"Фантастика 2026-135". Компиляция. Книги 1-23 - Елизавета Владимировна Соболянская

Руки крупные, мужские, но очень ухоженные, с прямоугольными розовыми ногтями. Похожие руки были у профессора с кафедры алхимии. Чуткие, сильные пальцы, как у хирурга, но никаких порезов или ран от ожогов. Она еще так удивлялась этому, ведь алхимики работают то с кислотами, то с едкими солями, а у него руки, словно только что в салоне побывал.

Она вспомнила, как на первых своих лекциях землянин Виктор Петрович пытался внедрить понятие защитных перчаток для лабораторных работ, и тогда ему показали кольца. Десяток одинаковых тонких ободков: по одному для каждого пальца. Сделанные из магинейтрального лунного серебра, расписанные защитными рунами, они заменяли алхимикам и артефакторам перчатки. На пальцах мастера Мура не было колец, он снял теплые кожаные перчатки с меховой опушкой, но наметанный женский глаз определил легкие, едва заметные светлые следы у основания пальцев. Значит, работает руками и много…

— Я мастер-ювелир, — сказал попутчик, заметив пристальное внимание к своим рукам, — решил съездить в Сариссию, присмотреть подмастерьев.

— Разве в Академии Искусств есть кафедра ювелиров? — удивилась Алла Николаевна, уже открыто рассматривая его.

Не красавец, лицо умное и волевое, морщинки вокруг серых глаз, волосы подстрижены довольно коротко, однако стрижка ему идет, сбавляя несколько лет.

— Там есть школа при Академии, после ее окончания подмастерья ищут себе мастера-наставника, учатся в мастерской, а предоставив в гильдию шедевр, получают звание мастера, — объяснил господин Мур, в свою очередь рассматривая женщину.

— Наверное, в праздники там будет выставка работ? — догадалась библиотекарь.

— Совершенно верно. Выставка и несколько выпускных работ с полной разработкой от эскиза до шедевра.

— Это наверняка очень интересно, — вежливо сказала Алла Николаевна, подумав, что ей самой стоит заглянуть в ювелирные залы. Хотелось бы обновить сережки, докупить пару красивых заколок, так как волосы отросли. Хотя алые пряди в них никуда не делись, стричься у местных мастеров она пока не решалась. А для работы удобнее было делать пучки и хвостики, нежели мудрить с местными укладками, которые имели множество смыслов и значений.

— А вы в Сариссию к родственникам на праздники или по делам? — поинтересовался ювелир, откидываясь назад.

— На праздники и по делам, — улыбнулась в ответ библиотекарь. — Тоже ищу себе помощницу, — вдруг сказала она, понимая, что так оно и есть.

— Да, зимой в Сариссию многие приезжают присмотреться. Сейчас можно договориться с перспективным выпускником, присмотреться к будущим конкурентам или просто оценить рынок искусства. Вот увидите, аукционы пойдут один за другим!

— Аукционы? — заинтересовалась Алла Николаевна.

— В Сариссии самый большой закрытый рынок. Даже драконы не чинятся сами приехать туда, чтобы купить старинную картину или статую, приобрести артефакты древних родов или части кладов, найденных на дне Мертвого моря.

— О, боюсь, такие покупки скромному мастеру не по карману, — отмахнулась женщина, — меня интересуют книги, возможно, праздничные представления, горячее вино, оригинальные украшения, если они не будут слишком дорогие для моего кошелька, и, пожалуй, чуть-чуть студенты.

Они еще немного побеседовали, старательно придерживаясь праздничных тем, а потом как-то одновременно зевнули и решили подремать. Под сиденьями нашлись подушки, пледы были достаточно длинными, чтобы укрыться, и, пожелав друг другу спокойных снов, путешественники уснули.

Разбудил их громкий треск, шум, крики, а потом стремительное превращение потолка в пол. Алла Николаевна громко вскрикнула, когда ее голову вдавило в угол кареты, следом лицо накрыло юбками, а затем она с сиплым выдохом приземлилась на довольно твердого мастера Мура.

