Вечно голодный студент 4 - RedDetonator

— Если говорят, что от Пиджака, то, наверное, ещё живой, — пожал плечами Ронин. — Хотят встретиться и побеседовать на тему того, что мы здесь забыли. Но без агрессии — настроены мирно поговорить.

— Знаю я, блин, как сейчас обычно проходят «мирно поговорить», — скептически усмехнулся я.

— Им сейчас совсем не до войны с нами, — покачал головой Ронин. — Ты возглавишь группу парламентёров.

— А почему я? — озадаченно спросил я.

— А почему не ты? — с усмешкой спросил Ронин.

— Логично, блин… — вздохнул я. — Но я думал, что на переговорах нужен кто-то взрослый…

— Ты уже не маленький, так что не ной, — с улыбкой сказала Лапша.

— Ладно, — махнул я рукой. — Поговорю.

— На прикрытие с тобой отправятся Фазан и Лапша, — сказал Ронин. — С неба вас прикроют пять дронов-камикадзе и один дрон-разведчик. Но люди Пиджака обещают, что проблем не будет.

— Если бы мне за каждое чьё-то обещание давали по одному АКМ, я сейчас был бы оружейным бароном, — усмехнулся я.

— Мы пришли сюда именно за этим, Студик, — произнёс Ронин. — Нужно заключить с ростовчанами хотя бы договор о нейтралитете, а в идеале — союз.

*Российская Федерация, Ростовская область, станица Старочеркасская, улица Большой лог, 8 августа 2027 года*

— А если эти уроды быканут? — спросил Фазан.

— Тогда мы их всех завалим, — ответил я. — Но они не быканут — они не в том положении сейчас.

Вижу ростовских парламентёров — тоже трое КДшников, но без видимого авиационного прикрытия.

Наши дроны-камикадзе лежат на крышах окраинных домов, вне поля зрения ростовцев, и ждут своего часа. И только от наших собеседников зависит, настанет ли этот час.

Поднимаю правую руку и приветливо машу парламентёрам.

Их старший, стоящий по центру, машет мне рукой в ответ. Мирный контакт установлен.

— Идём, — сказал я.

Сближаемся — сразу же начинается процесс взаимного изучения.

Их главный, который помахал мне рукой в ответ, носит охотничий камуфляж камышового паттерна и упакован по полной программе, то есть, в армейскую броню с дополнительной бронеплитой, пришитой снаружи броника, а также в противоосколочный костюм. Вооружён он увешанным тактикульными приблудами ПКМ, из которых самым примечательным является снайперский оптический прицел.

Судя по внешним признакам, этот мужик когда-то был прямо очень пожилым окунем, потому что волосы у него полностью седые. Сейчас-то его кожа и общая внешность имеют состояние максимум на тридцать лет, но волосы как были седыми, так и остались — этого не скрыть ничем, кроме краски.

«Эх, жаль Окуня…» — вспомнил я своего несостоявшегося соратника. — «Вроде, опытный мужик был — мог бы стать КДшником, но мог и не стать. Теперь уже не узнаешь».

— Приветствую, — сделал три шага вперёд этот бывший пожилой и протянул руку.

Жму её и чувствую, что мужик силён. В «Силу» вкладывается нехило…

— Аферист, — представился он.

— Студик, — представился я в ответ.

Рассматриваю оставшихся парламентёров.

Один — двухметрового роста амбал, внешностью напомнивший мне противоестественный итог порочного соития Арнольда Шварценеггера и Дольфа Лундгрена. То есть, он высокий и белобрысый, как Лундгрен, и перекачанный, как Шварценеггер в молодости.

Другая — девчонка лет шестнадцати, ростом примерно полтора метра, худая, но жилистая, с красными глазами. Это моя «коллега», как я понимаю — зенки сверкают так же, как у меня, а это 100% ИК-зрение, причём не ниже протоапекса.

— Это Нолик, — указал Аферист на амбала.

— А это — Симка? — спросил я, посмотрев на девчонку.

— Нихуя себе ты юморист-стендапер! — воскликнула она.

— Нет, я абсолютно серьёзно предположил, — нахмурился я. — Фиксики — это тема.

— Это Игла, — сказал Аферист.

— Тогда я представлю своих, — произнёс я. — Это Лапша, а это Фазан.

— Рад знакомству, — дружелюбно улыбнулся Аферист.

А вот Нолик и Игла, судя по выражению их лиц, не особо нам рады и напряжены. Ждут говна.

Я тоже, кстати, жду говна, но от них.

— Зачем вы пришли на нашу территорию? — спросил Аферист.

— Решили сделать жест доброй воли, — честно ответил я. — Чтобы начать мирные переговоры.

— А мы воюем? — криво усмехнулась Игла.

— Игла, дорогая, завали, пожалуйста, — повернулся к ней Аферист. — Кхм. Студик, объясни мне, что ты понимаешь под «жестом доброй воли», а то я слегка недоумеваю.

— Мы уже положили не меньше трёхсот тюленей, — ответил я. — У вас, насколько нам известно, есть проблемы с ними.

— Хм… — задумчиво хмыкнул Аферист. — Хорошо, тогда жест доброй воли засчитывается. А зачем вам мирные переговоры? У вас ведь, насколько нам известно, нет никаких проблем с нами. Честно — сейчас лучший момент, чтобы добить нас.

— Может и так, но мы не звери, — ответил я на это. — Мы изначально были за мирное сосуществование, но ваши решили иначе. Всего этого можно было избежать, будь у вас адекваты в руководстве.

— Ты имеешь в виду тот раз, когда вы положили кучу наших, да? — спросил Нолик. — А потом взорвали наши составы?

— Ребят… — начал я.

— Что было — то было, — перебил меня Аферист. — Мы пришли сюда не вспоминать старые обиды, а договариваться о будущем. Чего вы хотите за нейтралитет? Оружием и боеприпасами заплатить не можем, но можем дать еду и медикаменты. Их немного, но они есть.

— Нас не особо интересует нейтралитет, — покачал я головой.

— Тогда что вам нужно? — напрягся Аферист.

— Чтобы лучше понять, что нам нужно, вы должны внимательно выслушать то, что я скажу, — произнёс я. — Начну я с того, что в Тамбове засела группировка Брома…

Я вкратце изложил им общую диспозицию в регионе. О Тамбове, о его городах-данниках, о том, какие у нас с ним отношения и что ожидается в ближайшем будущем.

— … и вам лучше поскорее осознать, что следующей их целью станете вы, — закончил я.

— Понятно… — произнёс крепко задумавшийся Аферист.

— Не понятно, — мотнула головой Игла. — С чего мы должны вам верить?

— Зачем нам вас обманывать? — спросил Фазан. — Аферист сказал одну умную вещь — мы могли бы ударить по вам,