Система безумного принца - Марс Букреев

Кстати, на счет Глеба. Что-то мой братец не подает признаков жизни. Может, одним переломом руки он не отделался? Или решил избежать клятвы верности. Набрал номер младшего брата. Через пару гудков, услышал голос брата:

— О, Лев! Привет, ты как?

Голос слабый, надтреснутый. Слышно, что человеку не по себе.

— Я — великолепно. А ты доволен победой?

— Разумеется, но давай не будем об этом, по обычному телефону.

— Необычным еще не обзавелся. Я слышал, ты руку сломал?

— Ага. А еще ребра помял, и, похоже, головой неслабо приложился. А здорово ты того северянина поддел.

— Ну, у него тоже проблемы с ребрами, если тебя это успокоит.

— У него вечные проблемы с головой. Так что ребра для него — пустяк.

— Помнишь наш разговор?

— Эммм, ты о клятвах и прочих старомодных штучках?

— Никаких других старомодных штучек.

— Ты хочешь принять клятву верности по телефону? — рассмеялся Глеб.

Смех, правда, вскоре сменился болезненными стонами.

— Выздоравливай, братец. Сам понимаешь, нам есть о чем поговорить, — с нажимом произнес я.

— Ладно, повелитель, — Глеб снова заржал, а потом заойкал.

Распрощавшись, я отключился. Может, действительно, клятва верности — это уже устаревшее понятие? И для Глеба она ничего не будет значить. Посмотрим. Я снова вернулся к телефону.

Скачал несколько полезных приложений, в том числе и местный мессенджер. Потом вызвал камердинера.

— Матвей Константинович, надо что-то делать с моей башней.

— Слушаю вас.

Камердинер склонил лысую голову.

— Ну, во-первых, скажите, сколько здесь этажей. То есть этажей-то я знаю — семь. А вот подземные уровни и прочее, запамятовал.

— Семь этажей, ваше высочество, — принялся перечислять камердинер. — Два подземных уровня. А так же верхнее помещение, под самой крышей.

— Чердак, короче.

— Правильнее назвать его мансардным этажом, ваше высочество.

Ишь как! Мансардный этаж, значит.

— То есть, всего десять этажей?

Чихаев снова склонил голову, сверкнув лысиной.

— А какова площадь каждого этажа?

— Не могу знать, но точно знаю, все они почти одинаковые.

— Тогда кликните пару лакеев, и пускай притащат рулетку.

Через пару минут оба-два молодца в ливреях стояли передо мной. У одного в руках находилась лазерная рулетка, у другого обычная. Принялись измерять. Лазерная оказалась бесполезна. Ну еще бы, в таких джунглях, в которые превратили мою комнату. То кадка с растением, то еще что-то мешало лучу.

В ход пошла обычная. Короче, моя комната оказалась пятнадцать на восемь метров. То есть, сто двадцать квадратных метров. Неплохо! Не царский размах, но так и этажей — десять! Да и нижние этажи по площади превосходили мою комнату.

Я взял лист бумаги. Накидал на нем примерный план моей башни.

— Смотрите, Матвей Константинович. Подземные уровни я хочу отдать под хозяйственные и служебные помещения. Пускай там хранится все, что требуется для обслуживания помещений.

Камердинер с одобрением кивну.

— Далее, первый этаж. Скажите, у меня сотня слуг?

— Совершенно верно.

— Они постоянно пребывают во дворце, и если да, то постоянно ли они находятся, так сказать, в готовности?

— Нет, ваше высочество. Слуги делятся на две смены. Смена, в свою очередь, делится на тех, кто непосредственно обслуживает вас, и башню. А так же, на тех, кто выполняет другие работы во дворце.

— То есть, в моем распоряжении находятся одновременно двадцать пять человек?

— Совершенно верно.

— И сколько длится смена?

— Трое суток.

— Где же живут слуги эти три дня?

— В части дворца, предназначенных для слуг. На нижних уровнях.

Это, видимо, там, где я встретил майордома.

— Понятно. Как вы считаете, если я отдам первый этаж для слуг, чтобы они могли ночевать непосредственно в башне, это будет лучше?

— Конечно! — камердинер даже подпрыгнул. — Сейчас, если вам понадобятся услуги лакеев, или другой младшей прислуги, они вынуждены проделывать немалый путь. Это не только выматывает людей, но и задерживает выполнение ваших желания.

— Отлично. Значит первый этаж, отдадим слугам. Далее, у меня есть батлеры. Пускай они заселяться на второй этаж. А третий я хочу отдать вам, Матвей Константинович, и дворецким.

Чихаев просиял. Но ответил сдержанно, как обычно:

— Весьма благодарен, ваше высочество.

Рад, что камердинеру пришлась по вкусу моя мысль. Но сделал я это больше ради собственного удобства. Хочу, чтобы слуги всегда были под рукой. И не только слуги.

Четвертый этаж — ушел под зал приемов. Возможно, я тоже захочу устроить светский прием, как Савдин-младший. Посмотрим. Пятый — под тренировочный зал. Надо же где-то практиковаться в боевой магии. На шестом я решил поселить своих охранниц, Каролину и Миру. Толку с их охраны — немного, но не для сохранности собственной тушки я переселяю их так близко к себе. Хе!

И по итогу, из десяти этажей в моем личном пользовании остались всего два. Точнее — один, где сейчас находиться моя спальня, и «мансардный этаж».

— Здесь надо будет сделать перепланировку, — сказал я камердинеру. — Комнату надо разделить надвое, а то я будто сплю на футбольном поле. Одну часть — под опочивальню. Другую, под кабинет.

— Слушаюсь.

— А вот это все, — я обвел рукой заросли в своей комнате, — надо будет перенести. Идея мне понравилась, но в спальне деревья и водопад — лишние. На чердаке, то есть мансарде, пускай организуют оранжерею. И, если позволит планировка, сделают нечто вроде комнаты отдыха, небольшой кинотеатр и место для видеоигр.

Камердинер пообещал привлечь к ремонтным работам самых лучших специалистов, и, поклонившись, покинул комнату.

Я же решил не тянуть и сообщить девчонкам, что вскоре им придется переехать поближе ко мне. Позвонил Каролине, как старшей по званию, и приказал им с Мирой прибыть ко мне. Когда обе телохранительницы появились, я сообщил им об этом.

— Слушаюсь, — без раздумий отчеканила Каролина.

— Да, мой принц.

Странно, но голос Миры мне показался каким-то тусклым. Исчезло вечное жизнелюбие и веселость. А потом я понял. Мира знает, чем мы с Каролиной занимались ночью. «Госпожа капитан» что ли ей сказала? Вряд, ли.

Значит, догадалась сама. Уж не знаю, мы с Каролиной как-то по-особенному смотрели друг на друга, или, что иное подсказало Мире причину ее вчерашнего заточения.

Лицо девушки превратилось в покер-фейс. А это верный признак того, что Мира обижается и ревнует. Я вздохнул про себя. Но, что я могу поделать? Только предложить Мире войти в мой «гарем». И если ее это не устраивает, что ж, есть княгиня Вяземская.

Мира избегала оставаться со мной наедине. И как только она может быть такой изворотливой? Я мог бы приказать. Фраза «Это приказ!», действует на девчонок гипнотически. Но к вечеру Мирин покер-фейс стал