Мастер Трав II - Ваня Мордорский

— Не покажете мне сад? — спросил я женщину, которая, вперившись, смотрела куда-то вдаль. — Пока дед там, чтобы не стоять просто так. — добавил я объяснение. Возможно лишнее.

— А? — встрепенулась она, — Да, конечно.

Мы пошли по узкой тропинке между грядками. Волки двинулись следом, держась на расстоянии, но не выпуская меня из виду.

— Это что за растение? — спросил я, указывая на куст с серебристыми листьями.

— Лунный шалфей, — ответила женщина. — Муж принёс из Кромки в прошлом году. Алхимики берут его листья для настоек.

Я кивнул.

— А это?

— Медвежья ягода. Её плоды хороши для отваров от простуды.

Спрашивал я скорее только для того, чтобы дать женщине говорить самой, чтобы прогулка не превратилась в сплошное молчание. А сам, тем временем, высматривал багрянец. Увы, этого растения я не знал — в тесте его не было. Так что придется полагаться на глаза и анализ. Вот только проблема: у меня будет одна попытка убедиться, что это именно то растение. Я правда надеялся, что уж багрянец узнаю — само название должно подтолкнуть к узнаванию. Правда… я не знал, есть у него цветы или нет, или это обычный куст типа амброзии.

Мы шли дальше, и я методично исключал одно растение за другим.

— Вот эти, — женщина указала на отдельную грядку у дальнего края сада, — самые ценные. Некоторые муж принёс из самих глубин. Их плоды и цветы покупают алхимики и дают хорошую цену.

Она вздохнула.

— Вот только никакие деньги не могут помочь спасти жизнь моей дочери.

Я подошел к грядке и внимательно осмотрел каждое растение. Меня не интересовали обычные, только мутанты. Мы обходили небольшими тропками сад, который был устроен совсем не так как у Грэма (у которого это больше напоминало огород), и я отмечал про себя растения, которые могут потенциально претендовать на название багрянец. Так было до того, как я увидел его.

Высокий куст, почти в человеческий рост, с толстым, древесным стеблем и широкими, с почти черными листьями необычной формы — изрезанными по краям и с багряными прожилками, которые словно пульсировали под поверхностью. Да, это мутант, вне всяких сомнений — я такие «прожилки» уже видел.

Но главное — это крупные, размером с кулак цветы, которые росли гроздьями на верхушке куста. Багряно-фиолетовые лепестки окружали массивную сердцевину, из которой торчали длинные тычинки, покрытые желтой пыльцой.

То, что оно было мутантом, было очевидно еще и по самому ощущению опасности, которое оно излучало. То же самое я ощутил от своих семян, которые прорастил в кадочках. Хотя нет… я прислушался к своим ощущениям и вдруг понял — мои растения были опаснее, просто они не развились достаточно. А это не было таким агрессивным. И если уже это не багрянец, то я тогда даже не знаю, какое растение может претендовать на это название.

— А это что за растение? Никогда такого не видел. — спросил я женщину, — Выглядит… опасно.

— Да, глубинный тигровый багрянец. Тран притащил его чуть ли не из-под Хмари. Алхимики дорого дают за бутоны… по серебряному. А растут они быстро. У него хотели его выкупить, но он не дал, ведь тигровые багрянцы редко попадаются, и еще реже приживаются. А тут он прям разросся.

Уж лучше бы он не прижился, — мелькнула мысль. — Тогда бы ваша дочь была здорова. Значит, они его называют иначе — тигровый глубинный багрянец. Буду знать.

— Можно посмотреть поближе? — спросил я.

— Да, конечно. — ответила женщина и мы осторожно прошлись по небольшой тропинке к кусту.

Сначала я использовал просто Дар: у меня была шальная мысль попробовать высосать из растения живу, и я даже попытался, но получил такой отпор, и такую агрессию, почти как от лианы, которую я приручил. Ясно, незаметно высосать ничего не выйдет. Тогда мне нужно убедиться, что это растение то самое. Даже если я нутром чувствую, что это так.

[Анализ]

Боль была ещё сильнее, чем в прошлый раз. В глазах уже привычно потемнело, а ноги подкосились.

[Объект анализа: Багрянец мутировавший.

Особенности: Производит большое количество пыльцы с высоким содержанием специфических белков. У людей с повышенной чувствительностью вызывает прогрессирующую аллергическую реакцию.

Опасность: Высокая для неодарённых, особенно детей.

Редкость: Высокая.]

Я отступил от куста на пошатывающих ногах.

— Элиас? — окликнула меня женщина, — Тебе плохо?

— Душно… — выдавил я, приходя в себя. — Запах удушающий… от этого растения… странный какой-то…

— Запах? — она нахмурилась. — Я ничего не чувствую.

— Может, вы привыкли?.. — я сделал глубокий вдох, пытаясь унять головокружение. — А для меня… слишком сильно. В первый раз такое.

Женщина смотрела на меня с каким-то странным выражением.

— Знаешь, — сказала она вдруг медленно, словно что-то припоминая, — Лира тоже так говорила — жаловалась, что в саду пахнет странно…

Вот оно!

Девочка, похоже, чувствовала это с самого начала. Вот только ни родители, ни она не придали этому значения. Еще бы — в саду столько запахов, что поди пойми, что именно пахнет странно маленькой девочке.

Мы медленно двинулись обратно, и женщину прорвало на откровения, а я просто шел рядом и… слушал.

— Тран почти не спит, сидит рядом с ней по ночам и держит за руку. Волки его не узнают — он перестал с ними заниматься, они чувствуют его тревогу и сами становятся нервными. Двух пришлось продать — у него не было сил за ними ухаживать. Деньги ушли на лекарей, которые ничем не помогли.

Я слушал и думал.

Как объяснить Грэму то, что я узнал? Я не мог просто сказать: «Дед, система провела анализ и выдала диагноз». Нужно было придумать правдоподобное объяснение.

Мы вернулись к крыльцу как раз в тот момент, когда из дома вышел Грэм. Тран шёл следом, с надеждой глядя на старика.

Грэм давал какие-то советы: держать девочку в тепле, давать больше жидкости, не перегружать сильными эликсирами… Общие рекомендации, которые ничем не могли помочь, потому что не устраняли причину.

Я подошёл к деду и наклонился к его уху.

— Нам нужно поговорить, — прошептал я. — Я должен тебе кое-что показать, кое-что очень важное. Это касается жизни Лины.

Грэм нахмурился, но ничего не сказал вслух.

— Тран, — он повернулся к приручителю, — мы можем пройтись по твоему саду?

Тран удивился, но кивнул.

— Конечно, пойдём.

Мы снова двинулись по тропинкам между грядками. Я вёл Грэма к дальнему углу — туда, где рос багрянец. Тран шёл позади, явно не понимая, что происходит. Когда мы подошли к отгороженному участку, я слегка толкнул Грэма локтем и кивнул на багрянец.

— Вот он, — прошептал я. — Виновник