Шаг легиона. Часть 1 - Николай Александрович Метельский

— Это с какой такой стороны? — спросил он нервно. — У меня от этого только проблемы.

— Ты получил его память, его опыт, его знания, его силу, — посмотрел я на парня. — Ну и трусость. Однако с последним можно бороться, а вот плюсы ты никак иначе получить не смог бы. Или хочешь сказать, что обычный северный варвар, слабак и деревенщина — это здорово? Сотни тысяч таких. Обернись и посмотри на людей, собравшихся у северных ворот. Они все… круче, чем был бы ты без памяти крови.

— Я бы с этим поспорил, — проворчал парень, которого задели мои слова. — Ты, Милорд, тоже без своей памяти никто?

— Я принц, с огромным магическим потенциалом, — хмыкнул я. — Сам решай.

— Ну… — замялся он. — Я тоже… Не принц, конечно! Но… потенциал тоже есть.

— Нет у тебя его, — бросил я взгляд на парня. — У тебя какая-то странная магическая система развития, о которой никто не знает. И ты бы не знал, если бы не память крови. Если бы не она, шёл бы ты сейчас по пути обычного магического воина, как все. Дай боги пару Звёзд сформировал. А так, — посмотрел я на него. — Ты уже во время нападения Вскрывателей, спокойно убил сразу двоих. Это очень сильный пятизвёздочный, а может и шестизвёздочный. В твои-то годы.

— Аргх-х-х… — взлохматил он волосы. — Ты не можешь знать, что у меня нет потенциала!

— Ты тоже, — пожал я плечами. — Но статистика на моей стороне. Настолько сильных, и настолько молодых воинов, во всём мире единицы. Даже я такого не мог в твои годы.

Потому что с последствиями отравления разбирался. Хотя… Не знаю. Пять-шесть Звёзд в… сколько ему тогда было? Восемнадцать? Девятнадцать? В общем, не факт, что я смог бы легко и уверенно задавить двух Вскрывателей. Скорее даже не смог бы. Предок к восемнадцати три Звезды только имел, но он их и формировать начал в последний момент, прямо перед поступлением в академию.

— Ладно, предположим, дальше-то что? — спросил Гром морщась.

— Пора отрабатывать дар, Гром, — ответил я. — На тебе лежит ответственность и долг. Непомерный. Неожиданный. Но он есть и ничего ты с этим не сделаешь.

— Ты о чём вообще? — напрягся парень.

— Ты Громов, — произнёс я, глядя на приближающиеся деревья. — А империи очень нужен Громов. Только с тобой она сможет вернуться. Только ты можешь дать смысл жизни миллионам и вернуть нам наши земли. Без тебя всё бессмысленно.

— Бред какой-то… — пробормотал он, опустив голову. — Бред. Я не могу быть… Я не… Я не понимаю.

— Нам нужен император, Гром, — произнёс я, отгоняя воспоминания того момента, когда осознал, что Громовы не пережили падение столицы. — А у тебя память крови основателя этого рода.

— И что? — произнёс он тихо, отвернувшись в сторону. — Я не могу им быть. Не могу, и не хочу.

Отвечать я не стал. До леса уже совсем близко, там и поговорим.

Добравшись до опушки и пройдя немного вглубь леса, остановился возле огромного дуба.

— Гром, — повернулся я к нему лицом. — Знаешь, как много того, что я не хочу делать? А сколько того, что хочу, но не могу? Мы всегда, так или иначе будем ограничены, чем либо. Законами, правилами, моралью, долгами. Ни ты, ни я, всё равно не будем по-настоящему свободны. Но я выбрал путь, за который мне не будет стыдно. Сложный, но важный. А ты? Хочешь так и остаться Громом, о котором никто не знает? На которого всем плевать? Которому любой аристократ может жизнь испортить? Пылью на сапогах великих? Тоже неплохо, кстати, — покивал я. — Но и шанс стать пылью на сапогах нужного человека, это тоже удача. Ну, или долгая работа, — достав из пространственного кармана небольшую коробочку, открыл её. — Я даю тебе шанс стать больше чем просто сильным, удачливым или крутым. Да, работы будет до фига, но ты спасёшь очень много жизней и душ.

— А оно мне надо? — простонал Гром, смотря на коробочку в моих руках. — Даже если полной свободы нет, но есть же её уровни. Сейчас я никому ничего не должен, а ты на меня ярмо хочешь повесить. Рабом своего долга стать. Не хочу я этого!

— Ну а слава, деньги, власть, женщины? — усмехнулся я.

— У меня и так всё есть! — скрестил он руки на груди. — Ну, или будет… Не хочу!

Неожиданно сложно с ним.

— Ты ведь хороший парень, Гром, — прикрыл я глаза. — Правильный. Мы ждали возвращения Громовых тысячу лет. Миллионы смертных ждали… Рождались, жили, умирали, вновь рождались… и ждали, — открыл я глаза. — Прошу. Ты уже в центре ожидания миллионов. Ты уже смысл наших жизней. Если ты уйдёшь… Ха… Я… — медленно выдохнул я. — Да, чёрт возьми! У тебя совсем гордости нет⁈ Или чувства долга⁈ Какого хрена я умоляю тебя стать императором⁈ Я тоже хочу свободы, но не стою тут перед тобой и не ною! Я! Делаю! Свою! Работу! Или всё дело в страхе? — изобразил я удивление. — Так ты трус, Гром?

— Гром не трус! — рявкнул он, разозлившись. — Я… Давай сюда свою хрень! Что делать-то?

— Палец вот сюда приложи, — пояснил я.

Протянув ему коробочку, проследил за тем, как парень кладёт палец в специальную выемку.

— Ай, б…я! — отдёрнул он руку. — Чё так больно?

— Это всего лишь укол, — ответил я, наблюдая за внутренней стороной крышки, где светилась иллюзия слов «идёт анализ».

— И? — подошёл Гром ближе. — Зачем я это делал-то?

— Проверка кровной линии Громовых, — ответил я.

— Зачем, ты же сам говорил, что я…

— Политика, — бросил я на него взгляд. — Пока неважно, но потом мы с тобой об этом поговорим. Я тебе всё расскажу, но сейчас…

Замолчать меня заставил писк. Посмотрев на коробочку, я замер.

— Я запутался, — произнёс Гром у меня из-за плеча. — Я, конечно, не мудрец, но что такое ноль процентов знаю. Но ты же сам говорил…

— Тихо, — процедил