"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез

вот несчастье! А, впрочем, что я не видел в вашем хлеву… И все же интересно – хм… обычно он развлекался со шлюхами… наверно, ты уже понесла от него Волчонка… Леди… как тебя там? Верно, и леди ты стала совсем недавно – Лостаны любят брать за себя деревенских скотниц.

«Ах, же ты петух недорезанный!»

Катя не хотела оставаться в долгу и ответ сам прыгнул ей на язык:

– Вы-то сами, милорд, верно предпочитает пастушков?

Кто-то из многочисленной свиты Альберта не сдержал смех, который вскоре сменился чуть ли не одобряющим шепотом. Сановный всадник побагровел от злости:

– Ты хоть знаешь, с кем говоришь, потаскуха?

– Конечно! – парировала Катя. – Передо мной грубый, невоспитанный, невежливый, самонадеянный мужлан, который явно не рыцарь, потому что Рыцарская честь не позволяет обижать дам, пусть даже их предки сеяли хлеб и пекли булочки.

Наступившую тишину прерывал только яростный хрип собак, которым не терпелось мчаться в погоню за ускользающей добычей.

– Ах, ты маленькая дрянь! Я тебе этого не прощу, ты в ногах у меня будешь валяться, моля о пощаде, а я еще подумаю, какое наказание для тебя выбрать!

Альберт спешился с коня и уже направился в сторону повозки, как к нему подбежал слуга постарше, одетый не менее богато и вычурно:

– Мой Господин! Я вас прошу оставаться благоразумным! Нам не следует ссорится с Лостаном на границе Волчьих земель, если это, и правда, его жена, нам лучше поехать дальше…

– Девчонка меня оскорбила!

– Вы сами себя оскорбили, осмелившись унизить достойную леди! – важно ответил Торм.

Вдали послышался топот копыт, на дороге заклубилась серое облако пыли. Кротх приложил руку к глазам и воскликнул с наигранной радостью:

– Барон выехал нас встречать, а с ним и целое войско, что ж – де Лостан тоже будет не прочь поохотиться, он это любит… особенно, если на крупную дичь!

Свита Альберта заметно заволновалась, а сам племянник короля неохотно вскочил на коня и кивком головы велел своим спутникам следовать за ним дальше на убранное поле. Уже съезжая с дороги, он бросил сквозь зубы, обращаясь к Кате:

– Надеюсь еще увидеться с тобой, красавицы… в более удобной для меня обстановке!

Ответом ему был лишь презрительный взгляд будущей леди Ульфенхолл. А потом она сомкнула веки и устало повалилась на свернутый плащ. Но следовало успокоиться и подбодрить спутников, или просто принять их заботу.

– Вы сильно ударились, Катарина? Нужно приложить холод. Вот фляжка с водой, но боюсь, она уже успела нагреться…

Рядом юлой крутился Ансельм, его жесты были полны искреннего сочувствия, а вот Торм… Он тяжело вздыхал, подкручивая усы, а потом невесело усмехнулся:

– Ох, и достанется же мне, старому дурню! И как у меня хватило ума усадить вас на лошадь…

– Ты не при чем, это все лиса и болваны ряженые… да еще в перьях! Ну, вылитые петухи.

– Я бы не отказался одного такого ощипать! – боевой дух Ансельма, кажется, ничуть не угас.

– Как бы вас самого сейчас не ощипали, юноша, немедленно отойдите от Госпожи! Иначе, клянусь Спящими богами, Веймар из вас всю душу вытрясет! – прошипел Торм, указывая на подъезжающего всадника.

Катя взволнованно наблюдала за тем, как барон спрыгивает с коня и быстрым шагом направляется к повозке.

– Катарина! Что здесь произошло? Ты ранена?

– Я немного ушиблась… совсем чуть-чуть…

Она отчего-то вдруг оробела, – Веймара жутко выглядел, у него был совершенно дикий взгляд и верхняя губа приподнялась, обнажая какие-то уж очень белые и острые клыки.

– Ты больше никогда не сядешь на лошадь!

Катя быстренько закивала головой со всем соглашаясь, «сейчас его лучше не злить, а потом посмотрим…». Между тем, не довольствуясь расспросами, барон начал очень активно проводить физический осмотр ее тела, а точнее, просто ощупывать сквозь одежду руки и ноги.

– Ты цела? Покажи лицо… что это… будет синяк… Ты себе что-нибудь сломала?

Она краснела, пыталась оттолкнуть настойчивые пальцы Лостана и уже начинала злиться, тем более, что эта не очень деликатная сцена происходила на глазах Ансельма.

– А если бы вдруг сломала? Вы бы передумали на мне жениться?

– Ничего подобного! Все равно первый месяц вам не пришлось бы вылезать из постели!

– Вы просто хам!

– А какого Бешеного Могра вам понадобилось в городе? Я возвращаюсь домой, а вас нет, что я должен был думать?!

– Но леди Катрин всего лишь хотела увидеть турнир… что же тут предосудительного?

Лучше бы Ансельм не раскрывал рта, потому что Веймар подозрительно замедлил движения и сузил глаза.

– А это еще кто? Кто такой, я тебя спрашиваю? Ты притащила из города зеленого юнца, и он смеет учить меня, как я должен разговаривать со своей женой?

– Я вам еще не жена… – тихо промолвила Катя, пытаясь выбраться из повозки, чтобы расправить ноющие от долгого сидения ноги.

О, нет! Ансельм бросился поддержать «даму сердца» за локоть и тут же отлетел назад на несколько шагов от звучной оплеухи Веймара. Кажется, барон намеревался подойти к лежащему на земле парню, чтобы продолжить экзекуцию, но Катя бросилась между ними:

– Стойте! Веймар, так нельзя – он же щенок по сравнению с вами! Ансельм просто ехал рядом, ему по пути в Черные камни. Он даже заступился за меня, когда здесь появился Ряженый Клоун… Торм, как его зовут – Холл? Из-за этого Холла, а точнее, из-за его собак, которые гнали лису, я и упала. Не смейте обижать мальчика, он совсем не при чем! Я вам клянусь, что перед вами не виновата… клянусь нашими будущими детьми.

Веймар медленно прижал Катю к себе и, закрыв глаза, она с удовольствием устроилась на его широкой груди. «Кажется, гроза миновала…»

Волк был настороже, Волку отчаянно хотелось пустить кровь, хотя