Простите, декан, я не хотела! или новогодние шалости магического источника - Юлиана Михайловна Григорьева

— Ты — моя Судьба, Эшли.

— Тогда почему же я ничего не почувствовала, когда вас увидела?

— Потому что ты не дракон, — усмехнулся он.

— Значит я могу просто уйти? Выбрать кого-то другого, полюбить его и быть счастлива?

— Можешь.

— А вы?

— А я — нет.

Я горько усмехнулась, стерев очередную непрошенную слезу.

— Не повезло вам, конечно, с Судьбой.

— Я считаю иначе, Эшли. И я действительно тебя люблю.

— Когда любят, не врут.

— Что бы ты сделала, скажи я тебе правду сразу?

— Не знаю, — нахмурилась я.

— Ты бы испугалась. Закрылась и не поверила бы.

— Может быть и так, но это было бы честно.

— Я всё-таки наглый дракон, — насмешливо хмыкнул он.

— Невероятно наглый, — подтвердила я.

— Ты простишь меня, Эшли? — спросил он напряжённым голосом.

— Я не знаю, — помотала я головой.

— Почему?

— Я чувствую себя полной дурой, — тихо прошептала я.

— Ты не дура.

— Да. Я просто наивная идиотка, ничего не замечающая, — горько засмеялась я.

— Эшли, прости меня.

— Мне нужно время. Я не знаю. Мне нужно подумать.

— Но ты ведь тоже меня любишь, — заявил этот самоуверенный дракон.

— С чего вы взяли?

— Я чувствую то, что чувствуешь ты.

— Давно? — испугалась я.

— Нет. И не всегда. Только яркие.

— Тогда вы должны чувствовать, как я зла.

— Я чувствую другое. Чувствую, что ты меня любишь.

— Кажется, у вас определитель для чувств сломался.

— Ты меня любишь, — повторил он.

Внутри зудело раздражение и мне безумно хотелось, чтобы он перестал это говорить.

— Хватит это повторять!

— Почему?

— Бесит.

— Может потому что это правда? — усмехнулся он.

— Хорошо! — вскрикнула я. — Я в вас влюбилась, но это ничего, абсолютно ничего не меняет.

Декан Барнс не успел ничего ответить, как нить на наших руках загорелась сначала золотом, а затем словно сгорела прямо у нас на глазах.

— Что это? — ошарашенно спросила я. — Что только что случилось?

— Видимо, твоё желание исполнилось, Лайс.

— Но…

— Эшли Лайс, — прозвучал грозный голос мамы. — Немедленно иди сюда!

Глава 41

— Мама? — удивилась я, увидев её выходящей из кареты. Следом за ней вышел отец и он был словно в бешенстве. — Папа? Что вы здесь делаете?

— Это лучше ты скажи, что делаешь здесь, — ледяным тоном сказал отец. — Живо в карету!

— Но…

— Сейчас же, Эшли, иначе, я потащу тебя силой.

Декан дёрнулся, но я с мольбой взглянула на него и покачала головой.

— Не нужно, — тихо сказала я. — Я сама.

Я спустилась к карете и прежде, чем сесть, взглянула на декана.

— Эшли, давай быстрее, — поторопила меня мама и я села в карету.

— Как это понимать? — зло спросил отец, бросая в меня листок бумаги.

Я развернула его и узнала письмо, что написала им на днях.

— А что здесь непонятного? — вздохнув, спросила я. — Я не выйду замуж за мистера Хоука.

— Что за бред? Сколько можно по кругу это обсуждать?

Раздражение и обида просто поглотили меня.

Как они могут не понимать, что я не хочу этого брака?

— Я тоже не понимаю, зачем мы по кругу обсуждаем это. Я не выйду замуж и точка.

— Ошибаешься, Эшли. Бумаги уже подписаны.

— Какие бумаги? — насторожилась я.

— Мистер Хоук нам уже за тебя заплатил, — ответила мама.

Я неверяще на них посмотрела.

— Значит вот всё же на какие деньги вы поехали в отпуск? И вот на какие деньги вы делаете ремонт? Так ведь?

— Если ты сама всё понимаешь, то к чему вопросы? — спросил отец.

— К тому, папа, что я не вещь, — сказала я и мой голос дрогнул.

Отец, конечно же, это заметил и холодно усмехнулся.

— Мы растили тебя не для того, чтобы ты стала дешёвой торгашкой.

— А для того, чтобы я стала продажной женщиной? Я правильно понимаю? — разъярилась я.

— Что ты такое говоришь? — испуганно спросила мама.

— Закрой рот, — прошипел отец. — Мы почти приехали.

— Куда это? — заволновалась я. — До дома ехать несколько часов.

— На твою свадьбу, — холодно ухмыльнулся отец. — Мне надоели твои капризы, поскорее передам тебя мужу и пусть он тебя воспитывает, раз нам с твоей матерью это не удалось.

— Вы не посмеете, — прошептала я.

— Думаешь? — хмыкнул отец.

Мама взяла меня за руку и мягко погладила.

— Ну не расстраивайся так, дорогая, позже мы обязательно отметим вашу свадьбу, — она заправила выбившийся локон мне за ухо. — Сейчас просто подпишем все документы, но церемонию в королевском дворце никто не отменял.

Я выдернула свою ладонь из руки мамы и ошеломленно на неё посмотрела.

— Мама, ты что не понимаешь? Мне плевать на церемонию. Мне не нужен такой муж.

— Ну, — растерялась мама. — Уже поздно что-то менять, милая. Мы с отцом уже потратили эти деньги.

После маминых слов я поняла, что это конец.

Они не поймут меня.

Они считают меня своей собственностью, которой вправе распоряжаться по собственному желанию.

Мои мысли, чувства и стремления были им безразличны.

Может я просто всё ещё была слишком юной, но я не понимала, какими словами я могу до них достучаться.

Оставались только поступки.

Поэтому я прошептала заклинание призыва и понадеялась, что декан простит меня за разбитое в машине стекло.

— Долго нам ещё ехать? — спросила я.

Отец выглянул в окно.

— Минуты три.

Три минуты?

Ох, надеюсь, что всё получится.

Слишком мало времени, а мы отъехали уже достаточно далеко.

Мама снова начала говорить о свадьбе, а я внутри отсчитывала секунды и молилась святой богине.

Стоило мне отсчитать две минуты, как мы приехали.

Ну что за невезение?

Я как могла медленно выходила из кареты, но эта пара секунд ничего мне не дала.

Мы вышли перед зданием из серого камня и мистер Хоук уже ждал нас у входа.

Как и всегда при встречи с ним внутри всё сжалось и похолодело.

Казалось, словно я теряю контроль над телом.

И мне впервые подумалось, а может ли это быть магическим эффектом?

Почему у меня было такое чувство, словно ноги налились свинцом?

И казалось, что я ничто рядом с ним.

Одно его желание и меня не станет.

— Эшли, — улыбнулся он, ступая ко мне. — Как я рад тебя видеть.

Я не могла ничего ответить, моё тело словно сковало и я даже шагу не могла сделать.

— Эшли, немедленно поздоровайся, — ткнула меня в бок локтём мама.

— Здравствуйте, — сказала я еле слышным голосом.

— Не переживайте, я научу её уважению, — улыбнулся он.

— Спасибо, — ответил отец. — К сожалению, нам так этого и не удалось.

Внутри я была просто в ужасе от происходящего.

Сковавший меня лёд не останавливал