"Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 - Александра Шервинская

своё материальное воплощение, соответствующее твоим представлениям и выделенным функциям. И когда мы находимся в этих человеческих телах, мы действуем, как люди. Так было и раньше, до твоего…ухода. Поэтому нам практически не пришлось привыкать, Лиз. Я ответил на твой вопрос?

– Спасибо, Освальд, – я тепло ему улыбнулась, – ты просто прелесть!

Видимо, прелестью его называли нечасто, так как он странно на меня посмотрел и, покачав головой, вышел. Я только услышала, как по ступенькам негромко простучали его шаги. Кстати, я так и не изучила фотографии на стенах. Вот разберусь со своей внезапной огородной затеей и вплотную займусь этим вопросом.

Укроп обнаружился уже на пятой странице иллюстрированной энциклопедии, назывался он в этом мире «сария» и был прекрасно известен нашему повару. После долгих обсуждений мы пришли к выводу, что кудрявое растение странного зелёно-фиолетового цвета под названием «крайфа» – это нечто среднее между нашим базиликом и петрушкой. Нашлись на картинках и многие другие приправы, часть из которых, по словам Майкла, спокойненько произрастала в дикой природе в лесу. Но вот как и когда их выкопать и пересадить – вот это вопрос, на который мы пока не нашли ответа.

Вернее, вариант у меня был, но вот как к этому отнесётся Хантер, я пока не знала. Словно в ответ на мои мысли в дверях кухни, на которой уютно расположились мы с Майклом, появились Домиан и Хантер.

– Лиз, я сделал тебе три…как ты их назвала..?

– Грядки, – улыбаясь, подсказал Хантер, проходя к столу, – только скажи мне, Лиз, что ты собралась там сажать? У нас нет семян. Мы, конечно, закажем их со следующей партией продуктов, но это будет только через несколько дней.

– Вот об этом я и хотела с тобой поговорить, Хантер, – робко начала я, но, увидев ободряющую улыбку, осмелела, – в общем, я хотела попросить тебя принести из леса несколько растений…в смысле – выкопать их в лесу, а я рассажу на грядках. Ты можешь это сделать?

– Ну…могу, наверное, – Хантер переглянулся с Домианом, – только как я узнаю, что именно нужно принести?

– А я покажу тебе картинки, – радостно предложила я, – вы же всё равно выходите за периметр, вот и присмотрите…

– Хорошо, Лиз, – улыбнулся Хантер и спросил, – когда ты хочешь этим заняться?

– А когда ты можешь? – поинтересовалась я. – Вообще-то чем быстрее, тем лучше. А давай я покажу тебе, что мне нужно, а ты как сможешь – так и сделаешь, хорошо?

Хантер согласно кивнул, и я радостно притащила и положила на стол иллюстрированную энциклопедию растений. Определившись, что нам нужны аналоги лука, чеснока, морковки и, как ни странно, кабачков, я проинструктировала Хантера, объяснив, что это всё нужно выкопать с землёй, принести и сложить в какие-нибудь ящики, которые поставить в тень. Мой главный по безопасности только беззлобно посмеивался и щурил жёлтые глаза с вертикальным зрачком.

Разобравшись с растениями, я вышла во двор, чтобы посмотреть на грядки и прикинуть, что и куда буду сажать. Вообще-то дачными работами я никогда не увлекалась, и перспективы обзавестись домиком в деревне меня отродясь не привлекали. Максимум, на что я была способна, – это приехать к подруге, попариться в баньке, поплавать в озере и сходить за грибами или ягодами. Последняя мысль вызвала неоднозначную реакцию: мой последний поход за земляникой стал поистине судьбоносным.

Кстати, а надо бы с моими домочадцами обсудить вопрос постройки маленькой баньки – им-то что, а я всю жизнь довольствоваться душем не могу. Только в строительстве я понимаю ещё меньше, чем в огородничестве, так что придётся им как-то самостоятельно это решать.

Грядки, созданные Домианом, были идеальны, как и всё, видимо, что он делал: ровные, длиной метра по четыре, огороженные аккуратными деревянными бортиками, они чернели свежевскопанной разрыхлённой землёй.

– Всё так? – слегка обеспокоенно спросил мой синеглазый нянь, наблюдая за моей реакцией. – Если что-то надо поправить, ты просто скажи.

– Просто отлично! – ничуть не покривив душой, воскликнула я, улыбаясь. – Просто замечательные грядки. И место такое удачное: на солнышке. Только скажи, где можно брать воду? Я вроде бы видела где-то неподалёку колодец, или мне показалось?

– Да, колодец есть, только… – Домиан замялся, – пусть сначала Хантер его проверит: им давно не пользовались, несколько веков, там могли поселиться…всякие сущности.

– Конечно-конечно, – я замахала руками, – даже близко не подойду, пока Хантер не позволит, честное слово! Тем более, что поливать всё равно пока нечего…

Обсудив с Домианом актуальные сельскохозяйственные вопросы, я сказала, что пойду в библиотеку, поизучаю книги. Меня отпустили и практически благословили на это непростое, но благородное дело. Когда я уже поднималась на крыльцо (раз-два-три-четыре), Домиан окликнул меня и сказал, что их с Хантером какое-то время не будет, чтобы я не волновалась.

«Наверное, будут выкапывать мои овощи», – подумала я и спокойно вошла в холл. Я действительно собиралась пойти в библиотеку, но, поднимаясь на второй этаж, обратила внимание на десятка три фотографий, висевших вдоль лестниц по обеим сторонам.

Вспомнив девушку-призрака, я остановилась и стала внимательно рассматривать фотографии: какие-то из них казались старыми, почти старинными, какие-то новыми, сделанными на современной цифровой аппаратуре. Впрочем, что я могу знать о технических возможностях этого мира? Это у нас первые фотографии появились ближе к концу девятнадцатого века, а сколько лет или веков подобные технологии существуют здесь – да откуда ж мне знать? Со сфаргирами я не договорилась, книги по истории изучить не успела… Но я наверстаю и исправлюсь – должна же я понимать, куда меня забросило и как здесь существовать.

Я решила спокойно и неторопливо просмотреть все фотографии, просто потому что мне было интересно: вдруг почерпну какую-то информацию? С первого снимка, чёрно-белого, сделанного на крыльце дома, на меня смотрел немолодой мужчина с роскошной седой шевелюрой, чем-то отдалённо напоминающий Эйнштейна. Он серьёзно и сосредоточенно смотрел в объектив, сидя на ступеньках и опираясь подбородком на поставленную на колено левую руку, и я почему-то подумала, что, наверное, он не очень хотел фотографироваться – была какая-то тень недовольства в светлых глазах под густыми бровями. Но снимок был очень удачным, человек выглядел почти живым.

Я двинулась дальше и остановилась перед следующей фотографией, уже цветной: с неё на меня смотрела девушка лет двадцати, протягивающая кому-то, кто и сделал снимок, букет ярких бело-жёлтых луговых ромашек. Интересно, а где она их набрала? Хотя я ведь так мало знаю о прошлом своего нового дома. Девушка на снимке смеялась, а её глаза сияли восторгом и счастьем. Я невольно улыбнулась в ответ и шагнула на следующую ступеньку.

Хорошо, что я держалась за перила,