Непокорная жена, или Как (не) разозлить дракона - Елена Сергеевна Счастная

вокруг небольшого особняка — во дворе и за его стенами — стихийным лагерем, в котором царила суматоха, которую я, в общем-то, и ожидал увидеть. Кто-то сидел на узлах, кто-то уже устраивал себе лежанки прямо на земле. Возвращаться в город пока никто не спешил, и это всё ещё было опасно.

Воздух гудел от приглушённых разговоров, плача детей и общих вздохов облегчения.

Я почти сразу увидел среди остальных свою жену — Рони. Вернее, не так: сначала почувствовал, а затем уже увидел. Растёпанная, в платье, испачканном в пыли, она вместе с несколькими женщинами разносила горожанам приготовленную на кухне поместья еду, успевая среди прочего отдавать распоряжения управляющему Вимину. Её усталый голос по-прежнему оставался твёрдым и звонко разносился по округе сквозь нескончаемый людской гомон. Она была самой ясной точкой в этом мраке.

Я не стал ждать, пока она меня заметит. Прошёл сквозь толпу, отвечая кивками на торопливые приветствия узнавших меня горожан, и опустил ладони на её плечи. Рони не вздрогнула, не сжалась от неожиданности, словно тоже чувствовала моё присутствие всё это время. Она просто обернулась, и её глаза прояснились, очистившись от пелены утомления. Я просто притянул жену к себе, чувствуя, как её хрупкое тело мгновенно обмякло, доверчиво прижавшись ко мне, вдохнул запах её волос — пыль, дым и особую, неповторимую сладость.

— Как хорошо, что ты цел, — пробормотала она, тычась лицом в моё плечо. — Надеюсь, всё закончилось?

— Всё закончилось. Но некоторое время горожанам придётся побыть здесь. Пока мы не убедимся, что новых брешей не появилось.

— Но почему это произошло? — Рони отстранилась и взглянула на меня снизу вверх.

— Потому что кто-то очень этого хотел, — я поднял мешок с обломками артефактов. — Кого-то очень не устраивала стабильность последних недель. И этот кто-то очень хотел обесценить нашу истинную связь, показав, что она якобы ничего не меняет.

— И я даже знаю, кто это мог сделать, — проворчала Рони.

— Я тоже, но нам нужны доказательства. Пока никаких следов, кроме остатков некой зловредной магии, на этих осколках я не обнаружил. Нужно более детальное исследование. А ещё обыск.

Рони обеспокоенно огляделась и отвела меня чуть дальше в сторону.

— Только нельзя заранее распространяться об этом, чтобы… ну ты сам понимаешь. Вокруг слишком много посторонних ушей. Его могут предупредить, и тогда мы точно ничего не найдём!

— Ты вообще ничего искать не будешь! — внезапно вспомнил я про её недавнее непослушание. — Останешься здесь и будешь помогать людям, так будет лучше! А если снова ослушаешься…

— Что? — подбоченилась она, дерзко прищурившись. — Запрёшь меня? Привяжешь к кровати?

— Обязательно привяжу, — пообещал я. — И не только в наказание, моя дорогая.

Сердиться на неё слишком долго не было совершенно никакой возможности. Она пыхтела, словно кипящий чайник, но её щёки пылали от осознания истинного смысла моих слов.

— Только попробуй… — наконец пригрозила она туманно. — Что ты будешь делать с этими осколками теперь?

— Теперь мне нужно расспросить Ваданею. Полагаю, с той магией, следы которой остались на них, она хорошо знакома.

Мы спустились в подвал поместья, где колдунью в магических оковах держали с того мига, как мы вернулись в поместье. Женщина сидела в той же позе, что и утром, когда я проверял её последний раз, и выражала полнейшее безразличие к тому положению, в котором оказалась.

Но едва я спустился к ней, а за мной и Рони, она вытянулась и напряглась. Показалось даже, потянула носом воздух, словно на охоте.

— Это чего ты мне интересного принёс, князь? — спросила хрипло.

— Я принёс то, что образовало бреши в магической ткани. И хотел бы узнать твоё мнение, правильно ли я всё понял.

Я вынул из мешка один осколок и продемонстрировал ей, не давая пока в руки. Она встала и подошла сама, присмотрелась, не пытаясь его забрать, и передёрнула плечами.

— Эта магия хорошо мне знакома, но сразу скажу: отношения к этому я не имею! Только знаю, что эти диски сделаны были здесь, а вот скверной наполнены уже после. Кто-то явно имеет связи на той стороне. И связи серьёзные. Прикасаться к этому я не хочу, не то повесите всё на меня. А это мне не нужно.

— Значит, всё-таки скверна…

— Она самая. И тот, кто связывается с ней по незнанию, очень много о себе мнит. Думал, что она уничтожит следы. Но нет… Скверна любит подставлять дурачков. И лишь поэтому вы можете его разоблачить. Штучки редкие. Думаю, тот, кто их использовал, сразу взял большой запас. И его остатки точно должны остаться у него — не всякий случай.

* * *

Рони/Василиса

Поместье графа казалось безлюдным, будто всё внутри замерло в ожидании чего-то нехорошего. Возможно, Даркул и ждал скорого визита, ведь до него наверняка уже дошли новости о том, что прорыв гризоров и нападение Аказама удалось остановить без большого ущерба для города и его жителей.

— Может, он уже сбежал? — предположила я, посмотрев вниз, пока мы закладывали предупредительны круг над графским поместьем.

Регар услышал меня — наша ментальная связь, когда он находился в облике дракона, окрепла и стала подобна натянутой струне, вибрирующей от каждой мысли и эмоции. Мне даже не приходилось открывать рот, чтобы общаться с ним, но я делала это по привычке.

За нами летело несколько соратников моего мужа — так граф больше впечатлится нашим визитом. Решив, что те, кому нужно, уже нас увидели, мы снизились. Мощные крылья Вэлраша взметнули клубы пыли с поверхности огромного, вымощенного светлым камнем парадного двора. В окнах первого этажа графского особняка тут же замелькали испуганные и любопытные лица слуг. Вскоре массивная дубовая дверь с медными накладками бесшумно отворилась, и на крыльцо вышел высокий, костлявый дворецкий.

— Ваша светлость, — обращаясь к Регару, он склонил голову ровно настолько, насколько того требовал этикет. — Виэсса Мовельор.

Его бесстрастный взгляд скользнул по моему лицу.

— Мы здесь, чтобы увидеть графа Даркула. Немедленно, — голос мужа был ровным и спокойным, но в его глубине холодом вибрировала непоколебимая воля.

— Конечно! — без доли сомнения согласился дворецкий и, пропустив нас всех в огромный холл, пошёл впереди.

Он провёл нас через пышную анфиладу. Воздух здесь пах воском для полировки дерева и неподвижной прохладой. Граф Даркул сидел в отделанном деревянными панелями кабинете за своим массивным письменным столом и с притворным усердием изучал разложенные бумаги. Будто бы наш визит ничуть его не тревожил.

Но наконец он поднял на нас взгляд, в котором искусно смешались удивление и показное облегчение.

— Ваша светлость! Как я рад вашему визиту! Слышал, недалеко от вашего