даже слегка усмехнулся от нелепости ситуации. Уверен, что его это разозлило.

— Ольга Николаевна! — он даже поправил рубашку и застегнул верхнюю пуговицу. — Вы, конечно, извините меня, но я веду допрос подозреваемого и, даже, если вы судья, я не обязан вам