Райя безжалостного командора. Шанс на счастье - Кира Райт

Признаться, меня очень волновало то, что будет после.

Что Ши-Ран там такого надумал, на что решился в жерле вулкана? Понял ли, что не хочет тратить свою жизнь, которая может оборваться в любой момент, на «не ту»? Решил ли, что не стоит тянуть и дальше это бремя? И как он отнесётся к тому, что я окажусь рядом, когда (я не могла сказать «если» даже про себя) очнётся? Я ничего этого не знала.

И в итоге снова должна была смириться и уйти из медблока, так и не узнав, как он, что с ним и есть ли какие-то прогнозы, кроме заверений Рай-Харра, что всё будет хорошо. Браслета для связи у меня больше не было. Куда он делся, было не очень ясно, но в каюте я его не нашла. Зато сама опять оказалась заперта здесь, пока время тянулось медленно и пугающе, заставляя предполагать самые худшие варианты.

Это там, в космосе я была поисковым прибором, я была нужна командору… Тут – я снова бесправный сосуд, которому никто ничего не обязан объяснять. И по идее даже бесполезный для самого Ши-Рана, наверное…

Поэтому когда спустя несколько часов в каюту закатили огромную капсулу, в которой лежал он без сознания, даже испугалась оставаться с ним наедине.

– Постойте! – остановила медиков. – Скажите хотя бы, что с ним? Ему лучше? И если ему станет хуже? Или ему что-то понадобится? Что мне делать?

– Нажмёшь на кнопку, – указали мне большую на капсуле.

– Но… Он просто будет здесь лежать? Разве не нужны какие-то процедуры?

Оба рай-ши переглянулись, а потом один из них прикрыл дверь, чем изрядно меня напугал. Особенно когда второй решительно шагнул ко мне, попятившейся к капсуле, в которой лежал бессознательный командор…

Глава 24**

Я вся сжалась в ожидании очередной грубости, но медик меня даже не коснулся. Только наклонился чуть ближе.

– Из-за высоких температур и ядовитого газа, которые привели к шоку, произошёл всплеск внутренних волн, которые в итоге создали плотный волновой кокон вокруг тела. Поэтому серьёзно пострадала только одна стопа. Пришлось заменить на имплант. Внешне больше нет повреждений, но внутри… Произошёл сбой. Волны движутся хаотично, вырабатываются так же. Наладить этот процесс не смогли даже наши хирурги. Вообще обычно в таком состоянии рай-ши никто и не спасает особо, так что и опыта у них нет… Но по приказу императора, мы выполнили возможный максимум. Если спустя неделю в восстановительной капсуле он не придёт в себя, то… – рай-ши замолчал, а я поняла, что тогда они поставят на нём крест.

– Я могу… Что-то…

– Можно находиться рядом, так волны будут питать резерв, но лучше не касаться, случайно этот же резерв он может выжечь, – объяснил спокойно.

– А почему вы мне это рассказали? – не удержалась от последнего вопроса, который задала скорее от собственного шока от услышанного. Смысл всё ещё до конца не доходил. Я думала, мы прилетим и ему помогут, а он снова на волосок от смерти…

Вместо ответа медик бросил долгий взгляд на командора. А потом перевёл на меня.

– Есть причины.

Затем он развернулся и пошёл на выход ко второму, но там остановился и на грани слышимости произнёс.

– Ты должна была находиться под моим присмотром в медблоке в прошлый раз. Я не доложил командору, что должен был отсутствовать. Испугался и солгал, что всё в порядке. Потом он слишком быстро улетел на Мария. Надеюсь, если он придёт в себя, этот разговор хотя бы немного смягчит мою участь.

И теперь они оба вышли. А я осталась наедине с капсулой, в которой лежал он. Снова как статуя. Но уже не угольная. Вполне себе синяя… И живая.

Его грудная клетка вздымалась ровно, иногда ускоряя темп. Если прислушаться, я даже слышала стук его большого сердца. Но это было всё. Больше никаких признаков жизни.

И да, медик сказал верно. Даже стоя просто рядом, я ощущала, как его волны касаются меня. но вспоминая, каково мне было в его объятиях не так давно, коснуться даже капсулы, не решалась. Тем более ожоги ещё не сошли, хотя после обработки в медблоке и перестали болеть. Я понимала, что он уже не горячий. Но было страшно представить, что было бы, сожми он меня тогда ещё сильнее или ударь волнами опять.

Поэтому я просто присела на край кровати, не сводя с него взгляда. И думая о словах медика. Почему я должна была находиться под его присмотром? Он бы не разрешил пытать меня? Или мне просто хочется верить, что командор хотя бы пытался обо мне позаботиться? Было ли это правдой или я услышала то, что просто хотела, а на самом деле смысл был в другом? Ну мало ли… Я же их вообще не понимаю, как выяснилось.

Но время шло, мысли кружили по кругу, а в капсуле ничего не менялось.

– Надеюсь, ты не собираешься слишком долго так лежать, Ши-Ран, – произнесла и вздрогнула от своего же голоса в звенящей тишине.

Но всё равно продолжила. Мне казалось, что лежать вот так в полной тишине, не зная, кто и что вокруг, наверное, очень страшно…

– Не знаю, слышишь ли ты меня… Но если да, то пожалуйста, не задерживайся там. Они сказали, что у тебя есть только неделя. Всего одна, понимаешь? Физически ты почти здоров… Стопа…

Представив, какую адскую боль он испытал, если стопа была повреждена настолько, что пришлось устанавливать имплант вместо неё, содрогнулась. И всё равно не замолчала.

– Ничего. Ты и без неё был не такой, как все остальные. Но тебя то не остановило же. Не остановит и это. Ты справишься. Я уверена. Осталось только заставить волны успокоиться. Они бьют снова даже меня. Помнишь, как в первый раз?

И я вспомнила сама. Как увидела его. Как в первый же миг ощутила нечто странное между нами. Как потом сопротивлялась ему. Как ненавидела. И считала, что использую его, чтобы добиться свободы, а в итоге так увязла в нём, что не представляю, как можно жить без него?

Кто кого в итоге использовал? «Хитрая» Рай-я…

Даже усмехнулась своей глупости.

Действительно хотела перехитрить и влюбить в себя того, кто вообще о любви даже не знает? Правда думала, что ради тебя он нарушит свои любимые правила? Ради приказа императора сунуться на планету, где можно умереть – это пожалуйста. А я… Я не имею права у него даже попросить о жизни.

И снова по рукам побежали мурашки,