Рыцарь Резервации. Том III - Александр Артемов

Все так. Но ей отчего-то очень хотелось порадовать эту несчастную девочку, которая почти всю свою маленькую жизнь просидела в углу… В подвале! Одна! В облике монстра! А из друзей у нее была пара крыс да косматая неряха Вен с ее пауками.

Сжав ткань, Тома раскрыла дверь и застыла на пороге. Платьице едва не выскользнуло у нее из рук.

В помещение, где и шагу нельзя было ступить от обилия пустых банок из-под сгущенки, а еще сотен и сотен инструментов, верстаков, цепей и кучи разного оборудования, стояла длинная стремянка, а под потолком висели…

Засверкало, и Тома закрылась рукой. Искры брызнули на пол и фокс отступила.

— Ух-ты, пух-ты! Устал… — пробубнил Механик, стоявший наверху стремянки, и приподнял сварочные очки. — Ой! Не поможете ли Механику, Тамара Сергеевна?

— К-к-как? — спросила Тома, не смея оторвать глаз от размашистых крыльев, накрывших помещение от стены до стены. Они напоминали гигантские крылья летучей мыши.

— Подайте, пожалуйста, баночку, а то лапки занятые, — сказал гремлин и ткнул концом сварочного пистолета в банку на соседней ступеньке.

Прижав платье к груди и стараясь не испачкаться, Тома проскользнула под мембраной крыла, подхватила банку и сунула под нос Механику.

— Хорошо, — кивнул гремлин. — А теперь, пожалуйста, сожмите, да покрепче!

— Так? — спросила Тома, нажимая на банку всей пятерней.

— Еще-еще! Не стесняйтесь! Чем крепче сожмете, тем лучше! Давайте, вы же фокс! Сожмите, как…

И Тома раздавила банку всмятку. Оттуда тут же выплеснулась сгущенка и полетела в мордочку гремлину. Тот не зевал и, открыв свой зубастый рот, подставил глотку.

Тома рванула платье в сторону. Сглотнув, Гремлин громко рыгнул, а затем затрясся всем телом.

— Хороша, зараза… — и опустив очки, вновь щелкнул пистолетом. На Тому посыпались искры, и она бросилась в сторону.

Ладно, может быть, искать швейную машинку именно сейчас было не самой лучшей идеей…

Ага! — охнула Тома, заметив в углу искомое, и вновь юркнув под крылом бросилась к машинке. Та оказалась заправлена, а само главное — в ней не было ни грамма автоматики!

Отлично, значит, договариваться с этой штуковиной не придется!

Расположив платьице, Тома немного повозилась с нитью и едва она сделала первый стежок, как сзади хлопнула дверь.

Тома оглянулась.

— Эй, косматый! — крикнула Вен на все помещение. — Готово⁈

По полу тут же забегали ее мохнатые дружки.

— А то! — расплылся в зубастой улыбке гремлин и, выключив свою дискотеку, съехал со стремянки на пол. — Ждет только тебя, Вен! Пришлось разобрать целую дюжину негодных автоматов, но каков результат!

Его лапка указывала в противоположный угол, где стоял огромный стол, а вот на нем лежало нечто огромное, бугристое и многосуставчатое. Сверху это нечто закрывал плотный брезент, но из-за уголка к полу свисала рука. Тома сглотнула.

— Так чего ты ждешь⁈ — воскликнула Вен и сбросила на пол свой балахон. — Давай за дело! Меня аж трясет от нетерпения!

И пошлепала к машине в абсолютно голом виде. Тому она совсем не смущалась, да и Механика тоже. Гремлин вытер руки и мордочку ветошью и побежал к странному агрегату.

Схватив брезент, он потащил его на пол.

Только углядев кучу рук, сверкающих металлом, Тома повернулась к машинке. Там было еще нечто, напоминающее длинные спицы и хвост, но не ее это дело — главное платьице дошить, а не то…

— И что для моих малышек найдется место?

— А то! Можешь собрать их и постоянно носить с собой. Вот так!

— Ой, щекотно! Полегче, ушастый! Я же все же девочка!

— Пу-пу-пу… пых-пых-пых… Подожди, вот оно! Можешь двинуть рукой? Хоть какой-нибудь⁈

— Да… О, да! Оооооо, да-а-а-а… Дай мне зеркало. Зеркало!

Заскрипело — громко и протяжно. Затем нечто разбилось.

— Нет, стой, Вен, не так быстро… Нет! Что ты… Ладно, держи. Далеко не все получилось так как надо, однако…

Скрежет прокатился такой дикий, что Тома со страху вжала голову в плечи, но не оборвала стежка.

Черт с ними, она не обернется, пока не закончит!

И тут оно защелкало. Легко и изящно. Туда-сюда, словно по полу бегало нечто быстрое и крайне агрессивное. Щелк-щелк-щелк, справа, а потом слева. Затем снова защелкало, но уже сверху!

— О боже, что я наделал⁈ — кричал Механик. — Я создал монстра! Я гений!

— Да… Ахахахаха, теперь я могу все! Я живая! Я живая!

Тома снова вся сжалась — нечто огромное пробежало рядом. Затем затихло, а потом снова двинулось. Щелк-щелк-щелк, и прямо к ней!

— Эй, что это там у тебя? — нависла над ней тень, говорящая голосом Вен. — Платье? Для Рен что ли?..

— Да… — скосила глаза Тома, и увидела свое вытянутое отражение как в кривом зеркале.

— Ишь как! А я думала ты только щи варить умеешь и от Сен огребать! Ну твори!

И щелкающее по полу нечто убежало прочь. Хлопнула дверь, и за ней до Томы донеслось:

— Я живая! Я живая!

— Оу, Вен, тебя прям не узнать! Как удивительно!

Они еще долго там охали и ахали, а Тома тем временем закончила платьице. Надо было конечно взять мерки с Рен, но разве она позволит? На глазок, и ладно. Даром, что рядом лежало похожее тельце, и получилось несколько раз прикинуть размеры.

Откусив нитку, Тома оглядела платье со всех сторон и осталась довольна. Все же ей пришлось одевать всю их многочисленную родню и рука у нее была набита.

Механик же опрокинул очередную банку со сгущенкой, рыгнул и, проворчав свое «пу-пу-пу», вернулся к крыльям. Тома же бросилась на выход. Выбравшись из гремящей и сверкающей мастерской, она едва не налетела на Рух в ее новых черных доспехах и молча проскользнула мимо.

Быстрей! Быстрей!

Рен она нашла на том же месте и в той же позе — сидя в кресле и едва заметно болтая ножками.

— Готово! — подняла Тома платье. — Лучше нового!

Рен не ответила. Однако личико подняла.

— Это… мне? — спросила она спустя полминуты молчания. — Мне?

— Тебе, поднимай руки!

— А в угол ставить не будешь?

— Нет. Поднимай руки, Рен!

Еще полминуты молчания, и малышка Рен подняла руки. Подойдя сзади, Тома надела на нее платьице. Затем подхватила под руки, поставила на подушку и натянула как следует.

Расправив складки и подтянув поясок, фокс отступила. Конфетка!

—