Режиссер Советского Союза 1-8 - Александр Яманов

— Так что привело вас на «Agrilevante»? Или просто решили ознакомиться с архитектурой Бари? Вот я, к сожалению, не имею такой возможности. Сплошные встречи и осмотр экспозиции отнимает всё время, — Леонид Яковлевич грустно вздохнул, — А ведь здесь есть на что посмотреть.

Я бы тоже побродил по городу, поглазел на местные достопримечательности, но дело важнее. Самое забавное, что министр попал в состав делегации по моей инициативе. Встретиться с ним в Москве не получилось, а вытащить на выставку без проблем. Главное — знать с какой стороны зайти и кого попросить. Кураторы, мягко говоря, были удивлены моей просьбе посодействовать в данном вопросе.

Подобраться к министру на выставке тоже не составило труда. Был у нас нужный человечек в делегации, заинтересовавший чиновника. Потому мы сейчас и сидим в неплохом ресторане на берегу моря. Обед оказался неплох, но чего-то меня не возбудили рулеты из меч-рыбы и жареное тесто. Надо было просто заказать местной пасты. Зато Флорентьев проявил недюжинный аппетит и быстро смёл всё со стола. После того как нам принесли кофе, я приступил к цели нашей встречи.

— Не буду ходить вокруг да около, поэтому сразу приступлю к делу. Наверное, до вас доходили слухи, что у меня есть определённая репутация среди западных промышленников? — а министр-то сразу перестал изображать из себя добренького дядюшку, превратившись в слух, — Не буду хвастаться, но именно с моей подачи две крупные корпорации начали сотрудничать с СССР. В детали я не вникал, моё дело просто помочь стране. И вот недавно ко мне обратилась одна интересная организация.

Пока вроде вру и не краснею. А главное — собеседник настроен на диалог.

— Речь идёт о группе единомышленников, которых заботит состояние природы и катастрофическая вырубка лесов на планете. Вы знакомы с лесоразведением и проблемой восстановления вырубленных зелёных массивов. Если называть вещи своими именами, то при нынешних темпах вырубки, уже в ближайшие годы РСФСР будет нанесён колоссальный и невосполнимый ущерб. И дело не только в лесе, но и эрозии почв с проблемами водной системы. Насколько я знаю, проект 1948 года[84] был постепенно свёрнут, но благодаря ему, удалось принести огромную пользу природе и экономике страны.

— Мне всё это прекрасно известно. Только я не согласен с вашей трактовкой происходящего — восстановление идёт, но испытывает определённые трудности, — произнёс министр, — Но мне непонятно, какое вы имеете отношение к лесу и, при чём здесь моё ведомство?

— Я выступаю обычным посредником. К сожалению, группа филантропов не может действовать открыто. Скажем так, у них есть определённые интересы в Европе и людям не хотелось бы ссориться с рядом крупных корпораций. А план у наших друзей простой. СССР должен выйти из сделки о снижении и отказе от культивирования конопли. Наоборот, наша страна должна увеличить возделывание этой культуры. Со своей стороны, западные партнёры гарантируют вам поставки новейшей техники, компактных заводов для переработки сырья, помощь в разработке новых сортов, предоставление неограниченного семенного фонда и самое главное — сбыт продуктов переработки конопли на мировом рынке за валюту. Также у данной группы есть конкретное предложение по созданию комплексов тепличных хозяйств в РСФСР. Вот сам пакет предложений, — толкаю в сторону собеседника папку с документами, — Всё переведено на русский. Скажу более, часть материала помогал собирать именно я, используя открытее источники. Так что здесь нет никакого криминала и тем более угрозы безопасности нашей Родины.

Сказать, что дядя был в шоке, значит, покривить против истины. А когда министр стал быстро листать документ, то его лысина начала обильно потеть. Наверное, так он выражает своё восхищение.

Если вкратце, то я ничего не соображаю в сельском хозяйстве. Но очень люблю природу и больно реагирую на уничтожение леса, особенно родного. Вкупе с общей безалаберностью, пожарами и незакатной вырубкой, которых хватает и в этом времени, надо чего-то делать. Вот я и не придумал ничего лучшего, чем восстановить культивацию технической конопли, которая сейчас уничтожается в СССР под благовидным предлогом. Говорят, что за этой аферой стоит Дюпон, производители бумаг и прочие промышленники. Но мне плевать, кто запудрил мозги советскому правительству. Ведь ситуацию надо спасать, так как вырубка леса и строительство ЦБК стали угрожать экологии страны. При этом конопля — это не только ткань, волокна для кантов и масло, но ещё бумага. Вернее, в первую очередь именно бумага, производство которой может существенно снизить вырубку леса.

Поэтому ещё четыре года назад я организовал в Нидерландах благотворительный фонд по охране окружающей среды. Несколько реальных фанатиков идеи, найденных нами с Франческо, начали постепенно действовать. Никто не устраивал шумных акций в стиле «Greenpeace», образованного практически одновременно с моей структурой. Наши энтузиасты занялись просветительской деятельностью, подключали к проблеме экологии известных людей, печатали статьи в СМИ, издавали брошюры и инвестировали в научные разработки. В итоге фонд «Save the Planet» постепенно завоёвывал имя и прирастал союзниками среди влиятельной публики, да и простые люди знали о его деятельности. Сейчас это вполне себе самоокупаемая организация, реально помогающая бороться за сохранение природы. Только два человека из руководства фонда немного в курсе её настоящих хозяев. И опять-таки, мы с ди Марко позиционируем себя исключительно как меценаты, не вмешиваясь во внутренние дела «STP».

Что касается проекта для Минсельхоза, то он был поистине глобальным. Я заказал советским же НИИ разработать концепцию агрохолдингов, которые будут выращивать сельхозкультуры, в том числе технические, в условиях Нечерноземья. Понятно, что речь формально о повышении рентабельности колхозов и увеличения урожайности. Надо же было правильно сформировать задание для институтов. Далее, данные переработали в доклад с детальным описанием процесса. Если наших учёных и агрономов правильно замотивировать, то они способны на великие дела. В общем, с помощью ГРУ была проведена немалая работа, которую сейчас быстро просматривал министр.

Кроме конопли и льна, специалисты разработали целую систему тепличных хозяйств, способных выращивать овощи, зелень и даже цветы. В животноводство и другие темы я не полез. Уж слишком там всё сложно. А вот решить элементарную проблему недостатка огурцов и петрушки в российских магазинах задача вполне осуществимая. Цветы и прочие садовые культуры тоже достаточно осуществимый проект. Ещё в проекте были собственная сеть магазинов, где холдинги и примкнувшие к ним колхозы, смогут продавать свою продукцию. Только сама структура новых хозяйств вряд ли понравится советским властям. Леонид Яковлевич сразу показал, что является толковым начальником, и обратил внимание на суть.

— Но ведь это фактический переход к частной собственности! Я ещё не разобрался полностью, но подобная форма хозяйственности в СССР невозможна!

— Речь идёт об обычных совхозах или кооперативах.