Новая Переменная - Канира

Смотря на спину мальчика, на котором был камень, он размышлял, как сделать так, чтобы тот испытал отчаяние. Способ со стариком не удастся, тот был слишком силён, и так просто его не убрать. Даже влияние на разум не проходило, и лишь раз за эти годы удалось повлиять, чтобы тот вступил в бой. Разум мальчика же был закрыт полностью. На эту аномалию не удавалось влиять вообще, и дело ведь не в силе.

У Зецу был интерес, но увы, охрана главных фигур забирала много времени, и лишь в свободное время удавалось подсматривать за третьей запасной фигурой. Так что, оставив мальчика, тот двинулся в обратную сторону. Юки и Хозуки скоро лишатся своих сильнейших представителей.

Его план должен быть исполнен, и такие сильные шиноби могут помешать ему…

* * *

Глава 15

— Сенджу — наши родственники, Оками, и наш союз строится не только на словах, ты ведь это понимаешь?

— Да, Ашина-сама.

— Отлично, тогда ты не будешь против того, что твои братья будут временно присутствовать здесь. Их ждёт обучение.

— Я всё понимаю, глава, но какое это имеет ко мне отношение? Не я ведь решаю, кому быть на территории клана, а кому — нет.

— Всё верно, мой молодой друг, но ты — единственный из молодого поколения, кому я могу доверить ответственную миссию. Ты должен будешь сопровождать и наблюдать за этими тремя Сенджу.

— Я буду надзирателем?

— Я бы не сказал надзирателем, скорее наблюдателем, чтобы молодые горячие головы не натворили чего не стоит. — Ашина ухмыльнулся. — Если ты понимаешь, о чём я.

— Конечно. — Оками захотелось закатить глаза, но он сдержался. Он вспомнил поведение самого старшего из своих двоюродных братьев.

— Отлично. Раз так, Хаширама, Тобирама и Итама, заходите.

В кабинет главы клана спокойно зашли три брата Сенджу. Но вдруг самый младший, увидев Оками, крикнул:

— Старший бра-а-а-т!

И, разбежавшись, прыгнул на Оками, сцепившись и обнимая его голову и грудь.

От черноволосого Узумаки раздался вздох усталости.

Тобирама скрестил руки на груди и грозно посмотрел то ли на своего младшего брата, то ли на Оками. Будущий Бог Шиноби, Хаширама, лишь неловко почесал макушку.

* * *

Удар, уворот. Я не успел среагировать, и сильнейший удар, словно меня сбил поезд, достался мне. Я отлетел и уже не смог встать. Грудь жгло, словно огнём, а воздух никак не мог проникнуть в мои лёгкие.

— Отлично. — Старик улыбнулся. — Хороший бой, Оками. Похоже, на этом наши тренировки закончатся.

Поднявшись еле-еле, я поклонился. Дыхание за те десять секунд лежания стабилизировалось.

— Спасибо за наставление, дедушка.

— Теперь можешь быть свободен, завтра выдвигаемся. Твои братья ждут. Твой тринадцатый день рождения мы отметим в клане Сенджу. Настало время тебе познакомиться со своими родственниками. — Оставив эти слова, тот ушёл в землянку, которая была сделана стихией земли за считанные минуты. Всё же удобно иметь в рукаве техники на все случаи жизни. Особенно в мире, где на многие километры не найти деревню, не втянутую в какую-нибудь войну.

— Понял.

Придя в себя, я сгенерировал чакрой воду и облил себя. Б-р-р. Холодная. Живописное место, однако. Я посмотрел вокруг.

Нашу временную стоянку мы решили разбить на берегу озера. Огромные деревья Страны Огня давали хорошую тень, и здесь, возле берега, была отличная температура в этот жаркий день. Вот уже несколько лет прошло, словно миг, как мы ушли в странствие. Встреча с биджу, самураи и ниндзя-отступники из книги бинго, битва на грани смерти под наблюдением старика. Всё, словно калейдоскоп разбитого зеркала, проникло сквозь мои глаза.

Как сказал старик, мои тренировки на этом закончатся. Не полностью, конечно, но из тайдзюцу и ниндзюцу старик мне передал всё, что мог, по его словам. И дальше оставалось лишь мне учиться самому и оттачивать всё, чему он меня научил. Были тяжёлые времена, особенно когда старик показал пик нашего стиля. Меч пока мне не давался, но я надеялся, что настанет тот момент, когда я, как старик, смогу одной рукой рассечь гору в несколько сотен метров.

Тот миг я никогда не забуду. Богоподобная мощь.

Уже тринадцать лет я топчу землю этого жестокого мира. Я увидел многое. Убийства, зверства, всяких психов и культы. Множество плохих вещей для меня прошлого и типичных для меня нынешнего. Но даже в таком жестоком мире было место добру. Любовь и забота, искренняя вера в хорошее и защита близких.

Я рад, что моя смерть даровала мне выбор увидеть все эти эмоции и вещи. И даже если я умру от клинка, мне не будет жаль, что я прожил плохую жизнь. Ведь я живу отличную жизнь.

* * *

Гендзюцу — одно из искусств ниндзя. Я бы сказал, одно из самых сложных, наравне с фуиндзюцу. После встречи с биджу я начал больше обращать внимание именно на это искусство, отставив остальные на второй план. Если бы на тот момент я достиг того, чего достиг сейчас, то, думается мне, с трёххвостым было бы в десятки раз легче справиться.

Что такое гендзюцу, задавался я вопросом. Иллюзии были той стезёй, где мастеров было минимум — как сейчас, так и в будущем. Во время просмотра сериала мне всегда казалось, что гендзюцу не добавляют лишь потому, что оно не слишком зрелищно и красиво, как ниндзюцу. Я отчётливо помнил, как Итачи, будучи моего возраста или младше, просто поместил в иллюзию Орочимару, на тот момент уже прошедшего две мировые войны. Одно из двух: либо он недооценил тогда шаринган, либо он до этого не встречался с таким сильным противником в гендзюцу.

Так, если даже один из саннинов мог умереть от гендзюцу, то почему бы и мне не задаться такой целью — стать мастером гендзюцу? В мыслях это было воодушевляюще, на деле оказалось той ещё морокой.

Что я сделал в первую очередь? Конечно же, спросил своего старика, встречал ли он мастеров гендзюцу и смогут ли они меня обучить. В деньгах вопрос не стоял, главное — желание. Так я думал.

Старик с одной стороны разочаровал, с другой — нет. За все полтора века он встретил аж трёх мастеров! Трёх. Мои глаза на тот момент чуть не превратились в Мангекё. Самый первый был