Фантастика 2026-152 - Николай Дмитриевич Соболев

заросли неизвестного растения, смахивающего на заросли колючей акации - как только в самые первые кусты, а не деревья, я вскочил, то выбраться смог только одним способом, по-пластунски, плотно прижимаясь к земле. Иначе никак невозможно - колючки были похлеще чем на 'России', до десяти-двенадцати сантиметров длинной.

- ...!!! - по возможности негромко выразил своё о них мнение. Похоже Саша того же мнения - слова другие, а смысл - тот же. Потому и вторые подобные заросли уже осторожно обходил стороной, не рискуя получить ещё одну дозу того же экстрима. А вот это уже интереснее - в паре сотен метров от берега, знакомый по тв-показам дикой природы - растет баобаб, накрывая своей раскидистой кроной большую поляну. Дальше, вдоль берега небольшого ручейка, снова стоят пальмы, сначала нам видны банановые, потом они с какими-то гроздьями под листьями растут, даже и не знаю, что это. А вот перед самым носом знакомые по рынку апельсинки висят, только какие-то очень уж небольшие, наверное они просто дикие, дичка - так дома называют подобные деревья. И персики - только размером с наши абрикосы, и попробовав на вкус, понял что это зелень-зелёная.

Федорович.

Не прошли и пары километров, только добрались до ручья побольше, сбегающего с берегового уступа небольшим водопадиком в море, как из соснового леса раздался приближающийся собачий лай, и слова, вторящие ему в ответ:

- Белка! Белка! Прекращай гонять попугая на дереве. Кому сказал? Уймись! Я всё равно стрелять в этого красавца не буду.

Мы, все трое, просто обалдели от этих слов, а через минутку на берег выскочил небольшой светленький комочек, быстро крутящийся за своим хвостиком. И вслед за ним показался и его хозяин, мужчина лет пятидесяти пяти-шестидесяти на вид, с большой полной корзиной в одной руке, и двустволкой во второй:

- Белка - а вот и хозяева этого прекрасного места пришли! Прекращай баловаться, лучше поздоровайся.

На что эта юла остановилась на несколько секунд, осмотрела нас, звонко гавкнула - явно так с нами здороваясь, и сбежала ему за спину.

- Что, сразу заскромничала и спряталась, егоза? Ну, здравствуйте, хозяева дорогие, - это уже он с нами приветствуется, - и кто же вы такие будете?

- Вы правы, мы и есть Хозяева этого острова, - я первый сориентировался в создавшейся ситуации и очень вежливо ответил, - меня зовут Станислав, или Стас, это Маша и Александр, мои помощники. А вы кто будете?

- Кто я? Пенсионер, на отдыхе в лесу. Только вот этот лес совсем не тот что был три дня назад, когда я ложился спать. А зовусь я Василий Федорович Злоков.

- Так вы сюда попали вот только недавно? - ожила Машутка, - всего несколько дней?

- Да-да! Этот - только третий, как я проснулся не в своем привычном окружении, у нашего огромного водохранилища, а вот тут - в местных 'трех соснах', и на берегу махонького ручейка. В десяти минутах ходьбы от моря, и явно что оно не наши Азовское или Черное - их я хорошо знаю. Там таких больших островов, вообще без людей, я не припомню, тем более с таким огромным количеством мелких скал у берега. Ну и растительность... Не просветите ли, где же я теперь?

- А вы сами с Белкой сюда попали, больше нет никого?

- Ну да. Вот дома ещё остались мои подопечные - кошка Машка, не вам, Машенька, в укор, её так зовем уже три года. И потом соседский кошак Мурчик, он каждую ночь к Машке приходит на свидание, и проведать деток, их общих. И шесть котят, двухмесячных, плод их совместной страсти.

- А где это - дома? - удивленно спросил я.

- А я что, не сказал? Наверное, просто не успел. Тут недалеко, всего в полукилометре от берега и появился мой домик со всем его хозяйством. И даже пара берёзок, что росла у моего колодца, тут с нами. Вот только сам колодец теперь без воды стоит, и обмелел, всего метров пять до дна, а было все шестнадцать раньше... Идемте к нам, я вас чаем с медом напою, и плюшки ещё остались, я их пёк к приезду детей и внуков. Но они всё не смогли съесть, налегали больше на рыбу и грибы.

- А вы что, один живете тут, то есть там жили? - Маша опять не удержалась от вопроса.

- На природе - да один. А в городе есть квартира, но она пока пустует, так жена уехала к дочери, помогать младшего внука нянчить, а я сбежал, как уже несколько лет делаю - с самой весны и до поздней осени, на природу. И отдохнуть от города, и порыбачить, и ягод-грибов насобирать, насушить, да законсервировать в банки на целый год для своей семьи, а потом мы ведь и детям очень многое отдаем. Тут у меня целый "консервный завод" - перерабатываю и лесную добычу, и урожай со своего огорода, и рыбно-мясное раздолье, что сам добываю.

Так, выслушивая его рассказы, мы, свернув от берега, топали вглубь леса. А вокруг есть на что полюбоваться! Поначалу, от береговой полосы, опять росли сосны, в ширину не знаю, сколько - в самом начале они росли смешано, с акацией и редкими финиковыми и банановыми пальмами, и в основном вдоль ручья. А вот немного дальше, пошли одни, такие привычные нам колючие красавцы-елки, и сплошной ковер из иголок под ногами.

- Федорович, а вы уже ходили вокруг дома, по этому острову?

- Конечно! А откуда бы я набрал с самого утра полную корзину грибов? Почти с самого рассвета, и до вечера все прошлые дни провел на ногах, обследуя те места, куда я попал. Так вы расскажите, где же я? Только давайте я накрою сначала стол, и угощу своим чаем, А уж потом, внимательно выслушаю вас.

Мы все уже успели подойти к его дому. Ну что? Не современный, кирпичный или щитовой, а старой ещё постройки, рубленый домик, с двускатной крышей, на которой полностью всю видимую сторону занимала большая солнечная панель. Именно что - домик. Маленький, прямоугольный, как потом он нам рассказал - размером всего пять на шесть метров, обычный пятистенок. Правда, русская печь, по его словам, в нем сохранена. А перед входом была прилеплена аккуратная пристроечка углом - открытая летняя веранда с одной стороны, продолжающаяся сбоку дома, и кухня с другой. Вот там нас он и