Ведьмин капучино и тайна наследства - Елена Михалёва

– Как же. – Теодор смущённо улыбнулся и поправил очки красивым, прямо-таки кинематографичным жестом. Залюбовавшись, Дана часто заморгала. – Мне сказали, что здесь живёт непростая ведьма, которая способна на такое, что не каждой колдунье вообще по зубам. Да и не любая решится. Говорили, что её мастерство настолько велико, что она может… привязать к себе даже самых своенравных созданий. Неужто я приехал не по адресу? Ты скажи, сударыня, если меня обманули.

На лице Зинаиды расплылась самодовольная улыбка. Злобное недоверие сменилось очевидным высокомерием, когда она вздёрнула крючковатый нос и уклончиво ответила:

– Ну может быть. Но у меня нет ничего, что бы тебя заинтересовало.

– Боюсь, тут дело куда более деликатное. – Теодор сложил ладони «домиком» и заговорил сладким, как патока, голосом: – Не так давно я приобрёл домового. Очень старого. И очень своенравного. Его прежняя хозяйка умерла, а от новой он сбежал. Его поймали и предложили мне. Но проблема моя в том, что этот домовой никак не желает привязываться ни ко мне, ни к моей квартире. И я готов заплатить за то, чтобы его надёжно закрепили за мной. Очень хорошо заплатить. Больше, чем кто-либо когда-либо платил за что-то подобное.

Зинаида вскинула бровь.

– Завести домового вздумалось? – Она понимающе покачала головой. – Чтоб был под рукой неболтливый, надёжный слуга.

– У богатых свои причуды, – невозмутимо ответил Теодор.

Ведьма окинула взглядом дорогую машину и безупречный наряд гостя. В её глазах мелькнула жадность.

– Что ж, в таком случае, милок, может, присядешь? – Она указала рукой на рассохшуюся скамейку. – Расскажи-ка, что за домового ты прикупил? Авось чем и помогу.

– Так зачем разговоры разговаривать, – Теодор сделал паузу, – если можно показать.

Он жестом пригласил старуху подойти к машине.

Зинаида не торопилась уходить с защищённого крыльца. В ответ на её сомнения вампир тихо засмеялся.

– Сударыня, без обид, но я предпочитаю аперитивы не старше восьмидесятого года. Опять же, у богатых свои причуды. – Теодор загадочно улыбнулся, а потом добавил: – Я готов предложить триста тысяч. Наличными. Сегодня. Если ты справишься до заката.

Зинаида поперхнулась воздухом. Она посмотрела на вампира как на сумасшедшего.

– Это что за домовой такой? – прохрипела ведьма, вытаращившись на гостя.

– Очень редкий. И страшно капризный. – Теодор кивнул на машину. – Взгляни. Думаю, ты сама оценишь.

Возможно, роль сыграла жадность или же простое любопытство вкупе с очевидной жестокостью к более слабым магическим созданиям, но Зинаида всё-таки сошла с крыльца и направилась посмотреть, кого именно привёз её эксцентричный гость.

Едва ноги колдуньи ступили со скрипучих ступеней на гравийную дорожку, Дана, помня указания Витана, шепнула Лесе:

– Пошли. Это наш шанс.

Согнувшись в три погибели, они обошли дом.

Вместе с Лесей пробрались вдоль соседских кустов и прошмыгнули через недостроенный забор (тот самый, из-за которого началась ссора) в огород ведьмы между оврагом и её избушкой. На первый взгляд, грядки были самыми обычными: картошка, морковка, лук, кабачки и травы, – но воздух здесь неуловимо отличался. Несмотря на открытое пространство, он казался тяжёлым, душным, пах сыростью и затхлой землёй, как в погребе.

– Нам туда, – прошептала Леся, увлекая Дану между грядками к покосившейся дверце в кирпичную пристройку у задней стены дома. – Это котельная. Через неё можно попасть в кухню. У меня есть ключ. Секунду.

Леся порылась в своём полинявшем рюкзачке и отыскала колечко с ключами.

– Вот. – Она очень осторожно открыла дверь, стараясь не шуметь. – Идём. Только тихо. У бабы Зины слух, как у сторожевой собаки.

Очутившись в котельной, Дана моментально поняла, почему Леся так отчаянно просила о помощи. От представшего перед ней зрелища сердце юной ведьмы сжалось.

В котельной царил полный беспорядок. Вокруг старого чугунного газового котла, который в летнее время оставался выключенным, горами громоздился хлам: старые вёдра, пустые пыльные банки, ржавые садовые инструменты и целые веники засушенных трав, развешанные по стенам и затянутые серой паутиной. В помещении пахло отсыревшим тряпьём и безысходностью. Это чувство затопило Дану так стремительно, что она пошатнулась и не сразу заметила в углу, между стеной и древним шкафом, узенький комковатый тюфяк, прикрытый тонким шерстяным одеялом. Оно было изъедено молью настолько, что становилось ясно: в неравных сражениях за этот клочок материи моль побеждала.

– Ты что, живёшь тут? – прошептала Дана, не веря своим глазам.

Леся смущённо повела плечом.

– Баба Зина всегда говорит, что мне большего и не надо. Я же не человек. А твой домовой разве не так живёт?

– Нет. И вернее сказать, что это не он мой домовой, а я его ведьма.

Дана почувствовала закипающий гнев. Никто не смел удерживать живое существо силой в подобных условиях и тем более превращать в бесправного раба.

Она бы обняла Лесю и сказала ей, что всё будет хорошо, но времени не было. Теодор не сможет пудрить Зинаиде мозги вечно.

– Идём скорее, заберём твою куколку.

Кикимора кивнула и повела Дану дальше в дом.

Они очутились на кухне. Старая советская мебель сочеталась здесь с деревенским бытом и ведьмовской атмосферой. Почерневшая от нагара чугунная посуда, полинявшая клеёнка на столе у окна, банки с заготовками на полках и разнотравье сушёных веников под потолком, среди которых выделялась бельевая верёвка с прищепками на ней. На старой плите в большой кастрюле тушилась капуста. Её душный запах перебивал всё.

– Ты уверена, что куколка здесь? – тихо спросила Дана, оглядываясь по сторонам.

– Нет, – Леся помотала головой. – Но я её чувствую. Она где-то рядом. В доме.

Дана схватила кикимору за руку и округлила глаза.

– Ты же сказала, что знаешь, где она. – Девушка почувствовала, как сердце проваливается в пятки.

– Я… я просто очень испугалась, – виновато прошептала Леся и шмыгнула носом. – Я подумала, если вы поймёте, что я не знаю точно, где моя куколка, то вы мне не поможете. Прости, что соврала. Пожалуйста, не уходи. – Она вцепилась в руку Даны. – Баба Зина ведь меня правда убьёт, если пронюхает, что я ездила к вам.

Дана, не говоря ни слова, кивнула. Конечно, Леся их обманула, но осуждать её было сложно. В мире, где тебе никто не верит, ты делаешь всё, чтобы получить хоть какую-нибудь поддержку.

– Ладно, давай попробуем поискать. Ты можешь почувствовать хотя бы примерно?

Кикимора просияла.

– Думаю, да. Нам туда. – Леся потянула Дану в следующую комнату. – Я дальше кухни обычно не хожу, а тут уже каждый сантиметр обыскала. Уверена, баба Зина держит её где-то возле себя.

Они очутились в спальне, такой же захламлённой и дурно пахнущей, как и кухня. Старая кровать