— Сударыня, — простонал он, — у вас очень острые локти!

— Вы тоже не слишком-то мягкий, — парировала женщина, пытаясь вернуть юбки на место и отползти в сторону.

— Тогда мы квиты, — неожиданно засмеялся мастер Мур.

— Кажется, мы больше не падаем, — сообщила Алла Николаевна, чувствуя неловкость.

— Это радует. Полагаю, нам нужно выбираться, — решительно произнес мужчина и, оглядевшись, надавил на ближайшую дверь. Та не шелохнулась. — Магическая защита от внезапного открывания в пути, — пробормотал мастер, ощупывая затянутую тканью поверхность. — Амулет утоплен глубоко, руками не достану, а инструменты в багаже… — Он попытался рывком вытолкнуть дверь, но снова напрасно.

Алла Николаевна отползла в сторону и не вмешивалась в план спасения. В конце концов, она дама, и ее задача — вдохновлять на расстоянии. Покрутившись, Лесли лег на спину и отжал застрявшую дверь ногами. Получилось! Медленно створка приоткрылась, и он, удерживая ее ногами, как мог расширил щель:

— Мастер Алла, попробуйте выбраться. Боюсь, если я отпущу дверь, она захлопнется.

Женщина без лишних слов подобралась к двери, оценила размер щели, сдернула красивый плащ, скинула его вниз. Туда же полетели пледы, фляга и подушка. Наконец, уверившись, что внизу достаточно мягко, Алла Николаевна выпала из кареты в глубокую, чуть присыпанную снегом канаву. Вслед за ней ужом вывернулся мастер Мур. Он не удержался на ногах, прокатился, но быстро встал и с достоинством отряхнулся, а потом взглянул на дилижанс.

Огромная темная туша кареты нависла над канавой, опасно кренясь. Дверь, через которую они выбрались, вновь захлопнулась. Вокруг было темно и тихо. Однако с другой стороны слышалось ржание коней, крики людей и слабое искрение ловчей петли: кто-то магией удерживал экипаж от падения.

— Нужно отойти подальше, — коротко сказал мастер, хватая за руку женщину. Она не возражала и молча последовала за ним.

Они выбрались из канавы на дорогу и увидели, что произошло: их дилижанс столкнулся с другим, почти таким же. Вокруг стояли люди: пассажиры, служители, другие путники, застрявшие на дороге, потому что два экипажа полностью перегородили путь.

— Что случилось? — строго спросил мастер Мур, подходя к людям.

— Ночной дилижанс в столицу, — ответил недовольным голосом служитель со значком кучера. Кажется, это был водитель их дилижанса. — Опаздывали, неслись не разбирая пути, зацепили нас, снесли с дороги. Теперь вот надо пассажиров вытащить да узнать, живы ли.

— Мы уже выбрались и живы, — сухо сказал Лесли, — хотелось бы узнать, сможем ли мы ехать дальше?

Кучер потрясенным взглядом осмотрел ювелира, потом перевел взгляд на алый плащ библиотекаря и, запинаясь, сказал:

— Колесо слетело… Если до утра починим, успеем по расписанию. Если нет, передадим пассажиров следующей карете.

— Отлично! — выдохнул ювелир. — Чем я могу помочь?

Убедившись, что мужчины заняты делом, Алла Николаевна увидела место на обочине, куда перенесли снятый с дилижанса багаж. Она подошла к тюкам и корзинам, осмотрелась, выбрала большой сундук с ровной крышкой, постелила на него пледы, кинула подушечку, завернулась в плащ и задремала, не обращая внимания на шум и скрежет инструментов. Стресс, свежий воздух и осознание, что специалистам лучше не мешать, позволили ей выспаться с чистой совестью, пока служители вместе с ювелиром чинили карету.

Ближе к рассвету мастер Мур предложил перебраться в