Архивраг. Компиляция. Книги 1-4 - Константин Сергеевич Стригунов

- Через пару минут будем на месте.

- Отлично, - отозвался один из цээрушников и посмотрел на часы. - Главное успеть все сделать.

***

В глазах Гарольда отразилась боль, но вряд ли это кто-то заметил. Сейчас он ненавидел себя больше всего на свете. Он просто не мог себе простить того, что пошел на сделку с собственными принципами, но по-иному поступить не мог. Пиррс догадывался, что Джанет поняла причину, побудившую его так поступить, но возникшее чувство вины не отступало. Согласие на выдвинутые условия для нее равносильно предательству не только очень многих людей, но и самой себя и Пиррс это понимал. Ему стало бесконечно жалко Джанет, внешне такую хрупкую и нежную, зажатую меж двух огней, между молотом и наковальней, ведь какой бы выбор она не сделала, он не будет простым и не обойдется без последствий.

Пиррс все же пододвинулся к Френсис и под взором внимательных взглядов двоих фэбээровцев привел свой последний аргумент.

- Ну послушай, - сказал он, вкладывая в каждое слово частичку своей души, - подумай, что станет с Элизабет?

Джанет затрясло и он обнял ее за плечи.

- Неужели ты хочешь, чтобы твоя дочь увидела или узнала из СМИ о казни своей матери? Подумай, как это на ней отразиться. Если тебе плевать на свою жизнь, то неужели тебе плевать на жизнь Элизабет? Не отворачивайся, Джанет, посмотри на меня.

И она посмотрела. Ее красные глаза и непрерывно ручьем текшие слезы говорили больше, чем любые слова. Джанет Френсис была на грани слома и этот чудовищный выбор ломал внутри нее все то, чем она так дорожила, все то, ради чего она столько лет скрывала свою истинную работу, прячась от властей ради своей Идеи, ради которой пошла на такие жертвы.

Джанет зажмурилась, сотрясаясь от всхлипов, и поднесла руки в наручниках к своему усталому лицу.

"Попалась, - хищно подумал Фостер, - господин Пиррс делает за нас всю работу и отлично с ней справляется"

До абсолютного триумфа остался последний шаг.

***

Машина подъехала к воротам тюрьмы и, показав охране свои удостоверения, сотрудники разведки попали внутрь территории тюрьмы. Остановившись у главного входа, два цээрушника быстро покинули машину и в сопровождении охраны вошли в главное здание.

- Где находится заключенная под номером 530041-091? - спросил один из сотрудников разведки у начальника охраны тюрьмы.

- В допросной... Эй! У вас нет разрешения!

- В этом вы ошибаетесь, - сказал цээрушник, ускорив шаг в известном ему направлении.

***

- Итак, миссис Френсис, к сожалению у нас слишком мало времени и поэтому ответ нам нужен здесь и сейчас.

Фостер нутром почувствовал кульминацию. Женщина была практически сломлена и опыт ему в этом подсказывал совершенно однозначно. Настал решающий момент, от которого теперь так много зависело.

Джанет неожиданно перестала трястись, что указывало на принятое ею решение. Она посмотрела на Гарольда и больше в ее взгляде не было ни гнева, ни ненависти - только одна сплошная боль. Пиррс понял ее. Он все прекрасно знал, хотя и не представлял, каких внутренних усилий стоило этой удивительной женщине принять это решение. Она повернулась к сотрудникам ФБР и набрала в грудь воздух перед чем-то важным, как вдруг без стука внутрь допросной буквально ворвались двое человек в строгих костюмах.

- Какого черта?! - раздался голос Фостера, но его немедленно оборвал один их сотрудников ЦРУ.

- Немедленно прервать запись! - рявкнул он и Боб Харрис нажал на стоявшей на столе аппаратуре паузу. - Вы отстранены от следствия, спецагент Фостер.

Джон немедленно подскочил со стула, словно ошпаренный.

- Да кто вам позволил?! - с перекошенным от гнева лицом спросил он, но движением руки сотрудник ЦРУ остановил его и жестом показал последовать за ним и его напарником. Обескураженный, спецагент пришел в себя только после того, как Харрис слегка подтолкнул его в сторону выхода из допросной. Поправив галстук, Фостер грозовой тучей покинул помещение вместе со своим напарником. Пиррс ошеломленно глядел на всю эту сцену и повернулся к Джанет, которая в этот момент находилась вообще в полном замешательстве. В считанные секунды все поменялось с ног на голову и теперь они вдвоем вообще не понимали, что происходит.

***

- Что все это значит?! - орал Фостер и ткнул пальцем в грудь сотрудника ЦРУ. - Кто дал вам право вот так вмешиваться в ход следствия?!

- Возьмите себя в руки, Фостер, - ледяным голосом ответил офицер разведки. - Возьмите и прочтите.

Взглянув на протянутый документ, Джон выхватил его из рук сотрудника ЦРУ и впился взглядом. По мере того, как он читал строки, его глаза все больше округлялись.

- Это немыслимо, - прошептал Фостер и молча передал документ Харрису. - Столько времени и усилий... Кто санкционировал?

- Думаю, вам известно, - отозвался цээрушник. - Такие решения принимаются только на самом верху. Увы, мы ничего не можем сделать. Условия, поставленные русскими совершенно однозначны и ни наше управление, ни Бюро не может на это повлиять. Судя по вашей реакции, вы подошли довольно близко к тому, чтобы раскрутить эту Френсис. Сожалею.

Фостер враждебно посмотрел на сотрудника разведки и со злости ударил кулаком в стену, разбив костяшки до крови.

- Мать вашу! - прорычал он, но никто его не стал осуждать. И Харрис, и цээрушники, и подоспевший начальник тюрьмы лишь молча наблюдали за реакцией спецагента. Получив назад документы от Харриса, цээрушник подошел к Фостеру.

- У нас нет времени, мы должны ознакомить Френсис и ее адвоката.

Посмотрев на спецагента, офицер разведки не стал дожидаться, когда тот придет в себя и вместе со своим напарником вошел внутрь допросной. На их появление Джанет и Гарольд отреагировали с подозрением, ожидая какого-нибудь подвоха, но вместо этого оба цээрушника сели на стульях и передали Пиррсу папку.

- Ознакомьтесь, - сухо сказал сотрудник разведки.

Пролистнув глазами строки, Гарольд шокировано передал листы Френсис и через минуту ее глаза округлились от удивления.

- Москва предложила обменять вас на нескольких наших агентов, раскрытых контрразведкой русских несколькими годами ранее. Обмен должен состояться в самое ближайшее время.

Джанет взглянула на Гарольда и теперь в ее глазах читалась надежда и величайшее удивление. Неужели кошмар наконец-то закончится? - спросила она сама себя и впервые позволила себе роскошь потерять сознание.

***

Отрыть глаза получилось далеко не