Фантастика 2026-94 - Николай Владленович Басов

— Вы тоже уйдёте? — посмотрел я ему в глаза.

— Сейчас я на своих предприятиях закон. И если делаю послабления, плачу пенсии, одариваю дополнительными выплатами, то делаю это своей милостью. А если по твоему, то я обязан буду и в мастерских с заводами, что моими стараниями, потом и кровью построенными я хозяином уже не буду. Там станут заправлять те самые рабочие союзы. Заматереют, подластятся к работникам и станут давить на меня скопом. А мне только и останется, что уступать им.

— Не будет этого, Михаил Иванович. Да, прав у рабочих станет куда больше, но не настолько, чтобы свою волю работодателю диктовать. Отстаивать свои права, да, но не указывать вам, что и как делать. И нерадивых с бунтарями есть чем прижать, я прописал это в уставах. И чтобы вопросов у работников не было, со всеми будет заключён трудовой договор. Каждый сможет познакомиться с этими уставами, а кто не грамотный, так с теми учителя проведут специальные занятия, чтобы разъяснить и ответить на вопросы. Никто не сможет сказать, что он не знал. Вы сначала почитайте что в тетрадках написано, осмыслите, сделайте для себя заметки, чтобы мы предметно могли говорить. Только пожалуйста на отдельном листке, а то опять всё переписывать не хочу, — улыбнувшись уточнил я.

— Если я уйду, ты ить не отступишься, — не спрашивая, а скорее утверждая, произнёс он.

— Не отступлюсь, Михаил Иванович, и осуществлю задуманное, даже не сомневайтесь. Выйдет это дольше и будет труднее, но я это сделаю.

— Хм. Ну ладно. Почитаю, — как-то без энтузиазма произнёс купец.

Ну что сказать, понимаю я его. Очень хорошо понимаю. Кто же по доброй воле отдаст власть. Он сейчас у себя и бог и царь. В рамках существующего законодательства империи, конечно же, но они достаточно широки. К тому же власти всегда в первую очередь поддержат работодателя, потому как у станка стоять много ума не нужно. Куда сложнее поднять предприятие с нуля, или не позволить развалиться уже имеющемуся, а паче того, преумножить. Тут не только ум особый нужен, но предпринимательская хватка.

— Не одобряете вы мою задумку, Михаил Иванович, — после достаточно продолжительной паузы, подытожил я.

— Не одобряю. Но и вот так просто отмахнуться тоже не могу, — вздохнул Суворов. — Времена меняются. Ничто не стоит на месте. Только сорок пять лет, как крепость отменили, ещё крепки здоровьем те, кто барщину отрабатывал. Живы те, кто трудился на заводах с водяными молотами, а где-то те и по сию пору в ходу. Но новое берёт своё и кто в старое вцепится, того затопчет молодая да резвая поросль. Опять же, коли это кто бы иной сказал, то я может и отмахнулся бы. А как говоришь ты… Эссен сказывал, что скрепя сердце слушал тебя молодого мичманца, и диву давался тому, что ты всякий раз правым оказывался. Купеческой хватки вроде бы и не имеешь, а пока ни одно слово твоё мимо не ударило. Не горный инженер, а всё как насквозь видишь, куда указал, там искомое и нашли. Не инженер-механик, а эвон сколько всего намудрил, что специалисты с дипломами да большим опытом диву даются. Скажи мне рискнуть деньгами на бирже, у виска пальцем покрутил бы, а ты дурные деньги на том поднял, и говоришь что к концу года ещё будут. Так что, не могу я к тебе не прислушаться, Олег Николаевич. Почитаю. Со вниманием, вдумчиво и взнуздав характер, — накрыл он ладонью тетрадки с моими записями.

Как в своё время Эссен ни в какую не желал мне верить, так и Суворов относился к моим предложениям с видимой опаской. Не отказывался пойти мне навстречу, когда мои задумки воплощались за мой счёт, и уж тем паче, когда предприятие обещало прибыль. Но только этим всё и ограничивалось. Рисковать вкладывая собственные деньги он был готов только если сам видел в этом выгоду, как в случае с модернизацией подводных лодок.

В заводы Суворов конечно вложился, но тут есть нюанс. В строительство того же станкостроительного поначалу он вложил лишь свой ум и труд, но не деньги. Финансирование этого проекта шло сугубо за мой счёт, так как купец опасался вкладываться в столь рискованное предприятие.

Чего не сказать о расширении часовой мастерской, до полноценного завода. Тот теперь помимо мелкой линии по изготовлению часов, сосредоточил основные мощности на производстве гирокомпасов. Михаил Иванович буквально в глотку мне вцепился, чтобы я и не смел больше никому давать лицензию. Но я об этом не жалел, так как не хотел монополизировать рынок.

Вообще-то, сомнительно, что у меня это получилось бы. Та же Англия нашла бы как «изобрести» свой навигационный прибор. Пришлось бы кому-нибудь малость поднапрячься, и выдать нечто похожее, но оригинальное, чему есть масса примеров. Лучше уж пусть производят у себя, да делают мне отчисления, чем станут делать это не платя мне ни копейки.

Однако всё изменилось когда отправленные им по моему наущению геологические партии оказались удачными. Золотой прииск, два месторождения высококачественного каменного угля неподалёку от Владивостока, железная руда, бокситы. Ни одного промаха. Отправившимся по моей указке не пришлось даже особо искать, разве только оценить залежи полезных ископаемых. И всё в точку с первого раза.

С гидроэлектростанцией вышел облом, потому что подходящего места под неё не нашлось. Зато неподалёку от бокситов обнаружился бурый уголь. Так что поставим теплоэлектростанцию и наладим производство алюминия. По оценкам геологической партии, там вполне возможно развернуть крупное промышленное производство…

— Благодарю, Михаил Иванович за то, что вы смотрите в будущее и готовы к переменам, — искренне произнёс я.

— Это в смысле держу нос по ветру, — хмыкнул Суворов.

— И это тоже. Мы с вами таких дел наворотим, что только держись, — я с убеждённым видом тряхнул кулаком.

— И каких же, позволь полюбопытствовать? — откинувшись на спинку кресла, поинтересовался купец.

— Ну как же. Рабочий он ведь не бессловесная скотина. Рыба ищет где глубже, а человек где лучше. Так что, либо иные купцы да заводчики станут делать как у нас, либо хорошие работники от них уйдут к нам. И тогда получится, что в Приморье работягам больше незачем станет бунтовать.

— Не понимаешь ты, Олег Николаевич, — покачал головой Суворов. — Если у нас будет лучше чем у иных, то другим