Фантастика 2026-78 - Денис Арзамасов

Но нас снова ударило. Когда я говорю «нас», имею в виду себя и Вита. Михей остался стоять, как стоял, лишь арбалет качнулся в его руках.

Вторая волна была сильной, самой сильной из всех. Меня опрокинуло навзничь, я приложилась затылком к мостовой, так, что перед глазами замелькали цветные искры, рот наполнился привкусом крови. Невидимый молот ударил в грудь и не исчез, продолжал прижимать к земле так крепко, что не осталось сил сделать вдох, не осталось сил сопротивляться.

А Вит отреагировал совсем иначе. Было видно, что волна ударила его в бок. Ударила сильно, так, что вириец повалился на колени и уперся ладонями в мостовую, чтобы не разбить лицо. Я видела, как он сжал челюсти, видела, как вздулись вены у него на шее… Только чернокнижник, в отличие от меня, не сдался, не позволил прижать себя к земле. Он зарычал и вдруг рывком оторвал от мостовой руки, раскинул их в стороны и выпрямился навстречу воздушной волне.

Он стоял на коленях, вытянув руки в стороны, и кричал… Нет, не кричал, он пил, пил волну выверта, как может пить воду терзаемый жаждой человек. Его рот открывался и закрывался, его кадык под кожей ходил ходуном…

Помню, сын кузнеца спьяну бросил в колодец куриную тушку. Ее, конечно, выловили… Дня через два. Но колодец к тому времени стал непригоден. Староста Верей поворчал, велел рыть новый и первым взялся за лопату. Кузнецова отрока заперли в амбар на два дня. Без капли воды. Так вот, когда староста снял навесной замок, парень на подгибающихся ногах бросился к ближайшей луже, где копошились свиньи, и стал пить, пить и пить.

Чернокнижник сейчас выглядел так же. Разве что свиней поблизости не наблюдалось.

Михей вертел головой. У одного из стражей, что стерегли арку, громко хрустнуло колено, и тот, все так же улыбаясь, повалился вперед. У второго текла кровь из уха, но он стоял.

Казалось, этой волне нет конца. Казалось, она будет давить на меня, пока не впечатает в мостовую.

Но волна закончилась. Так же неожиданно, как и началась. Воздух исчез на целый удар сердца, а потом невидимые тиски ослабели. Я перевернулась на живот и закашлялась.

– Айка… господин кудесник. – Михей не знал, к кому из нас кинуться. – Вит… да что же это делается…

– Нормально все, – прохрипел чернокнижник, поднимаясь. – Жить буду. Вторая волна. Впереди еще и третья. – Он вытер лицо рукавом. – Три волны, три жертвы, три…

– Я уже поняла, что магов переклинило на цифре три, – пробормотала, поднимаясь и сглатывая кровь. Щеку саднило. – Надо идти. Кому-то очень не терпится вызвать дасу.

– Очень не терпится, – кивнул Вит, первым вступая под сень арки. – Так невтерпеж, что даже нас поторопили.

Глава 12

Песнь источника, или Вкусовые пристрастия зеркальных магов средней полосы Тарии

Мы ступили под сень арки. Если в городе все еще царило бесконечное утро, то здесь, в тенистом саду, задержалась сама ночь. Каждое пришествие демона в наш мир сопровождалось чем-то неправильным. Туманом, что пожирал землю шаг за шагом. Грозой, когда очередной удар молота Эола едва не раскалывал мир пополам. А в этот раз… В этот раз день просто отказался наступать. Солнце не взошло на небосклон, не желая освещать своими лучами то, что здесь происходило. Оно решило оставить это во тьме.

Полумрак сада, расчерченный угловатыми ветками и резными треугольными листьями. Редкие шорохи, далекие крики птиц и тихое журчание воды. А еще мне послышалось… Я могла поклясться, что слышала далекую песню, словно там, в глубине сада, перебирал струны лютни менестрель, вполголоса напевая о первой любви. Или о последней.

Вит прижал палец к губам и двинулся по уводившей к постриженным кустам тропинке. Михей, не выпуская арбалета, пошел следом. Я замешкалась, неосознанно повернулась вправо и насторожила уши. Вот, снова музыка, перебор струнного инструмента и тонкий далекий голос…

– Айка, – шепотом позвал Михей, и я с сожалением догнала мужчин, хотя так и подмывало обогнуть толстый вяз и посмотреть, кто играет.

Я знала, что никто играть не мог. Но играл. Говорят, любопытство кошку сгубило.

– Вы не слышите? – так же шепотом спросила я.

Михей ничего не ответил, лишь нахмурился. Вит ожег злым взглядом и отвернулся.

Нет так нет.

Тропинки в саду Веллистата были вымощены белым речным камнем и тихо шуршали под подошвами сапог, но даже этот звук вдруг показался мне раздражающим. Мешающим внимать далекой, на грани слышимости, песне.

В прошлый раз меня вели совсем другой дорогой. Или, может быть, от страха я мало что соображала. Сейчас же мысли метались, словно стая крыс, слишком многочисленная и слишком бестолковая. Но страха все еще не было. И это печально. Страх, как бы его ни презирали герои баллад, нужен. Страх не дает людям делать глупости, не дает им бросаться сломя голову в темные пещеры, не дает лезть в пасть серому ящеру, что поджидает там. Страх полезен. Раньше я хотела убежать в лес. Сейчас же…

Чернокнижник выдохнул, Михей зашептал слова молитвы, такие знакомые и такие чуждые в этот момент. Я обошла парня с арбалетом, выглянула из-за плеча… И зашипела. Зло. Отчаянно. Бессильно.

Тропинка, по которой шел Вит, пересекалась в другой, на этом пересечении стояла маленькая каменная чаша. Самая обычная вода тихонько журчала, поднимаясь и опадая в центре. Кажется, это называли то ли питьевым фонтаном, то ли купальней для птиц, я толком не помнила. Для меня и то и другое было одинаковой глупостью. Птицы вполне могли купаться и в луже. Да и люди пить – где угодно.

Эол, какие только глупости не приходят в голову. Не каменная чаша миниатюрного фонтана заставила меня зашипеть. Не текущая вода, странным образом перекликающаяся с далекой песней. Не она, а…

У каменной ножки фонтана сидел Рион. Сидел неподвижно, неловко привалившись к каменному основанию. Черные глаза парня были широко распахнуты. Они смотрели куда-то вдаль, куда-то, где нет мутного сумрака и бесконечного журчания. Лоб бывшего чаровника обвивали уже знакомые серые ленты заклинания с лиловыми шипами, но сейчас эти серые ленты оплетали не только голову Риона, они сползали со лба и цеплялись шипами за основание фонтана, кроша камень и не давая парню шевельнуться. Его приковали к камню. Приковали магией, которая пила его силы, пока…

Пока что? Пока не выпила все? Или пока Рион не умер?

Михей опустил арбалет, забыв слова молитвы.

Вит вполголоса выругался.

Возмущенный таким кощунством покойник вдруг закрыл глаза, потом открыл их, судорожно вдохнул и снова