Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

— У нашей организации есть к тебе предложение, — спокойно заявил улыбнувшийся сектант. — Даже два.

— Излагайте, — немного напрягся я.

— И все же как насчет остаться? — уставился на меня своими черными глазами сектант. — Соответствующие условия работы обеспечим. Это я тебе от себя лично обещаю.

— Нет, — твердо заявил я.

— Как знаешь, — спокойно согласился с моей позицией явно заранее уверенный в ответе проповедник. — Решил судьбу испытать — твое право. Только как ты отсюда выбираться решил, если не секрет?

— С помощью вот этого самого инструмента. — Чувствуя какой-то подвох в вопросе, все же помахал я зажатым в руке ножом.

— А энергию для прокола где возьмешь? — откровенно потешаясь надо мной, заявил Доминик.

— Есть варианты, — решил до конца блефовать я.

— Да ну? И кто жертвенным агнцем будет? — сразу же раскусил меня проповедник. — Учти, первый попавшийся человек не подойдет. Тут к выбору жертвы тщательно подходить надо. Аарон Давидович вот сгодился бы, но он, думаю, не согласится.

— Не соглашусь, — покачал головой внимательно прислушивавшийся к нашему разговору старик.

— И что — вы мне подходящего человека подгоните? — покрутил я кистями рук, к которым потихоньку начала возвращаться чувствительность. Блин, лучше бы пока без нее обойтись…

— Да не станешь ты человека резать, — заявил видевший меня насквозь Доминик. — Мне другой вариант известен, могу поделиться.

— Валяйте, — кивнул я. — Или ответная услуга потребуется?

— Потребуется, как без этого, — не стал скрывать своего интереса медленно перебиравший четки сектант. — Пообещай, что одним из ножей портал зафиксируешь и по известному тебе номеру его координаты сообщишь.

— Надолго его не хватит, — предупредил проповедника Гадес. — Сутки, максимум двое, и портал схлопнется.

— Ничего страшного, успеют, — уверенно заявил поднявшийся с табурета Доминик. — Ну что скажешь? Тебе всего-то пообещать надо.

— Как фиксировать его? — нахмурился я.

— Ты согласен?

— А зачем мне тогда спрашивать? — попытался уйти от однозначного ответа я.

— Да или нет?

— Если портал будет построен с помощью вашей подсказки, я выполню эту просьбу.

— Просто воткни нож в землю где-нибудь поблизости. Если захочешь — тебе потом его вернут. Договорились?

— Да.

— Теперь второй момент. — Доминик вытащил из-под балахона блокнот и принялся в нем что-то писать. — Предлагаю тебе поработать инструктором по подготовке забрасываемых сюда групп.

— Я подумаю над этим, — не стал сразу соглашаться или отказываться я. Надо будет на досуге все взвесить. Есть в таком положении свои плюсы и минусы. Все равно ведь от конторы Доминика всю жизнь прятаться не смогу. — Для кого вербуете-то?

— Сами расскажут. — Проповедник протянул мне исписанный какой-то бессмыслицей листок, вырванный из блокнота. — Если надумаешь, передай моим коллегам.

— Ладно, — с неохотой взял я листок и сунул его в задний карман джинсов. — А с просьбой моей что?

— Из тюрьмы друга вытащить? — сразу догадался, о чем речь, сектант. — Там написано.

— Ваша щедрость не знает границ, — хмыкнул я. — Говорите, что делать надо.

— Второй нож достань, — распорядился сразу же посерьезневший Доминик. — Тот, который у тебя с самого начала был.

— Говорите сначала, — невольно поежился я от проскользнувших в тоне проповедника командирских ноток. — А там видно будет.

— Сам не догадался еще? — встрепенулся Гадес.

— Хотите сказать, что им столько людей убито, что энергии под завязку залито?

— Вопрос в том, сможешь ли ты ей воспользоваться, — кивнул Доминик. — Если нож окажется сильнее, это он тебя опустошит, а не наоборот.

— Здорово, — погладил рукоять ритуального клинка я. Смогу ли с ножом справиться? Да кто его знает? Раньше как-то ладили, но тогда мы людей резали, а теперь все с точностью до наоборот. И почему "правильные" пути всегда такие непростые? Проще простого ведь того же Напалма зарезать. Даже сейчас ведь еще не поздно. Но…

— Смотри — решишь остаться, мы будем рады…

С досадой отмахнувшись от проповедника, я развернулся и направился к Напалму и Вере. Пиромант все так же лежал на полу, и по его лицу сбегали крупные капли пота. Да уж, колбасит его не по-детски. Не иначе из-за повышенной интенсивности магических полей плющит. Если б я щитами от колдовского излучения не отгородился, глядишь, так же бы валялся. А с Верой, вон, полный порядок. Плачет только чего-то…

— Ну что, стукачок, отлились тебе мышкины слезки? — присел я рядом с ними на корточки.

— Да пошел ты, — отвернулся Напалм. — Ты на хрена сюда лез? Послушался бы умных людей…

— Тебя Лоцман подрядил не дать мне это место найти? — предположил я, когда закашлявшийся пиромант замолчал.

— Типа того, — подтвердил он. — У него свой интерес в этом деле есть…

— Был, — поправил Напалма я и, поднявшись на ноги, вышел почти на середину помещения.

Ну что, ключ на старт? Я переложил добытый у Хранителя нож в левую руку и потянул из чехла свой старый ритуальный клинок. Почти полностью восстановившаяся чувствительность рук сыграла злую шутку, и ладони моментально закололи острые иглы боли. Ледяные лезвия методично кромсали пальцы, дробили костяшки, выкручивали сухожилия, но подняться выше горевших огнем черных колдовских символов на предплечьях не могли. И то хлеб…

Закрыв глаза, я сосредоточился и начал карат за каратом выкачивать энергию из моментально остывшего ритуального клинка, вокруг синеватого лезвия которого заклубилась легкая дымка тумана. Вытянуть, перекинуть во второй нож, вытянуть…

Вскоре мир вокруг меня растворился в пелене затопившего сознание беспамятства, и значение стало иметь только одно — как бы не оборвалась тоненькая ниточка, соединившая между собой два ножа. Только бы она не оборвалась, только бы…

Она и не оборвалась. Просто в какой-то момент ниточка превратилась в налившуюся смертоносной энергией струну и петлей захлестнула шею. Обитавшая в клинке полуразумная — или полубезумная? — сущность попыталась поглотить мое сознание и навеки растворить его среди остальных несчастных, чьи души пожрал металл проклятого ножа.

Мне повезло — к чему-то подобному я был готов, и невероятно острая струна чужой воли соскользнула по заранее выставленным ментальным щитам. Соскользнула, чтобы с новой силой попробовать их на прочность. Защита и в этот раз выдержала, а мгновение спустя энергетическая удавка лопнула, и поток силы хлынул напрямик через мой измученный организм.

Выжженные на предплечьях колдовские письмена полыхнули ослепительным сиянием, и бетонные плиты пола растворились в молочной белизне затянувшего собой весь мир тумана. Да и само подземелье сгинуло, превратившись в бескрайнюю равнину, по которой брели изредка выныривавшие из серого марева люди. Покойники, большей частью. Да нет — все как один мертвецы.

Нагоняя меня, они заглядывали в лицо, тянули руки, что-то беззвучно кричали — то ли мольбы, то ли проклятия, не разберешь. Некоторых я знал, некоторых видел в своей жизни всего