Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

— Напоследок подскажу кое-что из обдуманного до скрипа мозгов, совместно с нашими «научниками», чуть не каждую ночь тут сидим… Вот вы нашли магазин, что есть не что иное, как «локальный ресурс», назовем это так. В данном случае провиант. Мы вправе предположить, что есть и еще такие же, и их немало накидано. Однако тогда мы должны предусмотреть и другие категории «ЛР». Почему только продуктовые? А если есть ЛР с этикеткой «средства производства»? А если «оружие»? Что побледнел? Эх…

Сотников как-то погрустнел, голос его стал тише:

— Ищи следы всего этого, Серега, ищи… Собирай сведения, прямые и косвенные признаки, рассказы и слухи. Советую, опроси хорошенько прибывших по теме, да не спугни. Элэрки оставлены для нас или таких, как мы. Если их найдет «малый кластер», толку не будет, ресурс прожрут вхолостую, станки поломают, друг друга и людей постреляют. Элэрки априори наши — для общин с перспективами развития, так должно быть. А будущее «малых кластеров» простое: присоединиться или вымереть, как мамонты. Потому ты Бероева слушай, да особо не парься за бандюков — их тут много не будет, нет в этом идеи Смотрящих. Ну закинули человек шесть — десять от силы. Смотрящим не это нужно, они целые народы проверяют и фильтруют. Конечная цель пока не ясна, но сам процесс именно таков. И это не мои сумасбродные идеи, а коллегиальное мнение. По большому счету, Серега, крупно повезло, что мы оказались объектом проверки и теперь строим устойчивую систему жизнеобеспечения, а не выпали в лес возле поганой сторожки, чтобы дрожать и ожидать — кто же нас первым обнаружит? Не веря никому от страха… Вот и «лесники». Осторожное убеждение: помни — там люди на взводе.

— Перспективно, Командор, если это так, — откликнулся я. — Смело, конечно, сложно, информации нет, даже страшновато браться. Хотя бы пару таких производственных элэрок найти — и можно производство запускать какое-никакое.

— Так в том и дело! Станок я сюда никак не затащу, правда, и нормального токаря нет. Вот завтра ДЭС проверяем на пробном запуске — все готово, поставили в подвале, выхлоп вывели. Если пройдет нормально, займусь постепенным забросом малогабаритного оборудования. Куда это годится — четыре маленьких генератора на замок… Света до сих пор нет! Так вот, я же эту ДЭС по частям закидывал: двигун, генератор, редуктор, муфты, подушки, пружины, блок управления. Станину вообще тут собирали. Любой серьезный агрегат нам извне недоступен. Значит, надо искать здесь. Чего бы нам, например, ППШ не собирать самим на коленке, как думаешь? Ох… Давай еще повернемся.

Я помог Сотникову опять лечь на живот — с этой позы он со мной и попрощался. Сказать, что я охренел от всего услышанного, — значит, не сказать ничего. В общем, в который раз я вышел от шефа ошарашенный, слегка растерянный и с головой, кипящей от мыслей. Ладно, пока выгрузимся, надо группы собирать, озадачивать.

Первый раз мы остановились возле ближнего знака, это двести метров за посадом, чтобы откинуть тяжелый бревенчатый шлагбаум. Грузовик прорубит, и то не всякий, а вот на легковушке пробовать не рекомендуется. Потом тормознули на перекрестке — здесь уже вышли осмотреть «лейбу». Щит без прострелов, даже если и ездил басурманин, то нарываться не стал, и это хорошая примета.

— Ну че, что-то видишь? — спросил Уксусников.

— Уже и не разобрать, мы тут сами накатали будь здоров. Хотя вот эти, чужие, вроде посвежей выглядят.

— К северу мотнемся для проверки?

— Нет, там поворот за поворотом, много времени потеряем, поехали, Петя, по задаче.

Шериф сидел за рулем, а я на правом заднем: так мне удобней вертеться, следить за местностью и дорогой. Да и через люк можно работать. Пулемет в салоне, на задней полке. Хотел его навсегда закрепить плашмя на багажник, чтобы быстрей устанавливать в рабочее. Гонта не посоветовал: «Лишний раз не надо оружие на пыль, если не тревожно, оно так надежнее будет. Он же ручной? Ну и поработай лишний раз ручками. На хрен тебе отказ блина в критический?» На лес и дорогу опускается жара, и это с учетом, что небо облачное. Душно. Что-то будет, когда лето наберет силу. В машине есть кондей, но он жрет топливо: экономим. Ничего, люк открыт, и в салоне почти прохладно. Ехали медленно, постоянно оглядывая лес. Посматривали по сторонам, но и разговаривали.

— Скажи, шериф, как думаешь, у Сотникова недоброжелателей много?

Уксусников быстро оглянулся, на секунду впился в меня прищуренными раскосыми глазами, опять на дорогу — и замолчал секунд на десять, а это суперпауза. Я уж подумал, что все приятельские разговоры в рейде закончены.

— С какой целью интересуешься?

— Да брось ты, шериф, эта фраза уже высосана досуха. Просто спрашиваю.

— Просто… А я уж думал, ты единомышленников ищешь. Шучу. Ну я тогда и отвечу… пр-росто. — Он переключился на низшую, чуть подавшись корпусом и головой вперед, как бы помогая машине на подъеме, на стареньких уазиках ездил. — Я, Сережа, не думаю, я точно знаю, работа у меня такая. Тихая. Нет, не много таких. Единицы. Так что все-таки?

— Так то. Методы и пути, согласись, у него порой неоднозначные.

— А что, есть однозначные?

— Это да. А если люди уходить начнут?

— Уходить? — прищурился участковый, покачал головой. — Ты, Демченко, все-таки журналист. Городской, тебе бы в тайге пожить. Что же не уходили в его енисейском поселке, который по Восточной Сибири почти единственный с положительным приростом численности? Ведь там сбежать было проще, да и есть куда. Здесь точно так же, Сотников никого не держит. Ушли пока трое, и ты знаешь, кто они. По факту — к нам идут, а факт — главное. Не держи людей за дураков, мужики, особо сельские, все стороны смотрят, обо всем сперва подумают.

И вновь пауза.

Едем молча, типа каждый молчит о своем, на самом же деле об одном и том же.

— А часики швейцарские не жмут? — сменил я тему: как он тут дышит?

— Отличный механизм. Ты просто воспринимай это как форму одежды. А вообще-то… — он неожиданно прижался к обочине и остановился.

— Что такое? — Я завертел головой по сторонам.

— Покажу тебе кое-что, для раздумий.

Уксусников полез в планшет, покопался, достал и протянул мне исписанный с обеих сторон тетрадный лист.

— Лагутина написала мне список профессий новеньких. Бумагу экономим — так она старый лист использовала. На обороте посмотри.

Я послушно просмотрел и очень удивился. Что-то типа заказа,