Мы спасаем попаданцев - Дмитрий Карпин

Одежда начала дымиться, все тело жгло, как в самой жаркой бане. Птеродактиль не выдержал и взмыл ввысь. А Денис нажал кнопку, поскольку иного выхода у него не оставалось.

Их с Игорьком будто заморозило во времени. Полет прекратился, жар исчез. Но вот Юля! Денис со слезами на глазах увидел, как девушка, будто при замедленной съемке падает вниз в светящуюся лаву, вспыхнувшую золотом и сделавшуюся ярче самого солнца. Фадеев зажмурился, поскольку не смог выдержать этого яркого света, и тело неожиданно почувствовало продолжение падения. Он разжал веки и ощутил, как на полной скорости они окунаются в бурлящую огнем пучину.

Глава 12

Большая ошибка Димахера

Всплеск! И никакого жара вокруг. Вместо этого длинный золотой коридор с мчащимися навстречу со скоростью атомов потоками света. Свет начинает играть, творить спектакль, погружая перемещающихся в межвременной трип и насылая миражи эпох за секунды, проносящиеся мимо. Огромный десятикилометровый астероид пронзил небо и, оставляя огненный хвост, ударился о землю на севере полуострова Юкатан; высокотемпературная ударная волна пронеслась по поверхности планеты, сжигая леса и все живое; за ней последовали мегацунами, довершившие дело; в небо поднялся пепел, скрывший солнце; на Земле наступила долгая зимняя ночь. Так закончилась эпоха динозавров. Но жизнь всегда найдет дорогу, и однажды, из покрытой слоем пепла безжизненной земли вновь пробьется зеленый росток. Так и в то время гибель одного вида послужила возможностью существовать для другого. Млекопитающие получили шанс и стали осторожно жить на руинах прошлого: развиваться, расти числом, расширять среду обитания и приспосабливаться, изменяя облик…

И вот однажды обезьяна взяла в руки камень, заточила палку и, встав на задние лапы, пошла на охоту. За секунду прыжка свет миновал миллионы лет, и вот уже поумневшие обезьяны начали возводить первые города, за ними последовали государства, названия которых лишь смутно сохранились в отголосках истории, сделавшись легендами. На севере Южной Америки и у ее берегов появилась Атлантида, на востоке от Африки, погрузившись в глубь Индии, возникла Лемурия, а на севере, между Европой и Азией, родилась Гиперборея. Первые цивилизации шли иным путем, чем их потомки, они постигали тайны магнитной силы Земли, что позволило возводить мегалитные сооружения и поднимать корабли в воздух. Но постигать подобные тайны – это значит не торопиться, а неугомонная людская раса любит спешить. В спешке первые народы не смогли обуздать открывшуюся им силу, за что и поплатились. Ошибка и всемирный глобальный катаклизм обрушился на землю: землетрясения, извержения вулканов и подъем вод Мирового океана уничтожили первые великие государства и раскидали выживших по незатопленным территориям. Полученные знания быстро забылись, а тех, кто еще хоть что-то помнил, стали называть богами. Потомки «богов» взялись собирать вокруг себя людей, их потомки принялись вновь возводить города, а потомки потомков вновь взялись за империи. Расцвели Египет и Шумер, древние греки возвели полисы, а уже на смену им пришли римляне. Рим цвел и развивался, легионы захватывали все новые территории и тысячами уводили людей в рабство, дабы империя росла, ни в чем не нуждалась и предавалась удовольствиям и зрелищам…

Золотой коридор, наполненный быстро сменяющимися картинками, вдруг исчез, и Фадеев вновь ощутил, что падает, падает к земле, вернее, к макушкам деревьев.

«Во черт!» – только и успел подумать Денис, а мохнатая макушка уже врезала по лицу. Отплевываясь листьями, Фадеев продолжил полет. Следующая ветка долбанула по ребрам, другая ударила в грудь, его перевернуло, шибануло по спине, а коварный сучок подло пнул под копчик. И наконец, Денис упал на мягкий куст.

– Срань господня, – пробурчал он.

Но, видимо, Господу не понравилось такое обращение всуе, и в отместку он сбросил на спину Дениса тушу свыше ста килограммов весом.

– За что? – прохрипел Фадеев, уткнувшись лицом в землю.

– Ты как, ничего не сломал? – осведомился богатырь.

– Нет, но точно что-нибудь сломаю, если ты сейчас же с меня не слезешь! – запричитал Денис, стараясь выползти из-под Игорька. – Черт, Юля?! Где она?

– Упс! – вдруг произнес Игорек.

Денис поднял голову и прямо перед носом увидел ноги в сандалиях и нацеленное в лицо острие копья. Он поднял взгляд. Перед ним стоял воин в сверкающем панцире и шлеме, за спиной развевался красный плащ. Без сомнения, это был римский легионер, и он был не один, вокруг, взяв друзей в кольцо, топтались еще десяток солдат. Фадеев нервно хихикнул. Римский воин улыбнулся в ответ и вдруг со всей дури ударил Дениса древком копья в висок.

– Диня, Диня, очнись!

Кто-то тряс его за плечи, стараясь добудиться. Денис ощутил это и уже собирался было открыть глаза, но получил несколько шлепков по физиономии.

– Прекрати! – запричитал Фадеев и замахал руками.

Денис открыл глаза. Голова раскалывалась. Игорек маячил прямо перед ним. Фадеев осмотрелся: они находились в грязном, дурно пахнущем сыростью и испражнениями помещении с узкими зарешеченными окнами, через которые проникал тусклый свет. Вокруг, с напуганными до смерти лицами, теснились еще с десяток пленников, а с улицы доносились радостные вопли толпы.

– Где Юля? – первым делом спросил Денис.

Игорек опустил взгляд. Все сразу стало понятно без слов – самые худшие предположения подтвердились, но богатырь все-таки произнес:

– Не было ее, когда нас взяли. Видать не вытянул ее переместитель. Эх, Юлька, Юлька… Диня, ты прости меня, это ведь моя вина, я ее не удержал, когда этот ящер крылатый меня полоснул…

Денис опустил взгляд, сердце предательски екнуло, захотелось плакать, но слез не было. «Юля, Юля, почему именно ты? И почему именно сейчас, когда… Об этом лучше не думать». Игорька успокаивать он не стал, поскольку всецело считал, что в гибели ёжика виноват именно богатырь, а не пресловутый птеродактиль. Но и злость вымещать смысла не было, вместо этого Фадеев спросил:

– А сами мы где?

– В казематах Колизея, – отозвался Игорек, подошедший к окошку. – Взгляни.

Фадеев встал. Ноги были будто ватные, голова немного кружилась, он дотронулся до виска – на внушительной ссадине запеклась кровь. Денис подошел к другу и взглянул в окошко. Перед ним предстала арена Колизея, усыпанная песком. На арене кружили два воина-гладиатора… Мурмиллон в шлеме в виде рыбьей головы и в коротких латах с мечом-гладиусом в одной руке и огромным щитом в другой. Против него стоял римский гладиатор ретиарий – высокий негр без шлема и доспехов, лишь наплечник слева являлся единственной защитой, зато в руках у воина были сеть и длинный трезубец. Гладиаторы кружили, никто не спешил начинать бой, оба примерялись. Наконец, ретиарий сделал пробный замах сетью, мурмиллон