Приключения принца Иоганна Мекленбургского - Иван Валерьевич Оченков

– И что, его никак нельзя было починить?!

– Но вы же сами не велели привлекать к себе никакого внимания!

– И пьянствуешь ты, собака, тоже для маскировки?!

Тем временем француз поднялся и снял с плеча свою добычу. Видимо, от тряски кляп, закрывавший Шурке рот, выпал. Первым ее побуждением было смачно плюнуть в морду Бопре, но к несчастью, в глотке у нее совершенно пересохло и слюны просто не было. Тогда она, недолго думая, вцепилась в шею француза зубами, и тот, никак не ожидая подобной подлости, отчаянно заорал, переходя временами на визг. Окружающие, не понимая, что происходит, перестали ругаться и с недоумением наблюдали за вопящим негодяем. Наконец, тому удалось оторвать от себя девочку и, зажав кровоточащую рану на шее, отшвырнуть ее в сторону.

– Помогите! – немедленно завизжала та, причем с такой силой, что даже Юленшерна, болезненно поморщившись, зажал уши.

– Заткните эту чертовку! – бросил он подручным, но не успели те применить силу, как похищенная принцесса перестала кричать.

– С того, кто до меня дотронется, сдерут кожу с живого! – посулила она матросам. – Вот увидите…

Но пираты, не обращая внимания на эти слова, заткнули ей рот и вопросительно посмотрели на своего предводителя.

– Заприте мерзавку в канатный ящик, – велел тот и повернулся к французу. – С вами все в порядке?

– Если не считать, что эта маленькая дрянь прокусила мне шею! – прохрипел тот в ответ.

– Это неприятно, – хмыкнул в ответ Карл Юхан, – но все же уступает по обилию впечатлений татарской стреле.

– У вас был и такой опыт?

– Увы, мой друг, – усмехнулся Юленшерна. – Вас надо перевязать и пропустить через горло чего-нибудь горячительного. Лучше всего аквавита или гданьской водки. Пойдемте у меня, кажется, еще осталось.

Через минуту они были в каюте графа, и тот довольно быстро и с немалым искусством, которого француз совершенно не ожидал в нем увидеть, перевязал ему рану. Затем он достал откуда-то богато изукрашенный поставец, вытащил из него две серебряные стопки и, наполнив их из такого же графина, протянул одну Бопре.

– Прозит!

– Прозит! – отозвался тот и, опрокинув содержимое в глотку, закашлялся. – Что это за дрянь?

– Не приходилось пробовать? – высоко поднял брови швед, без малейшего неудобства выпивший свою порцию. – Да, это вам не бургундское и не рейнское. Это крепкий напиток, для настоящих мужчин! В наших суровых краях другие не годятся.

– Я польщен, – буркнул в ответ француз и поспешил продолжить прерванный разговор: – Господин граф, я все же хотел узнать, что вы хотели сказать, когда объявили, будто у вас еще дела в Ростоке?

– Ровно то, что сказал. Я еще не закончил с Региной Аделаидой.

– Этой дамой, к которой я ходил с письмами?

– Именно.

– Послушайте, но это же безумие! Нет, ваши чувства к бывшей невесте делают вам честь. Мы, французы, умеем ценить галантность и верность любви, но… Она же в положении! Неужели вы хотите увезти ее от мужа и воспитывать чужого ребенка…

– Ха-ха-ха, – зашелся в ответ Юленшерна, бесцеремонно перебив своего сообщника. – Боже, какой же вы болван, месье!

– Простите, – изумился тот и вопросительно посмотрел на смеющегося разбойника. – Но что это значит?

– Неужели вы и впрямь хоть на минуту поверили в то, что я пылаю страстью к этой напыщенной лифляндской дуре?

– Но, черт возьми, что я должен был подумать…

– О! Вы еще больший недоумок, чем выглядите! Хотя, возможно, это я прекрасно сыграл свою роль.

– Объяснитесь, – нахмурился Бопре, которого уже не на шутку бесили оскорбления шведского аристократа.

– Охотно, – осклабился тот. – Мне действительно нет дела до Регины Аделаиды. Она, как и эта маленькая дрянь, которую мы все же изловили, лишь способ отомстить. Вы не представляете, с каким наслаждением я вырежу из ее чрева этого ублюдка! Никто не смеет так оскорблять Карла Юхана Юленшерну, как сделали этот мекленбургский негодяй и его померанский приспешник. И очень скоро оба они получат сполна!

– А вам не кажется, – осторожно спросил француз, – что пропавшая принцесса сама по себе достаточно большая неприятность. И она вполне может дорого обойтись фон Гершову. Вряд ли русский царь похвалит его за подобную оплошность.

– Нет! – сверкнул глазами швед. – Всё или ничего! На меньшее я не согласен!!!

От выкриков лицо его раскраснелось, изо рта брызгала слюна и временами казалось, что вот-вот польется пена.

– Вы маньяк, месье! – потрясенно воскликнул Бопре.

– Нет! – покачал головой Карл Юхан. – Я как раз таки абсолютно нормален. Это мекленбургский выскочка сошел с ума, когда захотел стать на моем пути. И теперь он за всё получит!

– А можно мне тоже получить кое-что? – прищурился его собеседник.

– О чем вы?

– Бросьте! – отбросил стеснение беглый гугенот. – Вы прекрасно поняли, о чем я. Мы с вами заключили сделку, причем я свою часть уговора выполнил уже дважды. Заплатите мне то, что причитается, и я немедля покину и ваш корабль, и этот город, а по возможности и эту страну! Потому что самое позднее к вечеру здесь поднимется тревога, и тогда станет слишком жарко.

– У меня нет денег, – просто сказал Юленшерна.

– Что?!

– У меня нет денег! – повторил тот чуть громче.

– Я не понимаю, у вас нет денег здесь? Они где-то в другом месте? Так давайте отправимся…

– У меня вообще нет денег! – с ненавистью в глазах еще раз повторил швед. – Этот негодяй лишил меня всего. Этот корабль и его команда – все, что у меня осталось, да и из них многие лежат теперь в том проклятом лесу под Бранденбургом.

Бопре стоял перед пиратом, как громом пораженный, не в силах поверить, что его так просто обманули. Наконец, в голове его прояснилось, и недоумение уступило место холодной ярости. Рука его сама собой устремилась к поясу, но к несчастью, шпаги там не было. Зарычав, француз выхватил свое единственное оружие – матросский нож, и хотел было кинуться на обманщика, но остановился, наткнувшись на ствол пистолета.

– Вы не поверите, – с усмешкой поведал ему Юленшерна. – Но этому нехитрому приему я научился у Странника. Всякий раз, когда я пытался достать его шпагой, у него оказывался пистолет, и он вот точно так же махал им перед моим лицом. Забавно, правда?

– Э-э… пожалуй, мы оба погорячились, – примирительно сказал гугенот, опасливо косясь на оружие в руках шведа. – Знаете, давайте поговорим, возможно, у нас получится прийти к взаимовыгодному решению…

– Гы-гы-гы, – мерзко засмеялся Карл Юхан. – Все-таки вы, месье, редкостный недоумок! Принцесса была права, когда говорила, что вы ни черта не получите, кроме куска стали в сердце. Знаете, я давно бы выпустил